Набор (СИ) - Видум Инди

— Разумеется. Вам же и стол нужен?

— Самый примитивный. Только чистый и гладкий.

Ювелирный набор был в Валероне, придется ждать, когда он появится. Чтобы не терять времени даром, я решил заняться контейнерами — хоть один да сделаю, потребности в них большие.

Мне казалось, что помощник надолго не задержится. Княгиня собиралась решить вопрос с Софией как можно быстрее, до Святославска они доедут вряд ли. Отпустив Софию с княгиней, я отправил ее на верную смерть. Супругу кузена я об этом предупреждал, и это было ее решение. Похоже, чтобы выжить в этом гадючнике, недостаточно быть хитрой и подлой, нужно быть еще и умной. Или София так была уверена в том, что княгиня Воронова на ее стороне?

Перед сном я решил поваляться в купели. Но такое желание появилось не только у меня. Более того, Наташа уже ее заняла и лежала, блаженно откинув голову на бортик.

— Устала? — спросил я.

— Да, слишком много всего навалилось, — ответила она, не открывая глаз.

Княгиня уехала, но проблемы остались. От нее еще будут неприятности.

— Может, стоит окончательно отказать ей от дома?

— Так будет только хуже.

В воде купели поднимались мелкие пузырьки воздуха, скрадывающие фигуру, но всё же она просматривалась, и я почему-то подумал, что Валерон сегодня вряд ли вернется, после зоны я уже пришел в себя, а княгиня благополучно уехала. Так почему бы и нет?

Наташа потянулась в воде, словно нарочно дразнясь, и я заметил, что глаза у нее не закрыты, а лишь прикрыты ресницами, а сама она наблюдает за мной.

— Тебе тоже кажется, что фиктивность нашего брака немного затянулась? — спросил я.

— Мне не кажется, я в этом уверена, — ответила она. — Иначе я начну думать, что ты со мной разберешься в точности как твой кузен, когда решил, что ему нужна другая супруга.

— Мне другая не нужна.

Целовать девушку, лежащую в купели, было неудобно. Пришлось Наташу вытаскивать — вариант залезть туда самому отпадал, потому что купель была слишком мелкой. Нужно будет сделать премиальный вариант, побольше, побольше…

До спальни мы добирались, не переставая целоваться. Правда, Наташа набросила на себя халат на случай, если кто-то встретится в коридоре. Дверь за нами я захлопнул и ключ в замке провернул, повернулся к Наташе и…

— Стоит мне ненадолго удалиться, как у вас все мысли в одном направлении! — радостно тявкнул Валерон.

Наташа резко отпрыгнула от меня чуть ли не на другую сторону комнаты.

— Ты не хочешь прогуляться⁈ — рявкнул я.

Вороновы сами себя не размножат. И при свидетелях они не размножаются. Сказать я это не сказал, но очень выразительно на Валерона посмотрел.

— В смысле прогуляться? — возмутился он, не проникшись моими взглядами. — Я только-только с улицы. Я продрог, устал и хочу есть.

— Прогуляйся до кухни и вознагради себя за тяготы бытия, — ответил я, уже понимая: не выпрешь его сейчас ни за какие коврижки.

— И тебе совсем неинтересна судьба Антошиной жены? У вас приоритеты расставлены неправильно. В первую очередь — выживание.

— У нее нет уже судьбы. Всё закончилось, — сказала Наташа.

— И неинтересно, как закончилось? — удивился Валерон.

— Интересно разве что в плане, чем это грозит нам, — ответил я, присаживаясь на край кровати.

Валерон устроился на подушке поудобней и важно тявкнул:

— Уже ничем, но только потому, что я такой предусмотрительный. Княгиня лично посыпала ужин жены внука интересной приправой, прежде чем его отнесли к ней в комнату. Настаивала княгиня на общем ужине внизу, но Софочка сказала, что хочет поесть одна. Сыпала княгиня, при свидетелях водя артефактом над едой. Мол, на яд проверяет.

Он выразительно замолчал. Мол, где перед этим Антошина супруга ела? У нас. Значит, где ее отравили? Тоже у нас. Так мы и не сомневались, что княгиня постарается решить обе задачи одновременно.

— А дальше? — нетерпеливо спросила Наташа.

— Дальше предполагалось обнаружение трупа и предсмертной записки, в которой было указание на тебя. Я еле успел собрать все Софиины вещи и ее саму, перед тем как пришли удостовериться в том, что она умерла. Видел бы ты лицо княгини. Она аж под кровать лично залезла. Всю важность растеряла. А уж какими словами она ругала своих охранников, что упустили! Боюсь, она вернется сюда, проверить, не у нас ли Антошина жена. Версия такая звучала. Они вообще на редкость изобретательны оказались в плане версий. И ни одной правильной.

— А правильная какая?

— Я ее в ближайшее поселение в зоне оттащил. Но ее есть не стали, потому что ядовитая, — грустно вздохнул Валерон. — Лапами позагребали и ушли. А ведь, казалось бы, такая аппетитная, свежеумершая. Но может, у нее и личный яд был, не только от княгини, а устойчивость к яду есть не у всех тварей. Так что София пока во мне. Нужно нам в зону с тобой сходить, Петь. Ты землю согреешь, могилку выкопаешь, и мы бедняжку захороним так, чтобы ее никто никогда не нашел. А вот ее вещи… Может, их выдать вам? Переделаете.

— У нас хватает денег, чтобы Наташа не носила чужие обноски, — возмутился я.

— Так я не ей. А спасенным из зоны. Если им тряпки Черного Солнца подошли, то и эти сгодятся.

— Эти лучше выбросить, и подальше, — твердо ответил я. — В идеале — захоронить где-нибудь вместе с Софией. Потому что, не дай бог, у нас заметят хотя бы тряпочку от нее — княгиня раздует это до таких масштабов, что небо с овчинку покажется. Нас и без трупа в убийстве обвинят. Кстати, нужно проверить комнату, где она жила, на предмет, не забыла ли чего, чтобы тоже убрать.

— Мне всё это в себе таскать тошно, — сказал Валерон.

— Это от голода, — уверил его я.

— Не уверен, что это так, но проверить нужно.

С кровати он исчез, наверняка направившись прямиком на кухню. Но…

— Он скоро вернется, — сказала Наташа.

— У меня есть идея, как отправить его на несколько дней по делам, — сообразил я и потянулся с поцелуем к супруге.

Но поцелуй был скорее утешительный, чем намекающий. Валерон здорово сбил настрой нам обоим…

Глава 20

Отправить на задание помощника — это само собой. Но первым делом я попытался выселить Валерона из нашей спальни в принципе.

— Валерон, а давай тебе сделаем личную кровать где-нибудь в кабинете? Прекрасное место…

— То есть я буду спать в кабинете, а ты в спальне? — возмутился он. — Здорово придумал. Ты еще предложи в конюшню меня отправить. На холод, голод и погибель.

Он даже всхлипнул от избытка чувств и вытер лапой несуществующую слезу.

— Я предлагаю в теплое, уютное место с личной лежанкой. На что мы с тобой и договаривались изначально.

— Корзинки нет, спать одному страшно. Я маленький и беззащитный, — насупился Валерон с обиженным видом. — Только представь, что тебя выселили в кабинет. Тебе понравится?

— Валерон, это спальня моя и моей супруги, — не выдержал я. — Там третьего быть не должно вовсе. Там делаются дела не для свидетелей.

— Так я покараулю, — не моргнув глазом выдал он. — Могу на время этих дел выходить погулять. А потом вернусь на свое законное место.

— Валерон, нет у тебя места на нашей супружеской кровати. Кровать — для двоих.

— В чем проблема? Купите побольше. Или я могу поискать. Действительно, втроем там тесновато, вы слишком большие.

— Короче говоря, ты отселяешься, — бухнул я. — Можешь выбрать помещение, куда поставим корзинку. Можешь выбрать цвет и материал обивки на подушечке в корзинку, но выбора — спать в нашей спальне или не спать — перед тобой не стои́т.

— Коробка конфет ежедневно, — начал торг Валерон. — С ними я начинаю быть очень храбрым и не боюсь спать в одиночестве. Как вариант, можешь завести еще одного духа-хранителя здесь.

Он облизнулся, а я невольно подумал: не хочет ли Валерон завести гарем из привязанных к охраняемому месту девушек? Хотя там не обязательно будут девушки, да и вообще, как определяется пол у духов? Может, я о нем плохо думаю и ему всего лишь нужен компаньон?