Боярский сын (СИ) - Калинин Алексей

Ну а что? Пришлось слегка припугнуть. Напомнить, ради чего всё это затевается. Мизуки должна понимать, что если обманет и поступит по своему, то её семье всё равно не сдобровать. Ночные Хищники не любят оставлять свидетелей.

Да уж, чего мне стоило подбить Киндзи на это… Лучше не вспоминать. Он просил меня сразу помочь ему сделать харакири, но только не подвергать свою жену опасности встречи с Мизуки. Я же уверял, что всё будет нормально. Пришлось взять на себя полную ответственность и поклясться на Печати крови. Есть тут такая клятва, когда берёшь на себя ответственность и слегка пускаешь кровь, чтобы закрепить свои слова.

Неприятная клятва, потому что при этом включаешь живицу, и она фиксирует это намерение. Если клятва будет нарушена, то врубается процесс уничтожения того, кто эту клятву нарушил. То есть живица сама убивает своего носителя.

В общем, довольно-таки неприятная хрень!

Мизуки закрыла книгу. Её пальцы на мгновение побелели от сжатия.

Она встала, поправила складки платья — обычный жест, но я заметил, как её рука на мгновение коснулась пояса, где под тканью скрывалось короткое лезвие.

Метнёт? Передумает? Да ну, не может она метнуть — мой Детектор лжи молчал всё время, когда она вчера со мной разговаривал, когда сегодня говорила. Может, в этом мире ниндзя научились обманывать свои же мысли? Тогда да, тогда Детектор будет вообще не у дел.

— Ой, а что это тут у нас? — раздался голос Любавы Шумиловой. — Голубки воркуют после пар? Романтика у фонтана?

Она подошла к нам, держа под руку Варвару. На лице весёлая улыбка, а вот глазами пыталась как будто прожечь меня. И чего припёрлись? В принципе, всё что нужно, я уже сказал, а дальше как кривая вывезет.

— Мне кажется, что в вашем голосе сквозит ревность, госпожа Шумилова, — улыбнулся я в ответ. — Неужели вы тоже хотите присоединиться к нашему воркованию? Или же хотели птичкой усесться на голову статуи, а мы вам помешали?

— Ого, у кого-то прорезались зачатки юмора! — подала голос Варвара. — Шутеечки посыпались, хахашечки. С радостью растопчу этот скомороший порыв — вам и Михаилу Морозову следует явиться в дисциплинарный комитет.

— На чихуахуа я сдался этому комитету? — вспомнил я о породе мелких собак.

— Нам не говорили. Но думаю, что из-за глупых шуток и не менее глупого вида, — отрезала Варвара.

Какая же неприятная особа. И чего она так на меня взъелась? Всё же нормально было!

— Ну, если бы из-за этого вызывали, то кое-кто мог бы там прописаться пожизненно, — хмыкнул я в ответ.

— Кого же вы имеете в виду, говоря о подобной прописке? — вкрадчиво поинтересовалась Варвара.

— Да людей же много на свете. Вот кто-нибудь из них обязательно попадёт под эту категорию, — съехал я и обезоруживающе улыбнулся. — Информация от вас получена. Благодарю вас за это от всей души. Не смею больше вас задерживать!

— А мы тут хотим остаться! — с вызовом проговорила Любава. — Хотим под журчание воды подумать о прекрасном.

— Ну, а мы тогда пойдём, — подмигнул я в ответ. — Не будем мешать вам наслаждаться… журчанием.

Хотел ещё уточнить чьё именно журчание им двоим стоит послушать, но не стал. Лучше не ругаться с однокурсницами. Тем более, что они могут родителям нажаловаться. Те позвонят отцу, а это, перед предстоящим разговором, может только навредить.

— До свидания, госпожа Сато, — улыбнулся я. — До завтра.

— Всего доброго, господин Ярославский, — чуть поклонилась она в ответ.

Она ушла, не оглядываясь, а вот я оглянулся на фонтан, возле которого остались Любава и Варвара.

— Сударыни, всего хорошего.

В ответ полное презрение и игнор. Они уже щебетали между собой, присев на бордюр, и старательно делали вид, что меня вообще не существует на свете. Юный воин на постаменте держал стяг над головами девчат, и я подумал, что неплохо бы ему в этот момент выронить свой груз. Хотя бы секунд на десять, не больше.

Флешка в кармане почти не ощущалась. Ну что же, Балашиха, склад семнадцать… пришла пора проведать тебя и посмотреть, что ты скрываешь в недрах промзоны.

Мизуки Сато обучалась у ниндзя. По прошлой жизни я помнил, что им в общем-то особо нельзя доверять. Того и гляди воткнут какую-нибудь пакость под лопатку или подсыпят яд в еду.

Но она пришла ко мне с информацией, рискуя всем. И старается ради семьи. Значит, в ней осталось что-то человеческое. Или я просто хотел так думать, потому что мне нужен инструмент для опасных игр? Или потому, что всё это время у меня работал Детектор лжи и Мизуки ни разу мне не соврала?

Я не мог знать точного ответа. Но знал, что сегодня событие в шесть вечера в больнице на улице Маякова многое решит. Охранники у палаты Киндзи предупреждены, сами Хатурай тоже готовы. Осталось только успеть до этого времени, чтобы подстраховать Киндзи в случае моей ошибки.

Так, сколько сейчас времени? Половина первого. Ну что же, до шести время ещё есть. Должен успеть!

Фонтан продолжал журчать, не обращая внимания на мои размышления. А я направился обратно в сторону Академии. Ещё и Мишку надо выцепить, чтобы предстать пред грозные очи дисциплинарного комитета.

С дисциплинарным комитетом всё разрешилось на удивление быстро и даже буднично. Студенка с третьего курса прочитала нам с Мишкой заунывную лекцию о моральном облике студента Академии, погрозила пальцем и отпустила с миром, влепив по устному предупреждению.

И всё это из-за драки возле спорткомплекса. Я ответил, что это была всего лишь тренировка. Мишка подтвердил. Мы быстренько извинились и были милостиво отпущены.

Первая галочка напротив наших фамилий поставлена. Не очень хорошо, но и не смертельно. Такие драки бывают сплошь и рядом — всё-таки аристократы дорожат своей честью и при каждом удобном случае хотят её отстоять.

Вырвавшись на свободу, я не стал терять времени. На часах было начало третьего — до вечернего спектакля в больнице оставалась уйма времени, и я собирался потратить его с максимальной пользой. Мишка снова умчался смотреть секции, а я направился навстречу приключениям.

Отойдя пару кварталов от территории Академии, я вызвал такси. Наш семейный автомобиль я решил оставить Яромиру. Пусть покатается, у него пар сегодня больше и устать он должен тоже гораздо сильнее. К тому же, после вчерашнего у него болела голова, а это ещё один повод посочувствовать брату.

Да и не надо знать нашему водителю, куда я собрался ехать.

Старенький, но ухоженный седан подкатил минут через пять.

— Балашиха, северная промзона, — бросил я водителю, усаживаясь на заднее сиденье.

Таксист, мрачного вида мужичок в потертой куртке, лишь молча кивнул в зеркало заднего вида и тронулся с места.

Пока мы выезжали из центральных районов, я достал из рюкзака небольшой, потрёпанный ноутбук. Не бог весть какая техника, но для моих нынешних задач сойдёт. Выудив из кармана холодный металлический цилиндрик флешки, я вставил её в разъем.

Экран включился, мигнул, система чуть задумалась, и потом открыла содержимое.

А Мизуки постаралась от души! Передо мной открылась отрисованная с педантичной аккуратностью схема. Детальные поэтажные планы базы Клана Ночных Хищников. И надо сказать, устроились эти упыри с размахом: складской комплекс они переоборудовали в самую настоящую крепость.

Я вглядывался в монитор, и моя память жадно впитывала каждую деталь. Вот внешний периметр: красными точками отмечены камеры наблюдения с перекрывающимися секторами обзора. Но идеальной защиты не бывает, и юная ниндзя заботливо выделила слепые зоны бледно-серым.

Вот посты охраны: двое у главных ворот, один патруль наматывает круги вдоль бетонного забора.

А вот это уже интереснее… Желтыми крестиками значились замаскированные ловушки. Возле старой трансформаторной будки — нажимная плита, у черного хода — что-то похожее на магическую сигналку. Я увеличивал масштаб, запоминал тайминги движения патрульных, углы поворота камер и возможные пути подхода. Мозг работал как часы, рассматривая трехмерную модель вражеской базы.