Статус: В общем и целом – ученик (СИ) - Flow Ascold

— Всё закончилось? — тихо спросила она.

Авулус кивнул:

— Да. Посиди тридцать минут, чтобы у сторонних наблюдателей сложилась правильная картинка.

Девушка кивнула и спросила:

— Нужна ли вам тишина или рассказать последние слухи, чтобы скрасить час?

— Тишина.

Он сел в кресло у окна и погрузился в свои мысли. Последний заказ Лиги не давал ему покоя. Частный контракт на убийство. Что-то с ним было не так, но он не мог понять, что именно… И это раздражало, действовало ему на нервы. Словно он упустил какую-то деталь. Очень важную деталь…

Обычно Лига заказывала устранение конкретных врагов: предателей, свидетелей, агентов других организаций. Но этот контракт был другим. Цель — участник турнира драконидов. Непонятно, кто именно. Непонятно, почему Лиге понадобилось убивать участника турнира. Это же Новички зелёные. Пусть и перспективные. Если они хотят таким образом ослабить Дракорию, одной смерти будет слишком мало. А император мордой землю перероет, и сделать что-либо ещё будет крайне затруднительно.

Авулус встал и подошёл к окну. За ним раскинулся город, полный жизни и суеты. Где-то там, в этом огромном мире, двигалась Лея. Призрак Востока.

Когда-то давно он принял её за агента Лиги и приманил к себе. Но вместо потенциального врага нашёл сокровище, в сто раз более дорогое, нежели любой артефакт. Он надеялся, что она справится. Но что-то внутри него шептало, что этот контракт может обернуться большими проблемами.

Он покачал головой, прогоняя сомнения. Лея — профессионал. Она знает, что делает. И, если что-то пойдёт не так, она сумеет выбраться.

Глава 14

Тюрьма при цитадели Равновесия в Верхнем городе Аматира. Представитель имперской канцелярии Дракории и начальник тюремного корпуса.

Двое стояли на небольшом карнизе, с которого просматривался весь внутренний двор скрытой от посторонних взглядов тюрьмы. И взгляды их были направлены на место, что обычно покрывали кровавые разводы от наказаний заключённых. Когда-то, ещё полторы недели назад, его называли двором скорби и боли. Теперь же…

— Почему он всё ещё тут? — с недовольным лицом произнёс имперский представитель. — Мы же позволили ему вернуться во двор героев ещё три дня назад.

— Ваше благородие… Мы говорили ему. Но он не хочет уходить! — ответил начальник тюрьмы.

— Как это «не хочет»? Ему тут что, мюлом* (мёд драконидов) намазано?

— Он отказывается. Говорит: тут комфортнее… — вздохнул с сожалением потерявший власть над тюремным двором драконид.

— Бред какой-то… — покачал головой имперец. — А что это он делает?

— Тренируется, — пожал плечами собеседник. — Опять…

— Что это за тренировки такие?..

На их глазах вальяжно бежавший по двору человек начал резко набирать скорость. В какой-то момент подпрыгнул, ногами ступая на стену основного здания тюремного корпуса и — побежал уже по стене, мягко и быстро перепрыгивая через узкие решётчатые окна, к которым прильнули голосящие невольники, что подбадривали его не хуже толпы на трибунах арены.

Он добежал до угла, оттолкнулся и перескочил на соседнее здание, продолжая бежать параллельно земле, удивляя невольных наблюдателей. В какой-то момент человек резко исчез из вида, и лишь обладающие высоким Восприятием избранные заметили его фигуру, воспарившую на сумасшедшей скорости в небо. Там, в вышине, откуда заключённому открывался вид на всю столицу, он завис в воздухе, а спустя несколько вдохов и выдохов огненным метеором помчался к земле.

Удар был такой силы, что дрогнули здания не только тюремного корпуса, но и всей цитадели Равновесия.

— Безумие… Я не понимаю, как он это делает, но он, видимо, хочет самоубиться и вызвать на наши головы гнев императора! — возмутился представитель администрации. — Немедленно прекратите этот балаган!

— Вот вы сами, ваше благородие, попробуйте подойти и прекратить. У меня две трети стражников в лазарете после спаррингов с ним.

— Вы ещё и спарринги с ним устраивали⁈ — возмутился имперец.

— Прошу прощения… Я немного не так выразился. Он устраивал. Мы просто пытались его остановить… Сказать, чтобы он так не делал.

— И что, он не слушал ваших приказов?

— Ни одного дня не было, чтобы он был послушным заключённым… Если мы убега… В смысле, запирались в карцере… То есть не позволяли ему проводить с нами спарринги, он вытаскивал заключённых и тащит их во двор, чтобы размяться. Обещал тысячу талантов тому, кто сможет его вырубить.

— Какой же бардак… Как вы можете так выполнять свои обязанности и охранять заключённых? Что, если они решат сбежать?

— Он не разрешает… Говорит, что у всех поступков есть последствия, и по вечерам проводит лекции о благочестии, благородстве, наказании и ответственности. Надо сказать, даже мы с удовольствием слушаем его. Собираемся вместе с заключёнными в актовом зале и… Так, прошу прощения, я отвлёкся, ваше благородие. Я прошу вас повлиять на участника турнира и вывести его в положенное место пребывания!

Представитель имперской канцелярии посмотрел на начальника тюрьмы в очередной раз и тяжело вздохнул. Он не хотел показывать слабость перед ним. Но ему тоже было страшно подходить к этому безумному человеку.

«На его дуэль послезавтра собирается прийти сам император. И, не дай Мираклея, с ним что-то случится… Полетят головы! Но с характером этого самовольного заключённого…»

— Послушайте, не увиливайте от своих обязанностей, — произнёс драконид начальнику тюрьмы. — Или вы боитесь его?

Взгляд имперца упал на зафиксированную в лечебном затвердевшем растворе руку.

— Это он сделал с вами? — нахмурился он.

— А? — опустил взгляд на сломанную конечность начальник тюрьмы. — Нет, что вы. Он старается до такого не доводить. Это моя любимая не в духе была…

— Гхм… — прокашлялся имперец в кулак. — Понятно. Ну так вот! Идите и скажите ему что-нибудь. Например, что к вам большое количество заключённых ведут, нужно освободить камеру! Вы и так пострадали. Судя по вашим рассказам, он вас не тронет.

— Это да… Но где мне взять столько заключённых?

— Думаете, он проверит?

— Я уверен в этом! У него за спиной всегда мудрая богиня, великолепная и прекрасная, умная и щедрая, добрая и ласковая, нежная и непревзойдённая…

— Она вас тоже била?

— Не совсем… Но… — перешёл на шёпот драконид: — Вот чёрт… Он идёт сюда. Сделайте вид, что мы незнакомы.

Человек с недовольным лицом медленно парил к ним. Он разминал плечо, словно ушиб его после падения. В остальном на его теле не было никаких изменений. Даже синяков и ссадин не нашлось.

— Хватит хвосты жевать. Чего хотите?

— Уважаемый Алекс Лисоглядов. Несмотря на то что ваша компания крайне нравится начальнику тюрьмы, я бы очень сильно хотел попросить вас о переезде в положенные для героев турнира апартаменты, — с улыбкой произнёс имперский представитель.

— Зачем оно мне? Там все соперники будут видеть мои тренировки. Да и здесь я уже обустроился.

— И всё же… Вдруг начнутся беспорядки и нам понадобятся камеры? Не будьте, пожалуйста, таким эгоистом. Подумайте о других заключённых! Вдруг им не хватит места, и что нам тогда делать? Отпускать их нельзя! Казнить? Без суда и следствия? За украденное яблоко?

— Ну, вы тоже палку-то не перегибайте и меня за дурака не считайте. В тюрьме полно свободных мест. И, если уж вы хотите в очередной раз нарушить мой покой и подготовку к дуэли, сделайте это хотя бы красиво. Так, чтобы я не чувствовал себя расстроенным, — произнёс Алекс с лёгкой улыбкой на лице.

Его действительно устраивала та обстановка и та забота, которой его окружил начальник тюрьмы после первых разногласий. Но, кажется, настала пора сделать очередной ответный удар на нарушенные Дракорией законы гостеприимства.

— Господин Лисоглядов… Что именно вас не устраивает? Быть может, мы можем хоть немного поспособствовать вашему более комфортному пребыванию за пределами стен этой несчастной, требующей ремонта после ваших тренировок тюрьмы?