Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ) - Данберг Дана

Вот и выходит, что они либо думают, что я что-то видела или знаю, либо я действительно что-то видела и знаю, но не поняла что, а Маркус для них угроза из-за своего дара, поэтому-то они на нас и нападают. И у меня, и у него были все шансы просто погибнуть в первой же атаке. И мне, и ему просто повезло, что не погибли.

Я повертела в руках переговорный артефакт. Мне надо было с кем-то посоветоваться, но Лиза для этого не подходила. Она, конечно, если со мной что-то случится, передаст мои слова своему дяде, но говорить с ней о том, что мне делать здесь и сейчас, смысла особого не было. Она – такая же студентка первого курса, как и я. И хоть мы никогда не были пай-девочками, но все же к такому нас жизнь не готовила. Мы ведь не боевики какие-нибудь, не гвардейцы короля, чтобы знать, что делать в такой ситуации.

Но кому звонить? Брату? Ну так он горных дел мастер, инженер, маг земли. Службу, конечно, он проходил, как и любой дворянин. То есть полгода после Горной Академии командовал солдатами где-то в центре нашего королевства, вроде бы они там какой-то объект охраняли. Очень боевой опыт! Отцу? Это было уже лучше, он и в последней войне участвовал, да и некромантия располагает к обретению боевого опыта. Вот только папа по складу характера человек мирный, иначе он бы нашу маменьку давно бы придушил.

Кстати, о ней… Я нажала на руну вызова, искренне надеясь, что она находится сейчас дома, где стоят подавители магического фона гор. Ответила она не сразу, но все же, судя по ее уверенному и хорошо слышимому голосу, она была в поместье.

– Дочь? Я уже думала, что ты забыла про свою мать! – тут же начала она с милых сердцу наездов… точнее, приветствий. Нет, ну а чего расслабляться?

– Здравствуй, мама. Как дела?

– Что случилось? – тут же насторожилась она. Я просто никогда не спрашивала ее как дела, потому что у нее-то все всегда отлично, это у окружающих не очень. И чем хуже у окружающих, тем лучше у нее, она энергией ею обиженных питается, по-моему.

– Мама, тут такое дело… В общем, мне нужен твой совет.

– Бросай его!

– Что?

– Бросай того, кто тебя обидел! – тут же жестко ответила мама.

– Мам, дело не в этом. Мне нужен твой совет, как самой боевой единицы в нашей семье. Просто папу и брата об этом спрашивать глупо, они вряд ли смогут посоветовать что-то дельное.

– А я смогу? – ядовито усмехнулась маман.

– Думаю, ты сможешь. Или хотя бы скажешь, что мне делать дальше, потому что я что-то совсем ничего не понимаю.

– Ну ничего не можешь без матери! – хмыкнула та, но я по голосу слышала, что мои слова ей приятны.

– В общем, я кое-что рассказала и Лизе, чтобы в случае чего она своему дяде передала. Не хотела вас с папой беспокоить, но я не вижу сейчас другого выхода.

– Что там у тебя происходит? – уже серьезно спросила мама, потому что упоминание главного жандарма нашего домена не располагало к веселым шуткам.

Ну и я ей рассказала, вкратце, без своих выводов – хотела услышать, что она сама об этом думает.

– Я рада, что ты познакомилась с де Греатришем, он хороший мальчик, – выдала мама, выслушав меня.

– Мама!

– Ладно, ладно, не злись, это я так, – задумчиво ответила та. – Не знаю, что сказать, если честно. Такое ощущение, что они то ли приняли тебя за кого-то другого, то ли ты видела или слышала что-то, что для тебя не предназначено.

– Я тоже так подумала, только я без понятия, что именно.

– Это я уже поняла. Вот что, подумай не о том, что произошло в Академии, а о том, что было раньше. С первыми студентами ты столкнулась в последнем крупной городе, где ночевала. Так? Там что-то произошло?

– Ну, я натравила богомолов на одного парня, который плохо о девушках в Академии отзывался.

– Нет, ну конечно! Как ты могла пройти мимо, да?

– Он вряд ли понял, что это я.

– Возможно… Но да, на причину для убийства это не тянет. Думай, дочь, что ты еще могла видеть. Может, что-то в деревне у подножья гор или по дороге?

– Почему ты думаешь, что это не что-то в стенах Академии? – насторожилась я.

– Потому что все очень быстро завертелось. Бойкот этот я еще понять могу, но натравить на тебя упыря – это уже слишком. А кроме того, ты сказала, что слышала вой, но никто его не слышал больше, так?

– Скорее всего. Но я не знаю, как это объяснить. В ту же сторону, что и мое окно, только в нашем общежитии выходит еще девять на разных этажах. Сомневаюсь, что при такой температуре они все были закрыты.

– Учитывая твою иммунность к ментальной магии, думаю, менталист воздействовал на остальных, чтобы они не слышали. Тебя хотели дискредитировать или напугать, дочь.

– Менталист? Маркус не стал бы…

– А я и не про него. С чего ты решила, что он там такой один? – резонно заметила мать. – Я кое-что понимаю в этом виде магии, Диана. Так вот, чтобы человек во сне не услышал какой-то там вой даже напрягаться особо не надо. Если менталист был достаточно сильным, он мог рассеять воздействие звука, остальным просто приснилось, что они что-то там слышали и они про это тут же забыли.

– Маркус бы сказал…

– Маркус твой еще опыта не имеет, – опять перебила меня мама. – Он может быть сколь угодно талантливым мальчиком, но он и учился по ускоренной программе, и практика у него минимальная. А такую магию как ментальная люди всю жизнь постигают. Впрочем, не только ментальную.

– Значит, ты считаешь, что второй менталист, если он есть, намного старше? Пятый или шестой курс?

– Скорее всего даже не аспирант, а кто-то из преподавательского состава, – подумав, ответила мама.

– Может, он и есть старший в этой всей шайке?

– Вполне возможно. Он же как-то держит их под контролем. И если с простолюдинами все ясно, то как он смог подмять под себя аристократов? Подумай над этим.

– И что мне делать теперь, мам? Уехать, но…

– Уезжать тебе ни в коем случае нельзя, – помолчав, ответила мама. – Ты просто не доедешь. Тебя, конечно, может забрать наша охрана или даже отец, но смысла в этом не слишком много. Если они действительно думают, что ты что-то знаешь, то просто так не отступят. А ты не сможешь постоянно ходить с охраной. Не то, чтобы мы не могли тебе этого обеспечить, но это не выход.

– Согласна, – вздохнула я. Даже если ко мне приставят охрану, то всегда можно как-то ее устранить или подловить. Телохранители – это защита от случайности или дурака, а покушения предотвращаются ликвидацией угрозы как таковой, а не исполнителей. – Так что…

– Учись и тренируйся, дочь. Чем сильнее ты станешь, тем дольше проживешь. А еще постарайся не ходить по кустам и не оставаться одна. Хотя это не гарантия, конечно.

– Да уж, не гарантия.

– И не забывай дочь, что ты – прямой потомок русалки.

– Что? – я даже опешила. – Ты предлагаешь…

– Они не оставили тебе выбора, – отрезала мама и отключилась.

Вот и поговорили! Ну, мама!..

Я села и задумалась. То, на что намекала дорогая моя маман – имело место быть, конечно, но я не уверена, что пользоваться этим – такая уж хорошая идея. Впрочем, я хотела от нее совет – я его получила. О чем теперь спорить? И ведь, если рассуждать без эмоций, то мама права, это может быть единственным приемлемым вариантом.

С другой стороны, если меня кто-то поймает… Ничего предъявить мне не смогут, конечно, но слухи могут пойти нехорошие, что повлияет на всю мою дальнейшую жизнь. Или не пойдут, если я буду осторожна.

Какие у меня, собственно, риски? Риск в том, что тут, в Академии, может оказаться еще потомок сирены женского рода с даром. И тогда он может что-то почувствовать. Женщин, тут немного, конечно, но они есть, а по внешнему виду никто и никогда не определит, какие способности человек мог унаследовать от далеких предков. Это я имею многие отличительные черты русалок – волосы, кое-какие зачатки ментального дара, а еще дар “Песнь сирены”, о котором и говорила мать. Но у других может быть что-то одно и не такое явное.