Мои. Робкий дар убогого мира (СИ) - Таб Лина

Диель помог спуститься с повозки и мы все еще не расцепляя рук пошли в дом. Проходя мимо мужей, я к радости не испытывала чувства вины, ну почти, но улыбнулась вполне искренне.

Правда наверное, лучше бы я этого не делала, потому что моя вымученная улыбка стерла невозмутимость с лица второго мужа, а первый нахмурил брови и я бы сказала, возмущенно набрал в легкие воздуха. Но так как это Микайя, возмущений не последовало.

— Что произошло? Почему у тебя магическое истощение? — спрашивает первый муж, как только я расцепляю с Диелем ладони.

— Обезболивала нас, — произношу с улыбкой, смотря, как муж заботливо усаживает меня на стул, а сам наливает в таз теплой воды и аккуратно моет мои руки. Каждый пальчик, вызывая во мне чисто женское довольство, что за мной сильной и самостоятельной ухаживают так трепетно, вроде и ругается, но заботится, касается так бережно.

— Нас ты тоже обезболивала, но подобного у тебя не было, — произносит Карья, облокачиваясь бедрами о столешницу и складывая руки на груди, — не стоило сегодня заниматься, — стискивает челюсть, явно виня себя, — я не предусмотрел этого.

— Так ты и не маг, ты не можешь учесть все, — произносит возмущенно Микайя, протирая тканью мои руки.

— Я маг и вся ответственность на мне, — пытаюсь возмутиться.

— Ты только учишься и спрос с тебя как с ребенка, который только начал постигать азы, — возмущенно парирует Микайя, вызывая на моем лице улыбку.

Склоняюсь к мужу и к его полной неожиданности, жмусь щекой к щеке.

Микайя дергается, тут же заглядывая в мое лицо. Пришлось улыбнуться и убедить, что я не падаю в обморок и только тогда, меня бережно обняли.

Привык, мой ласковый и нежный мальчик, осмелел.

Поднимаю голову, находя взглядом Диеля, уже более напряженного, стоящего рядом с Карьей.

— Если решишь себя в чем-то винить, то ночью первым пойдешь кормить голодных шаршей, — произношу с шутливой угрозой.

Карья хмыкает, Микайя робко улыбается, больше взглядом и встает, убирая таз, а Диель сперва растерявшись, шумно выдохнул и ратянул губы в своей привычной улыбке.

— Кровать-то установили? — обвожу мужчин взглядом.

— Да, — отвечает Карья.

— Как обычно, двое со мной, один теперь отдельно, потом меняетесь, — все же следую некоторым правилам, чтобы не вносить беспокойство и мало ли, не возрождать в них дух соперничества.

Мужья реагируют спокойно и я успокаиваюсь.

— Я лягу сегодня отдельно, у меня было больше всего возможностей спать с женой, — произносит Микайя и я тут же ловлю его взгляд своим. Волнуется, капельку ревнует, но реагирует в целом нормально.

Поднимаюсь, не чувствуя катастрофической слабости, но не расслабляюсь, помня как когда-то рухнула в обморок. Делаю несколько шагов к первому мужу и обняв его за шею, приникаю к губам. Целую не страстно, а нежно и чувственно. Муж мигом включается, запускает одну ладонь мне в волосы, массируя затылок, а второй удерживает чуть ниже лопаток.

Когда я разрываю поцелуй, утыкаюсь в сгиб шеи и плеча, вдыхая его запах и ощущая одно вполне конкретное чувство, которое наверное, будет правильнее озвучить.

— Я люблю тебя, Микайя, — шепчу совеем тихо, только для нас двоих, надеясь, что он понимает значение этой фразы.

Щеку обдает теплым резким дыханием, а муж будто каменеет, чувствую, как бешено ускорилось его сердцебиение и только тогда, он сильнее сжал меня, отчаянно уткнувшись носом мне в щеку.

— Я тоже тебя люблю, Лена, — шепчет дрогнувшим голосом, на выдохе, шумном и рваном.

Когда я отстраняюсь, глажу пальцами щеку мужа. Да, я не ошиблась, я действительно чувствую к нему это. И похоже, мои чувства возникли именно тогда, когда мы с ним стали близки.

Микайя все еще подрагивает телом, волнуется, но глаза лучатся такой радостью, будто ему сказали, что он выиграл миллиард долларов. Едва ли он поймет, что это значит, но для меня это более понятное сравнение.

Осмотревшись, поняла, что мужья тихо испарились из комнаты. Уверена, они разберутся, в том числе и Диель, ведь он знает тут все не хуже чем я.

Ради интереса, и чтобы успокоить волнение, я даже заглянула в комнату, оценить кровать, а может проверить, точно ли она есть. А еще, увидеть Сахи, потому что он как обычно не выходил, уступая внимание законным мужьям. Он всегда так делал, стоило кому-то их них появиться на горизонте и наверное, это правильно. Но я испытывала некоторую нежность к этому милому мальчишке и сейчас, заглянув в комнату, обнаружила и правду вторую добротную кровать, уже застеленную бельем и Сахи, сидящего на второй кровати, поджавшего к груди колени.

Когда я вошла, мой раб замер, вытянувшись и даже вскочил, щеголяя одними панталонами, являя стройное тело.

Не удержавшись, я обвела это тело взглядом. Гармоничное и привлекательное. Я уже видела его в этом облике и не раз, но сейчас я в первую очередь видела самого Сахи, неуверенного в своем положении и радостного, что я смотрю на него.

— Как дела? — спрашиваю у него, двигаясь вглубь комнаты.

— Хорошо, Рейна. Поздравляю с обретением третьего супруга, — произносит тихо, склонив голову. Руки он при этом держит перед животом, сцепив пальцы.

Выдыхаю, понимая, что мало уделяю ему внимания. Он не мой муж, но однажды им станет, хотя этого я прямо никому не говорила. Мужья и так понимают, а Сахи, просто рад каждому моему знаку внимания. А я…? Трушу наверное уже по привычке.

Подхожу ближе, ощущая легкую слабость и просто обнимаю за шею, чувствуя тепло его тела.

Сахи вздрагивает, щеку обдает рваное дыхание, но он тут же сильнее склоняет голову и жмется щекой к моему виску и тогда, совсем невесомо, почти незаметно, касается губами кожи. Мимолетно, словно взмах крыльев бабочки, чем вызывает в моем теле прилив тепла и нежности.

— Однажды, — шепчу тихо, — когда я смогу снять с тебя эту метку, — провожу пальцами по тонкой коже шеи, где красуется тонкая вязь рабской метки, — я назову тебя своим мужем, Сахи, — произношу все так же тихо, но уверенно, не сомневаясь в своих словах.

Мужчина же весь замирает, напрягаясь как струна.

— За стенами дома, ты все еще мой раб, Сахи, но в его пределах, где есть только мы, ты можешь вести себя как мой муж. Уже сейчас, — произношу чуть громче, отстраняясь, всматриваясь в светло-карие глаза своего раба.

И столько радости и света в них лучится, что мое тело обдает волной тепла.

— Благодарю, Рейна, — произносит он с благоговением опуская руки мне на спину.

Улыбаюсь, чуть взъерошивая кудрявые каштановые волосы пальцами.

— По имени, Сахи.

— Хорошо. Я смогу, — улыбается скромно, стараясь смотреть на меня.

Чмокаю мужчину в уголок губ, отчего даже на смуглой коже проступает румянец и разворачиваюсь к зашедшему в комнату Микайе, хмурому и внимательно меня рассматривающему.

Но это не ревность, понимаю я. Именно к Сахи Микайя меня не ревнует. Они и правда дружат.

— Лена, ложись пожалуйста спать, магическое истощение это не шутки, — произносит хмуро, направляясь ко мне и под взволнованный взгляд Сахи, берет меня на руки и не слушая мои возмущения о том, что мне надо почистить зубы и умыться, несет в комнату к мужьям, надо сказать, перепугав обоих, потому что они думали, что мне совсем плохо.

Сгрузив на кровать, Микайя, откуда не возьмись командным тоном сказал, чтобы меня не выпускали, иначе я точно грохнусь в обморок.

Ну а я, лишь открывала и закрывала рот, балдея от этой наглости.

Нет, определенно что-то изменилось в моей жизни и судя по ощущениям, в правильное русло.

23

Сегодняшний выезд на рынок я решила совместить с прогулкой в компании своих мужей. Проблемы и дела никуда не девались, но нам банально стоило провести время вместе, да и выбраться хоть на тот же злополучный рынок, чтобы развеяться было не лишним.

Мне требовались кое-какие специи, чтобы завершить подготовку продуктов на продажу, потому что у меня они неожиданно закончились и чтобы не посылать вновь одного Диеля, я решила составить ему компанию, а заодно выгулять остальных мужчин. Правда Сахи все же я благоразумно оставила дома следить за шаршами. Да и не только в них дело на самом деле. Рабы хоть и моя собственность, но ими могут распоряжаться и другие, не прямо, через меня, но отношение, гадкое и унизительное обязательно кто-нибудь проявил бы. Потому что это норма. Раб — это имущество, вещь. Такого я стерпеть бы не смогла, тем более что Сахи милый мальчишка, который точно не заслуживает скотского отношения. Именно так я ему и сказала утром и вроде бы он прекрасно меня понял, но в душе все равно скреблось, что вроде бы я с ним обещала так же как со всеми и вот пожалуйста, первый совместный выход, а он дома.