Любопытно. Им что, выпить негде? Или они чего-то хотят?
Налётчиков было десятка два, а то и больше. Сколько точно — не получалось разобрать в темноте. Всадников было всего несколько, остальные пешие.
Раздался молодецкий свист, и в сторону дома полетела очередная бутылка. Она разбилась об стену, и следом поднялся радостный вопль.
— А ну, выходите! — заорали из толпы.
— Да, сюда! — поддержал его противный визгливый голос. — Мы знаем, что ваш господин подох! Что вы теперь будете делать?
— Я скажу, что они будут делать! Теперь они будут нам служить, все до последнего!
Его поддержали согласным криком. Снова полетели бутылки.
Надо же, какие самоуверенные ребята. Интересно, как они узнали, что граф якобы погиб? И почему решили, что могут прибрать к рукам его дом и людей?
Против этой пьяной ватаги вышли все, кто мог. А это оказались четыре гвардейца с плохонькими саблями, да несколько слуг, вооружённых чем попало. И тот самый старик, что спал возле моей кровати.
Дедуля, кстати, оказался не промах. Он где-то откопал алебарду и, выйдя на улицу, заорал:
— Ну, подходите, гады! Всех замочу!
Налётчики в ответ рассмеялись. Ага, смешно. Думаю, даже издалека было видно, что старый еле держит алебарду.
— Не лез бы ты, дед Макар, — сказал один из гвардейцев.
«Наши» стояли недалеко от окна, так что их разговоры я прекрасно слышал.
— Чего это не лезь? Я этот дом защищал и защищать буду! К тому же господин приказал.
— Очнулся?
— Да.
— Хорошо, — сказал гвардеец. — Значит, стоять будем до последнего!
Судя по аурам, одарённых среди моих гвардейцев нет. Среди слуг тем более. Артефактами они тоже не оснащены. Как же они собираются выстоять против толпы отморозков?
Как подсказывала память, главным бойцом в роду был сам граф Шахтинский. Мой предшественник, то есть. Он был по-настоящему хорошим фехтовальщиком, да и магией владел, уж какой-никакой.
— Эй! — выкрикнул бородатый гвардеец. — Что вам здесь надо, отребье? Валите по-хорошему!
В ответ опять раздался весёлый смех.
— А то что вы нам сделаете?
— Подойди и узнаешь!
Вперёд выехал всадник на вороном коне. Его лысина блестела под луной, а на лице играла кривая ухмылка.
— Ты уверен, служивый? А то мы же сейчас подойдём. Лучше сдавайтесь по-хоро…
— Захлопни пасть, — перебил его гвардеец. — Мы дворянская гвардия, и таким ублюдкам, как вы, ни за что не сдадимся!
Я ещё раз убедился, что все оставшиеся люди верны Леониду до мозга костей. Это не могло не радовать.
Лысый рассмеялся.
— Как хочешь. Прикончите их, парни!
Часть бандитов бросилась вперёд. Остальные начали галдеть — похоже, делали ставки.
Мои четыре гвардейца вышли вперёд, оставив вооружённых слуг прикрывать тылы. Против них выступило минимум вдвое больше врагов, но мои бойцы выглядели решительно.
По крайней мере, они были вооружены нормальным оружием. А у бандитов по большей части были дубины и какие-то ножички.
Гвардейцы встали плечом к плечу и смело встретили натиск. Скоро к звону стали добавились вопли раненых.
Два бандита, зажимая раны, ковыляли в сторону своих. А ещё двое упали на землю бездыханными.
Надо же. Гвардия у меня, может, и маленькая, да удаленькая.
Выбывших заменили другие налётчики. Бой продолжался. Слуги помогали, чем могли.
Лысый только снова рассмеялся:
— Думаете, сможете победить? У меня людей хватает, а вот вы скоро выдохнетесь!
Как ни крути, а он был прав. Гвардейцев начали теснить, но они продолжали отважно драться. Ещё один противник рухнул замертво.
— Атаман! — выкрикнул кто-то из бандитов. — Что-то они больно отчаянно бьются. Может, ты это… Покажешь класс?
— Ты меня что, в бой отправляешь? — прорычал лысый. — На то я и атаман, чтобы самому в свалку не лезть. Убейте их! И старика этого с алебардой тоже!
Так, ну всё. Хватит мне смотреть на представление, пора самому поучаствовать.
Недолго думая, я распахнул окно. Залез на подоконник и выпрыгнул на улицу.
Голова тут же закружилась, а ноги чуть не подогнулись. Всё-таки организм ещё не до конца восстановился. Но эффектное появление того стоило.
Опираясь на меч-кочергу как на трость, я направился вперёд.
— Добрый вечер, господа. Могу я узнать, что здесь происходит?
Все так офигели, что даже драться перестали. Атаман задрал брови так, что они едва не залезли на лысину. Но быстро взял в себя в руки и рявкнул:
— Назад! Хватит с них пока что.
— Дык мы же никого не зацепили даже, — обиженно пробурчал один из бандитов, зажимая рассечённое плечо.
— Назад, сказано. Я буду говорить с графом.
Атаман спрыгнул с лошади и пружинистым шагом направился ко мне. А я спокойно пошёл навстречу, по дороге уважительно кивнув гвардейцам.
— Ваша милость… — тяжело дыша, произнёс бородатый. — Как вы…
— Всё нормально. Молодцы, что не опозорили честь мундира. Сейчас я здесь со всем разберусь, — ответил я.
Гвардейцы подняли окровавленные мечи в воздух и закричали так, будто уже праздновали победу. Боевой дух я им своим появлением точно поднял. Это уже дорогого стоило.
Мы с лысым встали друг напротив друга в нескольких метрах. Он сунул большие пальцы за пояс и усмехнулся. А затем сплюнул сквозь зубы на землю между нами.
Как неуважительно. По мне, так уже есть повод переломать ему все кости своей кочергой. Но послушаю сначала, что он скажет.
— Так ты, значит, не помер, — начал атаман.
— Для начала, обращайся ко мне «ваша милость» или Леонид Сергеевич, — сказал я. — Это первое. Второе — назови себя и не забудь поклониться.
Мужик слегка ошалел от моей наглости, но затем ответил:
— Смотрю, храбрости тебе не занимать. Меня зовут Барс.
Поклона, само собой, я не дождался. Ну и ладно. Мне всего лишь надо было обозначить статус, на покорность я и не рассчитывал.
— Что тебе нужно на моей земле, Барс?
— Твоей земле? Окстись, графёныш. Ты не можешь управлять этой землёй. Да у тебя, кроме вшивого титула, ничего не осталось, — оскалился лысый.
— А ты, стало быть, хочешь присвоить мои владения?
— Можно и так сказать. За мной сила, — Барс обвёл рукой своих людей. — А у тебя что? Ты же сам едва живой. Братва, да он еле на ногах стоит! На кочергу опирается!
Атаман рассмеялся, а следом за ним и все остальные. Но смех вышел уже не таким жизнерадостным, как до этого. Полагаю, веселиться бандитам мешали трупы их товарищей и стоны раненых.
— Между прочим, это меч, — я приподнял своё оружие. — Или был когда-то.
Вообще-то, железная кочерга — не самая дешёвая вещь в мире, где с металлом большой напряг. Потому и бандиты были вооружены в основном деревянными дубинами. Ножи были только у нескольких, а про огнестрел я вообще молчу.
— И ты ошибся, Барсик, — добавил я. — На ногах я стою твёрдо.
— Проверим? — прорычал он. — Справишся этой хернёй со всеми нами?
Я пожал плечами и невозмутимо направился вперёд.
— С радостью. Сам будешь драться или боишься?
Атаман криво улыбнулся, делая шаг назад:
— Ты меня не спровоцируешь. И у меня, в отличие от тебя, людей хватает. Прикончите его, парни!
Лысый развернулся и направился обратно к своей лошади. А на меня двинулись четверо его приспешников.
Ух, сейчас будет весело. Главное, в живых остаться. А то что же это получится, я за сутки дважды погибну? Нехорошо это.
Или первая смерть не считается? Может, моё тело и вовсе на месте осталась, просто Сердце Галактики выбило из него мою душу?
Ай, ладно. Теперь это уже не важно. Гораздо важнее те четверо ушлёпков, что прут на меня со своими дубинами.
Мои гвардейцы ринулись было на подмогу, но я жестом их остановил.
— Сам разберусь.
— Господин, но вы же…
— Не вмешивайтесь.
— Надавайте им как следует, ваша милость! — завопил дед Макар, потрясая алебардой.
Тут уж как получится. Мои противники — не одарённые, да и вообще на профессиональных воинов слабо похожи. Но и я далеко не в лучшей форме.
