Тайна блаженной Катрин (СИ) - Щуко Светлана

— Почему ты его не отдала своей хозяйке, Жюли?

— Я хочу откупиться от мадам Карно и уехать из Парижа. На вас у меня последняя надежда, мадам, — девушка сложила руки в умоляющем жесте.

- Тебе нужны деньги?

Жюли кивнула.

- Ты могла поступить намного проще: обменять печать гильдии на свою свободу у мадам Карно. - Я внимательно посмотрела на девушку.

Она замотала головой и усмехнулась:

- Что вы, госпожа, тогда бы я не увидела ни печати, ни свободы.

- Откуда у тебя информация, чем владела мадам Бено?

Девушка опустила глаза и тихо сказала:

- Так откуда ж ей взяться, как не от клиентов мадам. Сам глава гильдии к нам часто захаживает, я его любимица.

- Понятно. Ну хорошо, если мы всё это сделаем, я получу деньги, дам тебе энную сумму на откуп, а потом ты куда? Тебе есть куда идти? - поинтересовалась я у девушки. Не сказать, что я переживала, что с ней будет дальше. Но я прониклась к ней некоторым уважением, она пыталась изменить свою судьбу, а не плыть по течению. Многие ли на такое способны?

- Да, мадам, у меня осталась бабушка. - Девушка замялась, видимо, раздумывая, говорить мне или нет, и всё-таки решившись, добавила: - Она у меня травница, только не знаю, жива ещё или нет. Мои родители с ней не общались.

- Зачем же ты пришла работать в бордель, если у тебя есть родные? - удивилась я.

- Я старшая в семье, отец залез в долги. Он продал меня за карточный долг мадам. - Жюли старалась сдержать слёзы, но они предательски покатились по её щекам.

Меня передёрнуло, если она говорила правду, то это просто ужас. Родной отец! Уму непостижимо! Как такое может быть? Родное дитя продать? Хотя, что и говорить, в моём мире такое тоже может запросто произойти. Наркоманы, которые перешагивают через родных ради очередной дозы. Игроки, ставившие ставки и проигравшие всё до нитки, как следствие, лишающие своих детей жилья. Алкоголики, издевающиеся над своими близкими. Много примеров, к сожалению, много...

— Значит, говоришь, твоя бабушка травница? А почему твои родители не общались с ней? — задала я очередной вопрос, уже мысленно решив для себя помочь девушке во что бы то ни стало.

— Мой отец считал её ведьмой и говорил, что все беды от неё. Он избивал нас с сёстрами, когда напьётся, но больше всех доставалось нашей маме. Он называл нас ведьминым отродьем. — Девушка всхлипнула и закрыла лицо руками.

— Понятно, твой отец — абьюзер, помимо этого ещё и картёжник и в придачу алкаш. Почему же твоя мама не забрала вас и не уехала к твоей бабушке? — Я покачала головой и, подойдя к рыдающей девушке, дала кружку с водой.

Жюли жадно прильнула к ней и, немного успокоившись, ответила:

Отец переломал ей руки, они неправильно срослись, и она почти ничего не может делать сама. Денег почти нет, а если и есть, отец всё пропивает и проигрывает. Моя средняя сестра подрабатывает горничной, а младшие ещё маленькие. Я почти все заработанные деньги тайком отдаю им. Если вы мне поможете, госпожа, то у меня появится шанс забрать их всех и уехать к бабушке. Девушка замолчала и с надеждой в глазах посмотрела на меня.

- Хорошо, давай попробуем, возможно, что и получится. Только ты говоришь, нужны свидетели. - сказала я, проникнувшись жалостью не только к Жюли, но и ко всему её семейству.

— Я могу стать свидетелем. Меня там многие видели. Вам останется найти ещё одного человека и дворянина, который поручится за нас. — ответила она с сияющими от радости глазами.

В дверь кухни раздался стук, и в проёме показалась лохматая голова Томми.

— Мадам Жанна, там месье лекарь до вас. — сказал он и улыбнулся беззубым ртом.

— Спасибо, Томми, проводи его сюда, будь добр. — не сдержав улыбки, попросила его я.

Мальчишка кивнул и, показав Жюли язык, мгновенно исчез.

— Вот сорванец, — засмеялась я.

— Мадам Жанна, — в распахнувшуюся дверь вошёл Арджун с озабоченным лицом. — Я как только получил от вас известие, прямиком к вам. Что-то случилось? — лекарь кинул быстрый взгляд на Жюли и вопросительно замер.

— Да, сударь, за сегодня произошло множество событий, и мне срочно требуется ваша консультация и помощь, если это возможно, конечно. — ответила ему я, улыбнувшись, решив сначала обсудить ситуацию с молодой особой, а затем перейти к другим тревожащим меня вопросам.

Я изложила историю Жюли, упустив некоторые детали о возвращении медальона. За что получила от девушки взгляд искренней благодарности.

- Бедная, бедная мадам Бено, она так любила жизнь, и такая страшная кончина, — произнёс лекарь с горечью. — Ну что поделаешь, значит, судьба её такая, — Арджун сокрушённо покачал головой. — Значит, она вам перед гибелью передала медальон. Завтра можно наведаться в гильдию, в поручительстве можно будет попросить графа, я думаю, он вам не откажет. Тем более что ваш отец, Жанна, должен завтра прибыть во дворец для осмотра короля, а сопровождать его будет граф.

- Уже завтра? Но он совсем не готов! — воскликнула я.

- Успокойтесь, мадам, это всего лишь осмотр. Я тоже буду там, всё будет под контролем, не переживайте, дорогая. — И он дружески похлопал меня по руке. — А потом можно будет и до гильдии дойти.

- Я завтра приглашена с отцом в поместье виконта де Блуа, придётся отказаться. — Как я ни старалась скрыть разочарование в голосе, но по взгляду Арджуна поняла, что мне это совершенно не удалось.

- Ну вот ещё, езжайте, дорогая, развейтесь, возьмите с собой Мари, и все приличия будут соблюдены. Даже не думайте отказываться. — Лекарь заговорщицки мне улыбнулся и подмигнул.

- Если я еду, то тогда поход в гильдию придётся отложить до послезавтра, — обратилась я к девушке.

Жюли согласно закивала, глаза её сияли. «Спасибо, мадам, я вам так благодарна, так благодарна». Девушка кинулась ко мне и, схватив мою руку, поцеловала.

— Зачем всё это? Мы ведь ещё ничего не сделали, — смущённо пробормотала я, высвобождая ладонь. Я всё ещё не могла привыкнуть к таким внезапным проявлениям благодарности в этом мире.

Договорившись о времени встречи с Жюли и отправив Агнес проводить девушку, я наконец-то осталась наедине с Арджуном, чувствуя, как сердце колотится в груди, словно в ускоренной съемке, начала излагать события дня. Каждое слово вылетало из меня торопливо, будто я боялась упустить что-то важное, упустить тот самый момент, когда лекарь, возможно, раскроет тайну или укажет путь к решению. Я внимательно следила за его реакцией, надеясь, что в его глазах мелькнет искра понимания или хотя бы намек на выход из сложившейся ситуации.

- М-да, интересно, — задумчиво произнёс лекарь. — Да, у этой Карно бывает очень много знатных господ, да и сама мадам очень поворотливая особа, на любой информации может заработать деньги. Но у меня очень хорошая новость, Катрин. Вашего мужа король отсылает в Новый Свет, он назначен губернатором французской колонии. Вы признаны официально погибшей. Так что с этой стороны у вас уже точно проблем не будет, а вот что касается вашего дядюшки, тут надо думать. Новость, что у вас есть сестра, конечно, впечатляющая. У графа действительно была содержанка, я её видел один раз и то мельком. Точно могу сказать, что у неё были рыжие волосы и она якобы погибла на охоте, упав с лошади. Так что тут всё сходится.

- Арджун, что вам известно о шевалье Дюссолье? Что движет им в стремлении заполучить наследство сестры? Неужели все эти преступления ради денег?

- Не могу сказать, что мы были близкими друзьями. Наши отношения сложно назвать доверительными, хотя я не могу припомнить ничего дурного о нём. У нас есть одна общая страсть — алхимия. Это и сблизило нас, хотя я бы не назвал наше общение особенно тёплым.

- Алхимия? — переспросила я, слегка приподняв бровь. — Интересная деталь. И как это связано с его одержимостью наследством?

Арджун задумчиво поджал губы, глядя в сторону.

- В алхимии есть поверье, что некоторые вещества и ритуалы могут даровать особые силы или знания. Возможно, Дюссолье надеется найти в наследстве своей сестры что-то, что поможет ему в его исследованиях. Или, быть может, он ищет не только материальные ценности, но и нечто большее — ключ к тайнам, которые, по его мнению, скрыты в этом наследстве.