Горе-наследница (СИ) - Невер Анна

— Чего молчишь, смертная? — попрекнул Секач, намекая, что его не восхваляют всякие неблагодарные девицы.

— Да, ты ж мой драгоценный благодетель! — запела она в голос, пританцовывая у золоченой раковины. — Самый великий и ужасный во всем этом мире! Да ни один тотем не стоит и кончика твоего крученого хвостика.

— Вот, истину глаголишь, — важно согласился Свин, довольно урча. — Помни о долге, наследница!

— Принесу я тебе силушку, о, ваше Темнейшество! Не изволь сомневаться.

Вдоволь наслушавшись похвалы, тотем оборвал связь. В следующий час Мария Боровская провела за тем, что снова создавала заново свой рой из морфо-солдатиков. Сейчас морфы выходили из-под ее волшбы быстро и оптом. Только вот что не строем. И тут же отправлялись в резерв. На перчатку хватило! Уже большая радость.

После понеслась на силовую разминку, и пробежку. Потом освежилась в банной под душем. В итоге к завтраку графиня прибыла голодная, как зверь, но довольная. Ух, не зря бедная Нина ездила в родовое имение за рецептами. Гриппа научила ее вкусностям. И сегодня на десерт графиня получила свои любимые вафельные трубочки с кремом. Свеженькие, хрустящие, тающие на языке. В купе с малиновым морсом — космическое наслаждение!

— Мария Павловна, душенька моя, — появился Аркадий Емельянович. Старик как-то иначе сегодня на нее смотрел, а скорее присматривался заново. — Наш осведомитель просит сегодня вечерней аудиенции. Вы готовы будете его принять, ваше сиятельство?

— Готова. Пусть приходит.

Включив силоглас, Мурка заглянула в СледОк и усмехнулась. Со вчерашнего вечера об их дуэли трепались все, кому не лень. И почти каждый удивлялся, почему Марк Боровский не убил Виктора Орлова? Оставлять за спиной опасного врага из сильного рода, способного жестко отомстить, весьма чревато. Личности под никами-инкогнито называли Орлова — слабаком недели. А Боровского — дураком месяца.

«А вы знаете, что этот дурак поставил на себя и сегодня заберет выигрыш у Выхухоля?». Кто-то сообразительный отличился.

«Пусть еще попробует его забрать у этого жадного крота», — новое сообщение.

— Жадный, значит, — Мурка поднялась, скинув с ног салфетку на стол. — Интересненько.

Похоже новый день обещает быть нескучным.

Помахав Аркадию, она козой поскакала по ступеням на выход.

* вольный перевод песни «Always Remember Us This Way» Lady Gaga

19. В норку не получится

Солнце светило ярко, прозрачная синева неба и чистый воздух без смога снова заставили дышать глубже. Середина осени пока никак себя не выдавала. Ни тебе желтых листьев, ни улетающих птиц на юг. Лето как есть. Сегодня Мурка сама плюхнулась за руль силопера. Проезжая мимо Бачманной улицы, убедилась, что табличка «Продается» никуда не делась.

— А ну-ка! — в последний момент завернула к воротам силоперной мастерской и заглушила двигатель.

Вошла в распахнутые створки и оглядела территорию с разрешения усатого мужичка-охранника. «Мол, проходите, барин, глядите. Коли надумаете покупать, я донесу о вас баронессе Агнессе Карловне, хозяйке сего владения и ее поверенному».

Федя двинулся следом за наследницей Боровских, вертя головой в недоумении по сторонам. Что ж. Забор, хоть и косой, но функцию свою выполняет. Во дворе пара припаркованных силоперов кажется отживала сой век. Асфальт пересекали трещины, через которые пробивалась трава. Справа тянулся ремонтный ангар с рядом пыльных больших окон.

— Милости прошу, — мужик поклонился, пропуская в мрачное помещение возможного покупателя. — Позвольте, я сейчас, — покопавшись несколько секунд в углу над артефактным щитком, он зажег цепочку слабых магических светочей под деревянными балками потолка.

В ремонтной зоне нашелся допотопный подъёмник с большим маховиком — мечта сборщика металлолома. Вдоль стены несколько верстаков с тисками и подставками для деталей. На крючках развешаны инструменты: гаечные ключи, отвёртки, молотки, пассатижи и прочее. А также незнакомые ей артефактные инструментики, от вида которых зачесались ручки. Тут даже было что-то вроде стапеля для кузовных работ, правда в исполнении этого мира конструкция напоминала скорее орудие пыток — железо, цепи, крюки, молоты. Мурка подергала одну из цепей, та гулко отозвалась, разнося эхо по помещению.

— Почему ваша баронесса продает это местечко? — в итоге, облокотившись о деревянный стеллаж, задала вопрос.

— Тык продает наследство дедово, — пояснил охранник. — Продаст да укатит обратно в свою Неметчину вместе с ейным женихом. Ох. Простите, — крякнул охранник, огладив усы. — Боле языком молоть-то не положено.

И на том спасибо. Значит дамочка из местной Германии и желает сбыть скорее наследство. Это неплохо, может, цену заламывать не станет. Хотя…

— Что она хочет за мастерскую? — спросила, прикидывая, сколько у осталось денег на руках и каков будет куш со ставки.

— Тридцать пять тысяч.

Ого. Цена-то приличная. Баронесса, видимо, не торопится все же. Потому-то это место еще никто и не купил.

— А где артефактор, что тут работал? Где вся команда ремонтников?

— Тык давно распустили всех, ваше благородие. Как старик Карл Миронович Вернер помер, так и все встало. А главным мастером тут служил Григорий Муфта, он и подбирал под себя подмастерьев-то. Где сейчас, уж не знамо.

— А где живет этот Муфта, подскажете, уважаемый?

Мужик приосанился:

— Что ж не подсказать, барин. Из Покраевки он. Там на первой улице и спросите. Так что скажете? Баронессу будем тревожить али нет?

— Будем, обязательно будем. Где я могу с ней говорить о деле?

— Вот, пожалуйте, вот тут все, — охранник спешно похлопал себя по карманам штанов и суетливо вынул примятую бумаженцию с вензелями по краям, разгладил и передал. На ней был выведено имя поверенного и адрес конторки, которая занималась продажей от имени баронессы.

— Благодарю! — выхватив карточку, Мурка глянула на наручные часы и бодро потопала на выход. Через десять минут начинался урок в академии по родовой геральдике.

Звенел звонок, когда она вбегала в двери аудитории. Плюхнулась на свое место за свою одноместную парту, и только потом огляделась, и поняла, что стала предметом внимания одногруппников. Во всяком случае, парни на него смотрели исподлобья да искоса, поглядывая на брелок у бедра, Выпин так еще и кривился при этом. А девочки — этак оценивающе глядели, выпятив губки. Марина Бадьева, крупная шатенка сидящая на второй парте еще и подмигнула. Мурка чуть было не поперхнулась. Твою ж звездявую! Этого стоило, ожидать. Да и ладно, ерунда. Игорь кивнул со своего места, и получил зеркальный кивок. А потом начался урок.

Мурка слушала преподавателя, параллельно листая другие учебники и загружая мозг нужной для сдачи экзаменов информацией. Иногда она поглядывала в окно, наблюдая, как легкий ветер мнет мягкие шапки кленов, и размышляла, как новая метла (то бишь она), пометет все в своей новой силоперной мастерской. О нет, она не будет с порога швырять весь старый инструмент в мусорные баки для замены их новенькими и блестященькими, и не будет пылинки гонять с порога и стены перекрашивать — это все сделается со временем. Вначале она соберет толковую команду с сильной артефакторной базой! И уже тогда займется оснащением мастерской под нужды задач. А задачи ой-ей Мурка желает поставить для своих ремонтников весьма амбициозные.

Урок закончился и учащиеся принялись собирать манатки. Покидав в рюкзак книги, тоже поднялась с места.

— Марк Боровский, право слово, ты оказывается великолепно фехтуешь! — Марина, точно каравелла развернулась к нему гнутым бортом и наставила весомые орудия, перегораживая желаемую траекторию вылета. — Я даже взопрела вся вчера, глядя как ты мутузил Орлова!..

— Ой, Бадьева, сдвинься, пока я тебя не выбила из прохода, точно пробку! — свысока глядя на пышечку, фыркнула высокая худая девица с длинным хвостом. Данный хвост точно змея спускался к стройным упругим ягодицам-яблочкам. Как помнится, именно это стервочка некогда наступила на ручку златовласки Совицкой. Василиса Гепар была из древнего крепкого рода. Ее старший брат учился на последнем четвертом курсе и слыл крутым красавчиком и завидным женихом. Мурка сама не видела, но уже была наслышана. И сама Васенька, стало быть, очень высоко себя носила. Она и сейчас не воспринимала Боровского как ровню, однако неожиданно заметила. — Марку точно не до твоих россказней!