Встреча (СИ) - Видум Инди

Мебель в этот раз брать не стали — все дома были арендованными, а значит, мы ограбили бы наших жителей. Не самых законопослушных, разумеется, поскольку не каждый бы сдал жилье бандитам, но всё же. Личные вещи изъяли все, и не только в этих домах, но и во всех, где жили бандиты. Заодно и в них две захоронки нашли с деньгами. По нашим нынешним меркам деньги были несерьезные, но, как говорится, пучок бандитов по копейке — уже рубль. Или это не про бандитов? К утру мысли начали путаться, и я мог что-то вспомнить неправильно. Но важна же не внешняя оболочка, а суть?

Зачистили мы всё, не привлекая внимания, и оставили город столь же тихим, как он был при нашем появлении. На обратном пути Валерон сделал небольшой крюк, избавившись от части груза в зоне. Когда рассветет, от этой части даже костей не останется. Удобно иметь такое место под боком. А когда он вернулся, горя энтузиазмом, и предложил сразу зачистить наблюдательные пункты, я уже возражать не стал: если дурной энергии много, ее стоит отправить на дело. А наблюдательные пункты мы всё равно собирались чистить в ближайшее время. У Базанина в моем княжестве не будет ни глаз, ни ушей. Выполем всё безо всякой жалости.

Глава 21

Не знаю, всех ли базанинцев вычислили мои службы, но тех, кого вычислили, мы однозначно вычистили. А кого не вычистили, тех сдадут захваченные бандиты. Допрос решили не откладывать, провести сразу как вернемся в поместье, и Маренин внезапно предложил:

— Петр Аркадьевич, а что, если бандитов в ваши каменюки запихать? Всё необычное — страшно. А там ни пошевелиться нельзя, ни магию призвать. Будет еще один фактор давления.

— Прекрасная идея. Если что, камушек их сразу переварит, — обрадованно тявкнул Валерон. — Не придется лишние трупы таскать в зону. А то я себя уже труповозкой чувствую.

Идея мне тоже показалась интересной, поэтому я согласился, и бандитов мы распихали по каменным стражам в разных частях поместья, подальше друг от друга, чтобы не подслушивали чужие вопли. Вряд ли это затянется — честно говоря, у меня подозрение возникло, что долго мы их в живых не удержим: оба с клятвами и со Скверной, но с заклинаниями уровня не слишком высокого. То есть кое-что знают, но не слишком много.

Пришли они в себя почти одновременно, но допрашивать мы их одновременно не стали: пока работаем с одним, второй пусть дозревает, представляя, что теперь останется в этом месте до конца собственной короткой и никчемной жизни.

Впрочем, впечатлений хватило уже первому. Я использовал навык воздействия на разум, дополнительно раскачивая его желание поделиться с нами информацией. И это сработало. Он выдал еще двоих человек, которых не засекли люди Маренина. Это были уже не тупые исполнители, а фигуры рангом повыше, которые могли знать что-то важное. С индивидуальными заданиями. У одного так вообще должен был найтись артефакт для моей ликвидации. Маренин сказал, что ежели этого бандита не удастся взять спящим, сразу гасить, чтобы не рисковать. Информация информацией, а артефакт много бед наделать может, никакой информацией не компенсируешь. Но поехать мы решили после допроса второго задержанного, на случай если тот покажет еще кого. Опять же чтобы лишний раз не гонять машину и не светиться на улицах Озерного Ключа. А то пойдут слухи, что после приезда черного автомобиля пропадают люди, — не отмоемся потом.

Далее удалось выяснить, где искать непосредственных начальников этого бандита: сидели те в княжестве Куликова. Правда, бандит уверял, что действуют они без согласования с князем и тот о них не знает. Просто расположение княжества удобное. А еще там людей мало, особенно в той части, что освободилась от зоны, но от границы далеко. При всех обещаниях Куликова народ опасается возвращаться, да многим и не особо куда есть — часть строений были разрушены до невозможности восстановления. Строиться заново? Да не просто с нуля, а сначала нужно будет разобрать развалины. Нет, кое-кто рискнул, но таких было мало и куликовские селения пустовали.

Но на заметку я сам факт взял. Сомневаюсь, что действовали базанинцы на территории незаметно для Куликова, но тому застилала глаза ненависть ко мне и желание вернуть Наташу. Он не понимал, что скверники, закрепившись, несут угрозу и его княжеству в том числе. Он уже был однажды князем с разбитой реликвией, второй раз я ему восстанавливать не стану. Ни из каких соображений, поскольку сейчас он старательно роет себе яму. Зачем помогать роду, который делает всё для собственного уничтожения? Разве что княжеский род там сменится?

Куликову о базе скверников сообщать было бессмысленно, а вот Козыреву, вполне возможно, смысл и имело — он мужик куда более разумный и выдержанный, разве что клятвой связанный по рукам и ногам. Кое-что он может делать и втайне от своего патрона, если будет уверен, что тому это пойдет только на пользу. Но как с ним состыковаться, чтобы не узнал Куликов? Задача та еще — в куликовское княжество ход заказан и мне, и моим людям.

Допрос тем временем продолжался. К вопросу о Базанине пока не подходили, и без того двигались крошечными шажочками, чтобы не потревожить клятву и не заставить ее сработать. Даже конкретные имена пока не звучали. Допрашивавший дружинник постоянно прыгал с одной темы на другую, иной раз спрашивал одно и то же несколько раз, но под разным углом и разными словами. То ли проверял искренность допрашиваемого, то ли смотрел, насколько близко можно подойти к интересующей нас теме.

Что бандит должен был сделать при моем появлении в княжестве, выложил он сразу, как спросили. Речь шла об артефактах, открывающих искажения из самой глубины зоны. Они должны были активироваться все одновременно в Озерном Ключе, чтобы выманить и меня, и моих дружинников из поместья. В Озерном Ключе меня уже ждала группа ликвидаторов, на которых твари зоны не реагировали бы.

— Навык? — спросил допрашивавший дружинник.

— Зелье, — неохотно ответил бандит. — Выпиваешь — и два часа тебя любая тварь своим считает.

— И что, любой так может или еще какие-то условия?

— Сродство к Скверне нужно, — признал он. — Выпустите меня отсюда, а? Всё и без того расскажу. Оно меня сжимает, раздавит скоро.

— Врать не будешь — никто не раздавит. Сжимает, как только юлить начинаешь, — нагнал страху Маренин. — Соврешь — будешь умирать долго, и душу твою эта каменюка выпьет.

— Да я ж всю правду как есть говорю.

— А ежели б Петр Аркадьевич не приехал в Озерный Ключ на открытие искажений?

— Ну дык отвечал бы за то, что весь город вырезали бы твари, — хмуро ответил бандит, покосившись на меня. — В тюрьму бы сел, где до него добраться нам было бы легче. А город вырезали бы до последнего человечка, даже если бы приехала ваша дружина. Пять искажений, да из глубины — твари сильные, пока ваши доехали бы, ни души живой бы не осталось.

— И не жалко людей-то? — спросил Маренин.

— Мое дело маленькое. Что сказали, то и делаю. Мы люди подневольные, выбора не имеем.

— Клятву самому Базанину давал? — спросил Маренин.

— Не доросли мы до самого. Я давал…

После этих слов он захрипел и помер. Моментально, как будто ему сердце остановили.

— В этот раз, Георгий Евгеньевич, я молчал, — не удержался я. — И всё равно имеем труп.

— Издержки допроса. Допустимые, — ответил он. — Вот ведь, знаковым словом не Базанин стал, а другое лицо. Может, о месте нахождения могли бы выяснить, если бы сразу про него спросили. На втором отработаем. С этим что делать будем?

— Используем.

Я отдал приказ Каменному стражу, и тот сомкнул челюсти, принявшись с хрустом перемалывать труп.

— Подрастет тварюка?

— Не думаю. Скорее энергии меньше потреблять будет. Второго пойдем опрашивать? Я молчу, как договаривались.

— Мы их живыми всё равно не собирались оставлять, — буркнул Маренин, решивший, что я его подкалываю.

В некотором роде это действительно было так: он мне столько раз говорил, что преступники дохнут из-за моей торопливости при допросах, но вот я не участвовал — и всё равно труп. Подозреваю, что и со вторым будет та же история.