Восхождение Плотника. Том 5 (СИ) - Панарин Антон

Я успел разглядеть лишь размытый силуэт пронёсшийся мимо Велимудра. Вот на поляне стоял тысячелетний старик, а в следующую секунду его голова катилась по мёрзлой земле, оставляя за собой тёмный дымящийся след. Спустя секунду она остановилась у моих сапог.

Зелёные глаза Велимудра были распахнуты и в них плескалось удивление смешанное с ужасом. Посох выпал из разжавшихся пальцев и с глухим стуком лёг на землю рядом с обезглавленным телом, которое ещё пару секунд стояло на ногах, а после мягко осело на колени и завалилось набок.

Глава 20

В лунном свете, пробивающемся через рваные облака, Тарас увидел фигуру. Худощавый паренёк с горящими в ночи глазами шёл прямо через линию ловушек, не сбавляя скорости. Капкан безвольно болтался на его левой голени, стальные дуги не смогли даже прокусить кожу. На ходу путник тряхнул ногой отбрасывая капкан в сторону и двинул дальше, к волчьей яме, перегородившей единственный свободный проход.

— Стреляй. — Прошептал Фома спротящий сквозь щель частокола.

Охотник затаив дыхание натянул тетиву и выпустил стрелу, напитанную живой. Зеленоватый росчерк со свистом прочертил ночной воздух, ударил путника в грудь и отскочил, не оставив на нём даже царапины.

— Какого…? — Выругался Фома и тут путник шагнул на тонкий настил из еловых лап, прикрывавший волчью яму.

С хрустом он провалился вниз. Раздался треск, а следом протяжный скрежет ломающегося дерева. Берёзовые колья лопнули не в силах пробить тело напитанное живой.

Секунды через три путник выбрался из ямы и зашагал дальше. Одежда изодрана, но на теле ни царапинки. Его багровые зрачки пылали в темноте освещая округу на добрые пару метров. Он шёл к воротам мастерской деловито и уверенно, заранее зная, что ему ничто не помешает.

— Сука, и что с ним делать? — Прорычал Фома сжимая в единственной руке булаву.

— Ясен красен. Бить по ногам. — Ответил Тарас и выпустил стрелы одну за другой.

Зеленоватые росчерки мелькали в темноте и колотили путника в колени и бёдра. Наконечники чиркали по его одежде, высекая бледные искры, а потом с лязгом летели прочь.

Со стороны болот раздался новый грохот. Фома невольно отвёл взгляд от противника и посмотрел туда где должна была дежурить Пелагея. Слева раздался щелчок. Сработал самострел в десятке метрах от идущего в атаку путника. Короткий свист арбалетного болта рассёк ночь.

— Охренеть! Работает! — Воскликнул Фома увидев что арбалетный болт вонзился сбоку в плечо путника.

Щёлкнул новый самострел и на этот раз болт ударил путника в грудь. Но на этот раз снаряд не смог пробить кожу и отлетел в сторону.

— Выходит он защищён лишь с одной стороны. Если бить сбоку или со спины, то можно нанести урон. — Задумчиво проговорил Тарас и перемахнул через частокол.

— Куда⁈ Дурак! Он тебя на куски порвёт! — Заорал Фома и сиганул следом.

В этот же момент со всех сторон донёсся утробный рёв десяток глоток, а округа наполнилась гнилостным смрадом. Воскрешенное воинство зверей надвигалось на мастерскую. То тут то там лязгали капканы, хрустели ветки настила волчьих ям, а потом Фома заметил медведя.

Громадина из сгнившей плоти бежала прямо на него. Лицо Фомы исказилось от ярости, ведь он вспомнил как потерял руку из-за такой же образины. Медведь разинул пасть и заревел, чёрная слюна брызнула в разные стороны, а массивные лапы бежали по снегу поднимая его вверх былым пылевым облаком. Щёлк! Медведь наступил на ловушку созданную Древомиром.

Из темноты возникли два массивных бревна и ударили слева и справа по голове косолапого. С чавкающим звуком череп зверя лопнул разметав во все стороны мозги медведя.

Тарас обогнул путника по широкой дуге, но тот не сводил с него взгляда и подставлять спину под удар не желал. Справа послышался хруст. Охотник инстинктивно ушел в кувырок и как раз во время. Сочащийся чёрной жижей лось со всего разбега пронёсся мимо и врезался в толстенную сосну переломив её пополам. А ещё вместе с этим он сломал свои шейные позвонки и завалился на бок. Однако обратная жива уже начала залечивать раны и лось силился подняться на ноги.

Краем глаза Тарас заметил как Фома нанёс удар булавой по голове вепрю и тот осел на землю. Охотник перевёл взгляд на путника, но его на месте уже не было. Сухощавый парень оказался на пятьдесят метров ближе к Тарасу чем был секундой ранее. Охотник собирался разорвать дистанцию чтобы выгадать удачный момент для выстрела, но со стороны болот раздался короткий захлёбывающийся крик.

— Тарас Иваныч! Я прикрою! — Заорал из темноты рыжий стражник и послышался щелчок спускаемой тетивы.

— Идиот! Куда⁈ — Заголосил Тарас видя как силуэт путника размылся в воздухе.

Тарас метнулся на голос рыжего натянув тетиву до самого уха, стрела с зеленоватым наконечником светилась в темноте готовая сорваться с пальцев. И тут он увидел в пяти шагах от себя, кучу тряпья и костей, от которой поднимался пар.

Охотник задохнулся от осознания что всего секунду назад это был рыжий. А теперь от конопатого парня остались только кости и куча тряпок пропитанных чёрной жижей.

Путник стоял в трёх шагах от останков, и его правая ладонь, блестела в лунном свете маслянистой чёрной плёнкой. Он повернулся к Тарасу, и багровые угольки в его зрачках вспыхнули ярче. Охотник смотрел на останки рыжего как завороженный чувствуя что тошнота подступает к горлу.

— Хорошо что сам пришел, не люблю играть в догонялки. — весело произнёс путник и рванул к Тарасу.

Очнувшись Тарас влил в стрелу добрую треть имеющейся живы и спустил тетиву. Стрела ударила в грудь путника, но на этот раз не отскочила, а вонзилась на полпальца, застряв в плоти. Путник дёрнулся и удивлённо посмотрел на стрелу, а после, выдернул её и переломил древко пополам.

Зеленоватый огонёк на наконечнике погас, растворённый тёмной живой. Тарас уже тянул следующую стрелу из колчана, но путник не дал этого сделать. Молниеносно он сократил расстояние и замахнулся чтобы размозжить голову охотника кулаком. Тарас невольно зажмурился понимая что это последние секунды его жизни и услышал хруст. Но боли не было.

Открыв глаза он увидел как ноги путника подломились. Булава Фомы врезалась в колено противника с такой силой, что тот моментально завалился на бок корчась от боли.

Фома стоял за спиной путника и тяжело дышал широко расставив ноги.

— Идиот! Я тебе говорил не вылезать за частокол! — Выругался Фома снова занося булаву для удара.

— А я говорил рыжему сидеть дома… — Со скорбью в голосе произнёс Тарас.

Несмотря на то что нога путника была сломана, он довольно резко вскочил с земли на здоровую ногу. Тёмная жива заполнила раздробленный сустав, восстанавливая повреждение с пугающей скоростью. Фома заревев обрушил булаву на голову путника, но тот выхватил меч из-за пояса и сбил булаву в сторону. В следующее мгновение он наступил на сломанную ногу и та на удивление выдержала его вес. На лице путника появилась злобная ухмылка.

— Бесполезный лучник и калека? Серьёзно? Вы таким составом решили остановить гнев Чернобога? Ха-ха! Такой хохмы я в жизни не видывал, а живу я уже не первую сотню лет, ребятишки.

— Ну давай старичок, покажи на что способен. — Хищно оскалился Фома и рванув вперёд целя в висок противника.

Путник пригнулся пропуская булаву над головой и полоснул мечом по животу громилы. Фома в последний момент отскочил назад и лезвие лишь чиркнуло по животу оставив кровоточащую полосу. Фома ещё не коснулся ногами земли, а уже нанёс новый удар булавой.

Путник не успел среагировать и подставил предплечье. Кованые шипы булавы прогрызли рукав, распороли кожу, но застряли в уплотнённой мышце, не дойдя до кости. Путник стряхнул шипастую дубину и попытался вогнать меч в грудину Фомы, но тот отразил удар рукоятью булавы.

Улучив момент противник нырнул под руку и нанёс свободной рукой удар в рёбра, которые тут же хрустнули. Громила скрючился и отступил на шаг, скрежеща зубами. Булаву он так и не выпустил из левой руки, а вместо этого сплюнул кровь на снег и прорычал: