Маг двух стихий. Книга 1 (СИ) - Анастасия Мирт

Корн расширил глаза. Сердце билось быстро-быстро. Как он и думал, его наихудшие опасения подтвердились. Это он косвенно виноват в том, что случилось с тем ребёнком! Если бы его не изгнали из семьи, Массвэлы бы не приняли никаких действий по устранению одного из Ниро! Он был уверен, что его отец определённо бы пошёл на это. Чтобы обезопасить будущее семьи Массвэлов.

Но если всё так и было, то как директор мог принять Корна в Академию? Разве он бы не убил его на месте сразу же, как только увидел? У Корна закружилась голова.

— Ты в порядке? — перед ним оказался стакан с водой. Корн посмотрел на него, и схватив опрокинул жидкость в себя.

— Я узнал, что хотел. Пока, — Корн встал, поставил пустой стакан на стол и вышел из комнаты.

— Пожалуйста, не нужно благодарностей, — хмыкнул ему вслед Ихет.

В голове царила неразбериха. Что это всё значит? Почему директор принял его в Академию? Неужели в этом всё же не была замешана его семья? Но таких явных совпадений не бывает! Ихет сказал, что была мутная история, это ещё больше походило на работу его семьи. С таким количеством артефактов можно было подстроить какой угодно несчастный случай, и почти всё бы подходило под слово «мутный».

Корн вздохнул. Даже если он виноват, он не был из тех, кто будет отягощать себя бесполезными сожалениями. Сейчас было важнее понять, имеет ли директор против него злой умысел. Но как Корн сам недавно ему и сказал, если бы таковый был — навряд ли бы он до сих пор учился в академии Ниро. Поэтому беспокоиться не стоило, но вот и об осторожности забывать было нельзя.

Закинув переживания по этому давнему случаю в дальний угол своего сознания, Корн переключился на своё новое увлечение и устремился к Белому дворцу.

Уже неделю он каждый вечер пропадал в алхимической лаборатории, и находил в этом странное наслаждение. Конечно, он не стал настолько сумасшедшим, как Сур, и трудился больше чем вдвое меньше, чем он, только пока ему было интересно. И всё же за прошедшее время он выучил столько нового, что уже сейчас мог бы сдать экзамен на помощника алхимика и устроиться на работу. Разумеется, Корн не планировал изменять свою цель с боевой магии на варение зелий, но идея дополнить одно другим была очень заманчивой.

Корн прошёл через главный вход. Многие студенты всё ещё неприязненно или, наоборот, чрезвычайно восхищённо косились на него. Но за последние дни все они уже привыкли видеть двух студентов в чёрном, поэтому уделяли им куда меньше внимания, чем поначалу, да и Сур мелькал перед их глазами уже давно. Корн прошёл по коридору и зашёл под лестницу. Дворцы были построены однотипно, и там, где у Чёрного был расположен вход в камеры заключения для провинившихся и преступников, а также замаскированный зал для экспериментов, в Белом дворце — располагался проход к алхимическим лабораториям и другим опасным мастерским.

За Суром здесь числилось отдельное маленькое помещение. Поначалу Корна это удивило, но потом, когда алхимик объяснил, почему так произошло, Корн не мог не согласиться с дальновидностью преподавателей. Также ему стало понятно, отчего у того не отобрали это помещение после того, как отчислили из Белого дворца. Всё было предельно просто — они позаботились о том, чтобы ни один из дворцов не взлетел на воздух или не потерпел иную катастрофу от энтузиазма сумасшедшего алхимика.

Помещение было наполовину выстлано тем же камнем, что и зал для экспериментов Чёрного дворца, название которого Корн не знал, другую часть покрывал знаменитый хелироп. Им были выстланы все тренировочные комнаты, где тренировались маги, его отличительным свойством было самовосстановление.

Кирпичи из разных камней, светло и тёмно-серого, перекрывали друг друга в шахматном порядке, и таким образом, не только изолировали помещение от любых магических или алхимических выплесков, но ещё и позволяли устранять все повреждения в течение нескольких минут.

Также комната алхимика была оборудована специальной вентиляцией, воздух быстро перерабатывался с помощью магического артефакта и возвращался свежим и чистым. Это последнее свойство Корну, уставшему от едких запахов, нравилось больше всего.

Он подошёл к одной из многочисленных однотипных дверей и условно постучал. Сур молча открыл и вернулся к котлу. Всего их было здесь целых пять. Один из них всегда оставался за Корном, четыре же другие зачастую разом занимал алхимик.

Помимо нескольких специальных столов из камня, на которых сверху лежали артефакты в форме плоских пластин с рисунками, обычно использовавшихся для подогрева еды, в комнате был стеллаж с ингредиентами и рабочий стол. На нём лежали тетради и чертежи. В самом углу комнаты попискивало десяток крыс, разделённых по трём клеткам, стоящих друг на друге. В помещении витал слабый едкий запах с примесью травяного аромата.

— Что сегодня? — спросил Корн, закрывая дверь. Он запер её на ключ, хотя не видел в этом большого смысла. Нормальный человек сюда и под прицелом заклинания не сунется, но если Суру так спокойнее, ему несложно.

— Хочу попробовать изменить способ употребления зелья. Возможно, если вещество будет в виде газа, подойдёт лучше?

— Разве если ты выпаришь его, свойства не изменятся?

— Это возможно, как в лучшую, так и худшую сторону. Так что нужно посмотреть на практике! — Сур развернулся от жаровни к Корну и с улыбкой подмигнул. — Хочешь попробовать?

— Если бы я пробовал всё, что тут творится, я бы не пережил и дня… — буркнул Корн, подходя к клеткам и насыпая крысам корм. Разумеется, алхимик нечасто вспоминал о том, что им иногда следовало есть, он и про себя-то часто забывал, куда уж ему помнить про подопытных.

Одна из крыс при приближении Корна ринулась к нему, но упёршись в преграду, стала метаться из стороны в сторону, пытаясь выбраться из клетки.

— О? — удивился он. — Эффект до сих пор не прошёл?

— Да, похоже, корень черноплода увеличивает длительность, при этом снижение эффекта не наблюдается, — Сур также подошёл к крысам и две из них стали вести себя также, как та крыса, что пыталась приблизиться к Корну.

— Это сегодняшние? — уточнил Корн, указывая на двух крыс.

— Да. Но этот рецепт не годится. Приглядись, у них одной выпадает шерсть, а вторая слишком старается выбраться, такое ощущение, что она готова вылезти из клетки даже по частям…

— Не преувеличивай. Она всего лишь сломала зуб, пытаясь перегрызть прутья.

— Ты видел, чтобы хотя бы одна крыса до этого ломала зуб? — хихикнул алхимик, отходя обратно к бурлящим котлам. — Так что ты думаешь на счёт газа?

— Думаю, плохая идея. Но разве тебя это когда-то останавливало?

— Почему плохая?

— Потому что надышатся ими все сразу, а не только одна крыса, которую ты выберешь. Что хуже, надышаться могу я…

Сур рассмеялся:

— Не волнуйся, у меня есть маски. Хотя было бы любопытно посмотреть на тебя под зельем, — он продолжил хохотать.

— Даже не смей.

Корн с самого начала поставил условие, что никакие вещества не будут впервые испробованы на нём. От чего-то ему казалось, если он не потребует этого, то рано или поздно будет использован алхимиком, как крысы в клетках.

— Держи, — Сур сунул Корну в руки тетрадь с рецептом. — Сможешь сделать?

— Да, а что это?

— Это стабилизатор, думаю смешать с зельем «шесть».

Сур пробовал создавать зелье, которое вылечило бы его сестру неоднократно, но лучший эффект пока был у шестого рецепта. Поскольку давать ему имя было преждевременно, то алхимик остановился просто на цифрах. Наиболее успешные он смешивал то с одним, то с другим ингредиентом, и эффект менялся.

Через три часа работы, они завершили всю подготовку и добавили в зелье номер шесть стабилизатор. Третье зелье планировалось смешать с другим полноценным зельем, чтобы преобразовать его в газ, но Корн уже хотел спать, поэтому оставил доделывать рискованную работу Суру.

Конечно, у алхимика действительно были маски, но Корн не хотел проверять на себе убойность зелья в виде газа. Что касается Сура, то максимум его закусают крысы.