— Ясно, — сипло выговорила Люда, высвобождая свою ногу из его рук и натягивая башмак.
— Что тебе ясно? — Каэль сердито, почти враждебно уставился на нее снизу вверх.
— Сейчас тоже боишься? — поджав губы, спросила Люда.
Каэль отвел глаза и замолчал, глубоко задумавшись. Люда тоже молчала, глядя на его неподвижное лицо.
— Н-нет, — выговорил, наконец, он, поворачиваясь обратно к ней. — Вчера боялся, когда увидел, что здесь произошло. Но потом… не знаю. Сейчас я не чувствую страха. Ведь это ты. А я тебя уже неплохо знаю.
Люда едва сдержалась, чтобы нервно не расхохотаться. Неплохо он ее знает! Надо же! В душе вновь поднялась обида первых дней. Вот, значит, из-за чего все эти унижения! Из-за того, что Элиана могла бы отомстить ему за принуждение вступить в брак по расчету.
— Ты простишь меня? — осторожно проговорил Каэль. — Я не знал, что ты не Элиана.
— Это что-то изменило бы? — с горечью спросила Люда, глядя на него сверху вниз. Какая ирония судьбы! Он женился на ней, чтобы никогда не преклонять ни перед кем колени и голову, а сейчас стоит у ее ног на коленях и с опущенной головой просит о прощении.
— Ты права… — с досадой выдохнул он. — Это меня не оправдывает. И все же…
— Поднимайся, — вздохнула Люда, подхватив его под локоть и потянув кверху. — Хватит здесь сидеть. Нам надо позаботиться о теле Зерека.
— Ты не ответила на мой вопрос, — хмуро произнес Каэль, но на ноги встал и теперь возвышался над ней, как гора.
— Я подумаю, — ответила Люда. — Ты очень обидел меня и причинил много зла мне, Мире и Горму. Но сейчас я не могу на тебя злится. Слишком много всего произошло.
— Значит… — с надеждой проговорил он. — У меня еще есть шанс?
Люда нервно передернула плечами и вышла из сарая на двор бывшей лечебницы. У него, может, и есть шанс. А вот у нее другого шанса не будет. Все, о чем она мечтала, превратилось в руины.
За развалинами лечебницы соорудили большой погребальный костер. Все работники носили к нему дрова, хворост и обломки деревянной мебели, складывая в виде высокого ложа, на вершине которого уложили тело Зерека. Серебристый дракон после смерти выглядел совсем юным. Белоснежные с металлическим отливом пряди красиво обрамляли его безмятежное лицо.
За спиной послышались тяжелые шаги, и люди стали торопливо отбегать от костра. Люда оглянулась и увидела огромного черного дракона, который неторопливо шагал по топкой земле. Она тоже хотела отойти в сторону, но черный дракон догнал ее и встал прямо над ней: по обе стороны от нее были мощные лапы, а над головой грудь, покрытая черной чешуей.
Не было никаких речей, рыданий и прощаний. Дракон запрокинул голову, издав в небо глухой тоскующий рев, а затем изогнул шею, и из его пасти вырвался сноп испепеляющего пламени и ударил в погребальный костер. В считаные мгновения от костра и возложенного на него тела остался лишь пепел, который подхватил налетевший ветер и разнес далеко над поверхностью болота.
Люди стали расходиться, и вскоре только Люда да черный дракон стояли у места погребения.
Люда не знала, что сказать. И нужно ли вообще говорить. Каэль обернулся человеком и встал за ее спиной. Затылком она чувствовала его дыхание.
— Не осталось ничего. Только пепел, — прошептала она.
— Я знаю одну человеческую женщину, которая может вырастить цветущий сад даже из пепла, — тихо проговорил за спиной Каэль, и Люда почувствовала, как на ее плечо опустилась его ладонь.
— Боюсь, в этот раз ничего не выйдет, — ответила Люда обреченно, вспоминая о том, что выращивать больше нечего.
— И все-таки мы попробуем, — ответил Каэль. — Вместе, если ты не против.
Люда пожала плечами.
— Я вспомнил, что ничего не подарил тебе на нашу свадьбу, — проговорил Каэль за ее спиной. — Могу я исправить свою ошибку?
— Попробуй, — безразлично ответила Люда. Сейчас было не время и не место для подарков, но раз уж он от всего сердца хочет что-то подарить… его дело.
— Держи, — он встал рядом с ней и протянул ей сжатую в кулак руку. При взгляде на этот кулак у Люды отчего-то заколотилось сердце. И в душе безо всякой причины вспыхнула надежда. Она еще не знала, что зажато в кулаке, но чувствовала: это что-то важное. Что-то, что может изменить их жизнь: его и ее. Что-то, отчего все их разногласия покажутся неважными, незначительными, пустыми.
— Я нашел эту штуку около твоей семенной грядки. И подумал: ты знаешь, что с ней делать, — произнес он с деланным равнодушием и раскрыл ладонь. На ладони лежала зрелая коробочка с семенами Пламени Феникса…
— Ты… нашел? — выдавила Люда потрясенно, протягивая к драгоценному подарку задрожавшие руки.
— Нашел, — улыбнулся Каэль, вкладывая ей в ладонь коробочку. — Это не совсем подарок — ведь это плод твоей любви к этой земле, не так ли? Возможно, с его помощью мы сможем снова превратить эти болота в цветущий сад. Ну как, ты готова?
— Спасибо! — Люда подняла на Каэля сияющие глаза. — Каэль, ты просто…
Он вдруг сделал шаг вперед и наклонился к самому ее лицу. Его золотые глаза горели просто нестерпимым блеском.
— Одного «спасибо» будет мало, ведьмочка, — усмехнулся он и, склонившись еще ближе, осторожно коснулся губами ее губ.
КОНЕЦ
