Академия №13. Тетралогия (СИ) - Никольская Ева

И это будущие бравые некроманты с суровыми судмагэкспертами?! Как бы сказал магистр Араборн, позор на его седины!

– Что тут за цирк с… кхм… со змеями? – легко поймав обеих гадюк, полюбопытствовал присоединившийся к нам малыш‑Гвидо. – Макс, ты их приволок?

– Да на кой они мне? Я встречаться с Алисой хочу, а не передачки ей в лазарет носить! – заявил он так, чтобы все услышали… и сделали выводы.

– Действительно, – хмыкнул здоровяк, разглядывая яростно брыкающуюся добычу. Взгляд его упал на валявшуюся на полу ленту с моим именем, и брови некроманта сдвинулись на переносице. – Мелкая, ты просто магнит для неприятностей!

Тоже мне – открытие!

Пока Макс с Гвидо пытались выяснить, кто прислал корзину со змеями, в коридоре появился декан, а вместе с ним – зверолюд из кареты, который несколько дней назад домогался меня по дороге в академию. Царапины от моих ногтей до сих пор украшали его жирную рожу.

И хотя этот боров был тогда пьян, а я – в образе мальчишки, прячущем под кепкой волосы, толстяк всё равно меня узнал. Я поняла это по его глазам и мерзопакостной ухмылке. Очевидно, по трости вычислил. Хотя, может, и по запаху – у двуликих очень острый нюх.

– Ядовитые змеи на территории академии? Возмутительно, магистр Танненбаум! – продолжая кривить губы, оборотень принялся что‑то помечать в блокноте. – Куда только ваш ректор смотрит!

И как‑то сразу вспомнились разговоры однокурсников про проверяющего, недавно прибывшего в академию.

Неужто он?

Вот это я влипла! Двуликие мстительны.

Так, может, это обиженный зверолюд ядовитый букет мне прислал? Ведь то, что я раньше не видела его в академии, вовсе не означает, что он тоже не видел меня.

Или корзину со змеями подкинула «нежный цветочек» по имени Флоранс? Не сама, конечно, а кто‑то из её многочисленных поклонников.

А вдруг это Бьянка перешла от пустых придирок к решительным действиям?

Или Калеб так глупо решил подшутить?

А‑а‑а! Ни минуты покоя! А я так надеялась, что с началом учёбы всё устаканится.

Наивная!

– Эйвери! – рявкнул декан, и я инстинктивно спряталась за Макса, но вовремя сообразила, что это бесполезно, и, вздохнув, вышла из‑за спины парня.

– Простите, магистр, но я не знаю, кто прислал мне эту корзину и зачем, – выпалила скороговоркой. – Максимилиан тоже не в курсе. Можете проверить нас… меня, то есть… ментально! – исправилась я, вспомнив, что у дракона иммунитет к такого рода чарам.

– Гвидо, отнеси всех змей в камеру – для опытов пригодятся, – распорядился господин Танненбаум. – Далтон, – бросил он Филиппу, – пойдёшь с ним. Проверишь змей на наличие чар и вычислишь их автора. В архив сегодня можешь не ходить. Гилмор… Приберись тут! – Лич указал на рассыпанные цветы и валявшуюся вдалеке корзину, деформированную от удара. – А вы, адептка Эйвери, – нарочито вежливо произнёс он, отчего я только больше занервничала, – идёте со мной.

– Куда?

– К ректору!

Чудесно! Ещё и ректор из командировки вернулся. И первым делом, конечно же, захотел увидеть новенькую. Больше ведь ему заняться нечем!

Интересно всё‑таки, из‑за чего меня вызывают на ковёр? Из‑за демона, которого я не вызывала, или из‑за гадкого проверяющего?

Кажется, я собрала «Флеш‑рояль» неприятностей на сегодня. Ну… или скоро соберу.

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

ГЛАВА 2

– У меня к вам предложение, адептка Эйвери… – сказал ректор тринадцатой академии, переводя взгляд с меня на письмо от ректора академии первой, будто там был мой портрет, с которым господин Эверетт сравнивал оригинал. – От которого вы не сможете отказаться.

В смысле? Ещё одно предложение?! И какое на этот раз?

Может, оракул про него говорил, а не про свадебную авантюру Макса?

Надо бы допросить каменную ящерку повторно – авось добавит деталей своему предсказанию.

– Что вы имеете в виду, господин Эверетт? – не выдержала я, ибо многозначительные паузы нервировали, как, впрочем, и сам ректор.

Вот зачем, спрашивается, вызвал меня к себе? Посмотреть, что за «чудо‑юдо» такое сослал к ним столичный МагВУЗ?

Я думала, отчитывать будет за наше расследование и особенно за портал, из которого чуть демон не вылез, но ректор об этом даже не упомянул. Сказал лишь, задумчиво постукивая пальцами по столу, что магистр Танненбаум мной доволен.

Спасибо, конечно, но это я и от декана могла бы услышать. Хотя нет, не могла – лич без особой надобности не хвалит, а сейчас такой надобности точно нет. Посему выходит, что все эти слова – лишь подводка… к предложению, от которого нельзя отказаться.

Он же не собирается меня отчислить, нет?

Выглядел отец Мэйлин – моей призрачной соседки по комнате – усталым и мрачным. Чёрные волосы с наметившейся на висках сединой, холодные светлые глаза с залёгшей под ними чернотой, высокий лоб с вертикальной морщинкой и подозрительно бледная кожа.

Хоть господин Эверетт и был живым человеком (надеюсь, что так), его сходство с покойной дочуркой настораживало.

– В этом году у нас оказалось девять переводных адептов вместо ожидаемых восьми. Поэтому произошла небольшая путаница, и госпожа Вильда Ра  вен – комендант общежития, по ошибке заселила вас не в ту комнату.

– Как это… не в ту? – вырвалось у меня.

К комнате номер тринадцать со знаком «минус», которая располагалась на цокольном этаже смешанного общежития, я, признаться, уже привыкла. И даже с соседкой поладила, заключив с ней взаимовыгодное соглашение.

А тут вдруг такая новость!

– Вас переводят в шестой корпус, адептка Эйвери. Будете делить комнату с госпожой Бушен. Счастливы?

– Не особо.

Я прикрыла рот рукой, но, увы, поздно. Слова уже слетели с губ, да и выражение моего лица говорило само за себя.

Брови ректора поднялись, разглаживая морщинку на переносице, а глаза как‑то странно сверкнули. Кажется, он был удивлён моим заявлением. Я, признаться, тоже.

– Хотите сказать, что вам нравится жить с… – господин Эверетт замолчал, подбирая подходящее слово для своей мёртвой дочери, вернее, для её призрака.

И что тут подбирать? Привидение оно и есть привидение!

– Нравится, – ответила я, не дожидаясь продолжения вопроса.

– И вас не беспокоит ваша…

Очередная пауза меня разозлила. Почему он просто не назовёт свою дочь по имени? Это так сложно?

А и ладно! Раз он не называет, это сделаю я.

– Мэйлин – хорошая соседка. Мне с ней комфортно.

– А ей с вами? – Ректор откинулся на спинку кресла, разглядывая меня с гораздо бо  льшим интересом, нежели вначале.

– Спросите у неё, – пожала плечами я, мысленно прощаясь с комнатой, в которой была не только соседка, не доставляющая больше никаких хлопот, но и собственная ванная.

Увы, но привидение моему отъезду только обрадуется: она опять станет единственной хозяйкой апартаментов, куда в любое время дня и ночи сможет зайти её обожаемый поэт, чтобы почитать ей стишки, принять душ и отдохнуть в тишине – Мэйлин ведь так до сих пор и не заговорила, хотя я над этим работаю.

И шанс вернуть голос у неё точно есть. Потому что, разбирая свитки в архиве, я обнаружила схемы двух вышедших из употребления заклинаний, которые натолкнули меня на интересную мысль…

– Спрошу… быть может. – Ректор дёрнул уголком рта, но улыбки на его скуластом лице я так и не увидела. Скорее, наоборот. Господин Эверетт опять стал мрачным и даже как будто посерел кожей. Не стоило, наверное, говорить о его дочери – для него это слишком больная тема. – А сейчас идите собирайте вещи, адептка Эйвери. Шестой корпус, комната «33». Начиная с этой пятницы вы проживаете там. И, если в силу своего недавнего приезда, вы, леди, не в курсе, кто такая Флоранс Бошен…

– Я в курсе.