Знахарь VII (СИ) - Шимуро Павел

Камень кормил их.

Мысль пришла вместе с данными, и я на секунду зажмурился, перепроверяя то, что увидел. Направление потока однозначное. Субстанция движется из камня наружу, в корневища, в узлы. Паразиты не тянут, не высасывают — они принимают.

Я снял обмотку со второй руки. Обе ладони засветились в полумраке зала, и бордовые блики заплясали по стенам, по барельефам с вечно смотрящими вниз фигурами, по куполу потолка.

Реликт отреагировал.

Камень дрогнул и следующий удар пришёл на две секунды раньше положенного, и он был чуть сильнее предыдущего.

Я протянул руки к камню, но не коснулся его. Серебряная сеть на пальцах вибрировала, резонируя с близостью Реликта, и каждый капилляр пел на своей частоте, как струны расстроенной арфы, которые пытаются найти общий аккорд.

Камень послал импульс с амплитудой настолько ничтожной, что система едва его зафиксировала.

Язык Серебра: 10-е слово

Перевод: «Не ломай»

Контекст: предостережение, запрет

Источник: 4-й Реликт

Амплитуда: 2% (критически низкая)

«Не ломай».

Я убрал руки и уставился на камень. Мои пальцы дрожали.

Реликт не просил о помощи — он хотел оставить всё как есть.

Мне хватило трёх секунд, чтобы собрать картину из разрозненных фрагментов, которые накапливались с момента входа в город. Паразитная перегородка, которую я зафиксировал при сканировании с поверхности, три узла, которые сидят на камне и которых камень кормит добровольно, сущности наверху, которые охраняют провал, и древние барельефы с фигурами, смотрящими вниз.

Под Реликтом находится нечто запечатанное. Три узла — это не паразиты, а замки. Реликт отдаёт им субстанцию, чтобы замки держались. Сущности наверху караулят вход, чтобы никто не добрался до замков и не сломал их. Вся эта система, весь этот мёртвый город, выстроены вокруг одной задачи — удержать печать.

А Реликт жертвует собой, чтобы печать не рассыпалась.

Камень не просил спасения. Камень просил, чтобы ему позволили умереть.

Я стоял на коленях перед умирающим камнем, и мои серебряные руки висели вдоль тела, бесполезные. Из глубины, из-под перегородки, из-под всего того, что три узла и Реликт удерживали совместными усилиями, поднимался стук.

Что-то под камнем стучало, как стучат в запертую дверь, зная, что рано или поздно она откроется.

Глава 14

Я стоял на коленях перед умирающим камнем и слушал, как из-под него кто-то или что-то монотонно бьётся в перегородку. Каждый удар приходился в промежуток между пульсами Реликта, точно в паузу, как будто существо внизу знало расписание и подстраивалось.

У меня есть всего три варианта: ломать замки и выпустить то, что заперто; уйти и позволить камню умереть; ну или выбрать третий путь, который ни Рина, ни Наро, ни все мудрецы Каменного Узла не предусмотрели, потому что для него нужно быть не алхимиком, а хирургом.

Я развернул свёрток на коленях, и бордовый флакон Эликсира Пробуждения Жил лёг в ладонь. Единственная доза ранга C, сваренная в симбиозе с побегом Реликта в мастерской Пепельного Корня. Я вёз её через мёртвый лес, через аномальную зону, через город скелетов-марионеток, чтобы спасти умирающий камень. Теперь камень просит не спасать его, а оставить в покое.

К чёрту его просьбы. Я не ломаю замки и не ухожу, а кормлю.

Перед тем, как вскрыть флакон, я зажмурился и прокрутил в голове операцию от начала до конца. Каждый шаг, каждый риск, каждый возможный отказ.

Прямое вливание Эликсира в камень невозможно. Субстанция ранга C слишком концентрирована, и повреждённая структура Реликта её не примет. Нужен фильтр, а точнее проводник, который очистит поток и подстроит его под частоту камня. И у меня есть ровно один такой проводник, который вырос на моих собственных руках.

Я стянул обмотку с левой руки, потом с правой. Серебряная сеть на ладонях и предплечьях засветилась в полумраке зала, и бордовые блики побежали по стенам, по барельефам с фигурами, направившими руки к земле. Потом снял обувь и размотал ткань с обеих стоп. Каналы на ступнях, через которые я обычно тянул субстанцию из земли, раскрылись.

Пол зала был тёплым. Прожилки паразитной ткани пульсировали под моими босыми пятками, и ощущение было препаскудное, как ступить босиком на медленно дышащего слизня размером с комнату. Я заставил себя не отдёргивать ноги.

Сел, скрестив ноги, и прижал обе ладони к поверхности Реликта.

Камень оказался холоднее, чем я ожидал. Бордовый оттенок, который видел издалека, вблизи обернулся грязно-розовым, как разбавленная кровь. Трещины под пальцами раскрылись шире, и из них сочилась слабая розоватая влага, которую тут же впитывали прожилки вокруг.

Серебряная сеть на моих ладонях задрожала и вошла в резонанс.

Ощущение невозможно описать словами. Ближайшая аналогия из прошлой жизни, если бы ты приложил ладони к грудной клетке пациента и почувствовал бы каждый удар его сердца не через фонендоскоп, а напрямую, через кости и мышцы, как вибрацию, которая отдаётся в твоих собственных рёбрах.

Рубцовый Узел за грудиной раскрылся полностью. Все семнадцать ответвлений вытянулись, как спицы зонта, и начали работать на приём. Я чувствовал Реликт насквозь.

Контакт установлен: 4-й Реликт (Серый Узел)

Режим: прямой симбиотический

Ресурс объекта: 3.7 дня

Состояние оболочки: критическое (трещины 40% поверхности)

Внимание: дренаж через 3 паразитных узла продолжается

Рекомендация: прекратить контакт через 5 минут (порог перегрузки Рубцового Узла)

Пять минут. Хватит.

Я направил субстанцию из своих каналов в камень. Серебряная сеть на ладонях засветилась ярче, и я увидел, как мои собственные капилляры начинают мерцать в такт пульсу Реликта, подстраиваясь под его ритм.

Камень вздрогнул.

Его пульс, который плавал между сорока семью и пятьюдесятью секундами, дёрнулся вниз. Сорок шесть. Сорок пять. Сорок четыре. Реликт жадно впитывал мою субстанцию, и трещины на его поверхности начали закрываться едва заметно, по доле миллиметра. Розоватая влага перестала сочиться.

Хорошо. Замечательно. Теперь главное.

Я зубами вытащил пробку из флакона с Эликсиром. Горьковатый воздух над горлышком обжёг ноздри. Вылил содержимое на ладонь левой руки, не отрывая правую от камня.

Золотисто-бурая жидкость растеклась по серебряной сети и мгновенно впиталась в капилляры. Ощущение, будто кто-то залил мне в вены расплавленный мёд. Рубцовый Узел взвыл от нагрузки, когда субстанция ранга C ворвалась в него.

Мне нужно пропустить Эликсир через себя. Мой организм как переходник между флаконом ранга C и умирающим Реликтом.

Семнадцать ответвлений Рубцового Узла загудели одновременно. Я почувствовал, как они перехватывают поток, расщепляют его на фракции и пропускают через фильтр за фильтром. Чистая культивационная субстанция прошла в правую ладонь и потекла в камень. Примеси и шлак узел выбросил в мой собственный кровоток, и по телу прокатилась волна тошноты.

Реликт задрожал мелко, почти незаметно, но я чувствовал это ладонями. Камень впитывал чистый поток ранга C и ожил. Его пульс окреп, стал ровнее, и бордовый цвет начал возвращаться к поверхности, проступая из глубины, как румянец на щеках пациента после переливания крови.

Ресурс объекта: восстановление

3.7 дня → 8.2 дня → 14.6 дня → 23.1 дня

Скорость дренажа через паразитные узлы: снижается (замки получают подпитку)

Стабилизация прогрессирует

Три плоские медузы вокруг Реликта перестали ритмично вздуваться и опадать. Их корневища, впившиеся в трещины камня, расслабились. Стук снизу стал тише.

Ресурс объекта: 31.4 дня → 39.7 дня → 47.2 дня

Стабилизация: завершена

Прогноз: при текущей скорости дренажа ресурс достаточен для поддержания замков

Длительность: 47 дней (+/- 5 дней, в зависимости от внешних факторов)

Я открыл рот, чтобы выдохнуть, и в этот момент цена ударила.