— Мы не знали всего, — ответил Вальдемар спокойно, но жёстко. — Мы догадывались. И ждали, когда ты придёшь сам. Ты не пришёл. Ты позволил Варго вести себя.
Эдвард дёрнул плечом.
— Ждали? Я гнил на севере полсотни лет. А вы ждали? Предатели!
— Ты не гнил, — голос Короля не повысился, но стал тяжелее. — Ты прятался. В обидах, в страхах. Варго дал тебе надежду, а ты ухватился за неё, потому что боялся посмотреть правде в глаза.
— Какой правде? Что я никчёмный наследник? Что не удержу даже осколок ядра?
Эдвард почти кричал. Пальцы, которыми он сжимал плечо Короля, дрожали. Кинжал царапал горло.
— Что ты не виноват в том, каким тебя создала кровь, — ответил Король тихо. — Но ты виноват в том, что позволил ненависти к себе уничтожить всё вокруг.
Эдвард замер. Губы шевелились, но слов не было. Внутри него что-то медленно ломалось, как трещина во льду.
— Варго мёртв, — сказал я. — Чаша разрушена. У тебя нет больше оправданий. Только выбор. Кровь не очистится. Но ты жив. И он жив. — Я кивнул на Короля. — Этого достаточно, чтобы начать сначала.
— Я хотел спасти всех, — прошептал Эдвард, и в голосе прорвалось детское, сломанное отчаяние. — Я думал, чистая кровь вернёт здоровье. Вернёт трон. Вернёт… тебя. — Он посмотрел на брата.
— Я никогда не уходил, — сказал Король тихо. — Ты сам ушёл, Эдвард. В свои страхи. В свою боль.
Руки Эдварда задрожали. Он медленно опустил кинжал. И упал на колени. Не перед Королём — перед правдой.
— Прости, — прошептал он. Голос сорвался. — Брат.
Король не ответил сразу. Филипп уже поспешил развязать веревки на запястьях и снять браслет. Вальдемар подошёл ближе и положил руку на плечо Эдварда.
— Встань, — сказал он. — Тебя будут судить. Но ты мой брат. Я не откажусь от тебя. Даже сейчас.
Король кивнул гвардейцам, которые ждали у входа. Эдвард не сопротивлялся, когда его взяли за локти. Уходя, он обернулся — посмотрел на нас в последний раз и отвернулся.
Король вышел следом, опираясь на посох. Война кончилась. Осталось собрать осколки.
Я повернулся к Альрику:
— Разберётесь дальше без меня. Лианна пострадала. Мне нужно к ней.
Глава 43. Оттепель
Глава 43. Оттепель
Очнулась я от того, что кто-то тёр мою руку жёсткой тряпкой. В лицо дуло холодом, а под веками стоял красный закатный свет.
— Шевелится, — сказал голос Эльфриды, строгий, но с дрожинкой.
Я открыла глаза. Похоже, лазарет. Потолок низкий, закопчённый. Рядом, склонившись, стояла Эльфрида, за ней — Эльза с тазиком воды, ещё две незнакомые девушки в белых передниках.
— Где… Драго? — прошептала я. Горло будто наждачной бумагой скребли. Болела каждая клеточка тела, но я была жива. А значит, встану на ноги, как и всегда.
— Жив, дальше не твоя забота, — отрезала Эльфрида, но руку погладила.
Дэниел сидел у изголовья на табурете, подперев голову кулаком. Увидел, что я смотрю, устало улыбнулся.
— Очухалась? — Он взял мою ладонь, сжал. — Ты нас всех перепугала. Я нёс тебя по лестнице, думал — твоё сердце остановится. А оно бьётся. Злющее твоё сердце.
— Дэни… где король? Эдвард? — Я попыталась приподняться. Эльфрида прижала меня обратно одним пальцем.
— Лежать! Сначала ушибы, потом новости.
Дэниел усмехнулся, но глаза оставались серьёзными.
— Король жив. Эдвард под стражей. Варго мёртв — ты сама его уложила, между прочим. Только дура и не помнишь.
— Я не дура, — обиделась я слабо. Перед глазами встала сцена смерти Варго.
— Дура, — сказала Эльфрида. — Которая к колдунам в подвалы лезет. Но героиня.
Эльза прыснула, прикрывая рот. Дэниел погладил меня по голове, как маленькую.
— Отдыхай. Мне нужно разгребать завалы — доклады, пленных, стражу перегруппировать. Король приказал. — Он встал, задержался на секунду. — Только не вздумай вставать. Я загляну вечером.
Он вышел, а я задумалась. Когда он успел стать таким серьёзным, а главное — необходимым королю?
Эльфрида будто поняла мой взгляд:
— Он тебе сам всё расскажет.
Я не стала зацикливаться. Целительницы уже начали промывать моё тело, потом сделали перевязку, напоили каким-то мерзким отваром. Эльза держала меня за руку, пока я пила.
— Ты молодец, — сказала она шёпотом. — Мы все видели столб света. Думали, конец.
— Почти, — ответила я.
* * *
Примерно через час я вырвалась на короткую прогулку — буквально до соседней палаты и обратно. Там я увидела Кассиана.
Он лежал на койке у окна, бледный, с повязкой на груди, но глаза уже нахальные. И ямочка на щеке проявилась. Рядом на стуле, положив голову на край его постели, дремала Лира. Её пальцы переплетались с его.
Я остановилась в дверях.
— Сдохнуть не дали, — прохрипел Кассиан, заметив меня. — Теперь вот мучаюсь.
Лира проснулась мгновенно, выпрямилась, но руку не отдёрнула.
— Он уже три раза пытался сбежать, — сказала она устало, но в голосе сквозило тепло. — Лекарь сказал — ещё неделю лежать, а он орёт, что «драконы не лежат».
— Драконы не лежат, — подтвердил Кассиан. — Драконы летают. А меня приковали к кровати этой… надзирательницей.
Лира посмотрела на него без злости.
— Хочешь, уйду? Но ведь ты сразу начнёшь кровью харкать.
— Не уходи, — быстро сказал Кассиан, и я впервые увидела в его глазах не позёрство, а страх.
Лира села обратно, чуть отодвинув стул.
Я улыбнулась.
— Выздоравливай, Кассиан. На свадьбе будешь свидетелем.
— Я буду пить за ваше здоровье, — сказал он, — даже если меня понесут.
Лира закатила глаза, но уголки губ поднялись вверх.
Селину я нашла в конце коридора — она раскладывала склянки на подоконнике, перебирала травы, что-то помечала на пергаменте. Руки в потёках зелёнки, под глазом синяк.
— Селина, ты как?
Она подняла голову, и её лицо осветилось радостью.
— Лианна! Живая! — бросилась ко мне, обняла, но осторожно, боясь задеть раны. — Я тут помогала, чем могла. Эльфрида сказала, что я толковая. Я даже раны зашивала! Правда, криво, но зато не кровит.
— Ты молодец, — сказала я.
— А ты — героиня, — ответила она серьёзно. — Все говорят. Про тебя уже легенды ходят. Как ты колдуна заморозила.
— Не заморозила, — вздохнула я. — Кристаллизовала.
— Вот видишь! Даже слова такие умные.
Я засмеялась, но в груди кольнуло.
* * *
Драго пришёл уже к ночи. Я сидела на кровати, поджав ноги, и пыталась расчесать свалявшиеся волосы. Эльфрида ушла, оставив меня одну.
Он вошёл тихо, без стука. Я подняла голову, когда услышала, как хлопнула дверь. Драго был весь в пыли, царапинах, под глазами круги, на скуле синяк, левая бровь рассечена.
— Жива, очнулась, — сказал он с порога.
— Жива, — ответила я.
— Прости, что в таком виде. Я торопился, но сейчас такой хаос в замке. Меня постоянно отвлекали.
— Тебе не за что извиняться. Обо мне хорошо позаботились.
Драго подошёл, сел на край кровати и взял меня за обе руки. Вязь на запястьях потеплела.
— Ты меня напугала, — сказал Драго глухо. — Когда я забежал и увидел тебя на полу… Думал...
— Всё хорошо, я справилась. — мягко перебила его. — Почти, — заметила я, взглянув на свои ожоги.
— Лианна, ты моя. И больше я не позволю тебе драться в одиночку.
— Договорились, — сказала я. — Но если Варго воскреснет, я снова полезу.
— Не воскреснет, — Драго погладил мои пальцы. — Я приказал сжечь тело и развеять пепел над перевалом. Чтобы даже духа не осталось.
Мы помолчали. За окном смеркалось.
— Свадьба через месяц, помнишь? Замок надо подлатать, людей подлечить. Король предложил перенести: «Нечего в руинах венчаться». Но я обещал, что Северный Клык будет как новенький. Он согласился.
— Через месяц, — повторила я. — Как же дождаться этого момента.
Драго поцеловал мне ладонь.
— А суд — через три дня, — добавил он. — Эдварда и Эйлин осудят при всех. Ты должна быть, если сможешь встать.
