В ловушке времени (СИ) - Ахминеева Нина

***

Барон Краснов

Константин резко сел в кровати. Бросил взгляд в окно: на улице вполне себе бодрое утро.

Мгновенно оценив ситуацию, громко и с чувством выматерился.

Спрыгнув с постели, он сунул ноги в кроссовки и принялся их быстро шнуровать.

Мужчину трясло от бешенства: Лиза Терехова провела его, как зеленого сопливого юнца! Он неимоверно злился и на себя, и на нее, а еще больше бесился от невозможности помешать ей осуществить задуманное. Эта девочка действительно решила пожертвовать собой, а он, влюбленный идиот, все проморгал!

Скорее всего, любой другой на его месте сейчас бы рвал и метал. Однако Костя понимал, что воплями проблему не решить. Сделав несколько вдохов и выдохов, он взял себя в руки.

Обычный ход времени восстановлен, в этом нет сомнений. Как и где одаренная с нулевым рангом получила уникальные знания по принудительному изъятию энергии, а заодно и овладела техникой «память моря», безусловно, интересно. Но сейчас это не имеет никакого значения.

Через сто восемьдесят секунд полицейский седан попадет под камнепад. Девушка, которая стала бесконечно дорога, неизбежно погибнет. Вопрос: как сохранить ей жизнь?!

Константин посмотрел на руки: на левом запястье — хронометр, на правом — едва заметный ожог. От защитных рун, разумеется, нет и следа. Костя задумчиво нахмурился. Прямо сейчас эхо от разрыва временной петли расходится кругами по эфиру. Как поведет себя артефакт времени в случае смерти владельца, предсказать нереально. Уже сейчас все настройки в устройстве сбоят. А менее чем через полчаса и вовсе слетят к чертям собачьим. И восстановить их можно не ранее чем через двадцать пять часов.

«Активировать артефакт через сутки — критично поздно. Лиза так и останется мертвой. Вероятность, что устройство сейчас сработает, а мое сознание при переброске не размотает на кварки — пять из ста. Но через двадцать четыре минуты и этих пяти процентов у меня не будет. Так что выбор очевиден. Придется рисковать», — Константин усмехнулся.

Поставив на хронометре таймер на шесть минут до часа «х», барон снял с себя олимпийку и небрежно кинул ее на стул. Оставшись в спортивных штанах и футболке, быстрым шагом покинул люкс. Проигнорировав лифт, Константин сбежал вниз по лестнице. Войдя в холл, подошел к стойке ресепшен.

— Бумагу, ручку и конверт, — сухо бросил он администратору.

Торопливо положив требуемое на стойку, миловидная девушка стрельнула глазами в симпатичного владельца пансионата, похлопала ресницами и кокетливо прикусила пухлую губу.

Не обращая внимание на явный флирт, Краснов подтянул к себе лист, твердым почерком написал: «Серый, в пансионате готовится покушение на членов княжеского рода Бастрыкиных. Заинтересованное лицо и организатор — жених. Способ убийства – погодный артефакт. Моя смерть с этим покушением никак не связана. Решение сугубо мое: добровольное и осознанное. Все свое имущество и деньги я завещал тебе. После моей смерти нотариус с тобой свяжется. Не принуждай графа Терехова сносить отель, но и на продажу земли не соглашайся. Когда старик умрет, бизнес должен остаться его сыновьям-близнецам. Пацаны толковые, возьми над ними опеку и вырасти их настоящими мужчинами. Уверен, ты сможешь».

На несколько мгновений задумавшись, Константин размашисто дописал: «Р.S. Буду очень признателен, если похоронишь меня рядом с графиней Елизаветой Олеговной Тереховой».

Поставив дату, Краснов расписался. Положив записку в конверт, предусмотрительно его заклеил. Надписав имя, фамилию и номер телефона получателя, протянул симпатичной сотруднице:

— Если в течении получаса со мной что-нибудь случится, тотчас позвоните этому человеку, сообщите о происшествии и о письме. Также добавьте, что на дороге обвал и попасть в пансионат можно либо по морю, либо по воздуху.

Девушка побледнела. Аккуратно взяв конверт, она испуганно спросила:

— Константин Александрович, а что с вами может случиться?

«Либо выживу вместе с любимой женщиной, либо нас с ней похоронят рядом. Третьего не дано», — подумал Краснов.

Но, разумеется, ничего объяснять не стал. Незачем. Если его сумасбродная затея с перемещением в прошлое не удастся, Серый и о братьях Лизы позаботится, и об остальном побеспокоится. А если всё закончится благополучно, то «предсмертную записку» верный друг никогда не получит. Да и в целом никто не вспомнит о том, что сейчас происходит. В том числе и эта миловидная сотрудница.

Игнорируя вопрос девушки, Константин глянул на хронометр: время хоть и поджимает, но еще есть. Достав из кармана штанов мобильный, набрал по памяти номер своего свеженазначенного начальника СБ.

Через несколько секунд Гордеев бодро отрапортовал:

— Слушаю вас, Константин Александрович.

Отходя от стойки ресепшен, барон приказал:

— Прямо сейчас беги к погодному артефакту и отключай его от питания. Сделать это элементарно: переведи рубильник в нижнее положение. Проконтролируй, чтобы никто к нему не подходил до приезда спецов, — держа аппарат возле уха, Константин направился в сторону ресторана.

— Будет исполнено, — мгновенно отчеканил здоровяк.

— Не сомневаюсь, — бросил Краснов, нажимая на отбой связи.

Вернув мобильный в карман, он решительно распахнул дверь кухни. В нос ударил аромат жарящегося мяса, зелени, специй и чего-то еще. Не замечая «гостя», повара занимались каждым своим делом. Кто-то колдовал у плиты, кто-то — у разделочной доски. В общем, работа кипела.

Зайдя в помещение, Краснов с бесстрастным выражением прошел за спинами работающих мужчин и женщин. Заметив в руках худощавого юноши овощной нож, бесцеремонно его забрал. Под взглядом ошарашенного парня внимательно осмотрел лезвие.

«Острое, узкое. То, что надо», — Константин одобрительно хмыкнул.

Тихонько запиликали часы, извещая, что время неумолимо уходит.

— Где у вас подсобка? — ледяным тоном поинтересовался барон.

— Там, — ничего не понимающий юноша указал пальцем на дальнюю дверь. Озадаченно поглядывая на нож в руках Константина, спросил: — А зачем вам подсобка?

— Надо. Если через пять минут не выйду, значит, я умер. Сходишь на ресепшен и скажешь администратору. Она знает, что делать.

Повар приоткрыл рот, выпучил глаза. Строго нахмурившись и больше не обращая внимания на парня, барон быстро прошел в подсобку. Нашарив выключатель на стене, зажег свет. Прикрыв дверь, встал рядом со шкафом, забитым посудой. Рывком стянул с себя футболку и бросил ее на запасной стол для нарезки хлеба.

Глянул на часы: осталось три минуты. Шумно выдохнув, Костя приставил острие клинка к обнаженной груди, аккурат между четвертым и пятым ребрами. На коже появилась алая капля крови. Придерживая оружие левой рукой, он замахнулся правой. В последнюю секунду ладонь дрогнула, задержалась: тело инстинктивно воспротивилось.

«Она будет жить!» — стиснув зубы, Костя с силой ударил по рукояти ножа.

Лезвие полностью вошло в грудину, пронзив сердце. Рефлекторно согнувшись, барон боком упал на пол. Дернулся в последний раз и затих.

Глава 25

— Лиз, что случилось? Дай посмотреть! — словно издалека долетел голос княжны Комаровой.

Сфокусировав взгляд, я ошалело смотрела на одногруппницу. Недовольно фыркнув, та выдернула из моих ослабевших пальцев какую-то бумагу и принялась читать.

Не понимая, что происходит, я присмотрелась к документу. Опознав тот самый указ императора, пошатнулась. Кто-то подхватил меня под локоть, не позволяя упасть.

— Елизавета Олеговна, вам дурно? — встревоженно спросил управляющий.

Я что — дома? Еще и в то самое утро, когда все началось? Но как такое возможно?!

Все еще не веря в реальность происходящего, с усилием повернула голову и с изумлением уставилась на Петра Петровича. Тот неодобрительно качнул головой.

— Это же не сон, да? — спросила я у мужчины громким шепотом.