Темный Лекарь 20 (СИ) - Нот Вай

И такие сообщения теперь поступали в Рихтерберг отовсюду.

Оладьи Фреда были горячими, пышными и идеально румяными.

Мы с Октавией сидели за столом в одном из уцелевших кабинетов на военной базе Роланда. Здание почти не пострадало, если не считать лиан Вьюнки, которые опутали весь первый этаж и часть второго. Но на третьем было вполне уютно. Кто-то из гвардейцев нашёл кофемашину, Фред появился через пирамидку с продуктами, и теперь на столе стояли две чашки кофе и большая тарелка дымящихся оладий.

Октавия отломила кусочек, отправила в рот и на секунду прикрыла глаза.

— Знаешь, — сказала она, — я начинаю понимать, почему Ольга так любит стряпню Фреда. Он готовит лучше, чем большинство живых поваров, которых я встречала за свою жизнь.

На диване у стены спала Ольга. После боя в очаге, мы едва успели вернуться на базу, как она провалилась в испытание прямо на ходу, и мы с Прохором еле успели её подхватить. Уложили на диван, накрыли курткой кого-то из гвардейцев.

И вот четыре часа она лежала как будто бы без сознания, так что я уже даже начал беспокоиться и проверять её состояние каждые полчаса.

Всё-таки бывают случаи, когда маги не могут пройти испытание и в конце концов получают необратимые повреждения мозга и энергосистемы.

Но стоило Октавии произнести волшебное словосочетание «стряпня Фреда», как Ольга открыла глаза.

Мгновенно. Без каких-либо промежуточных стадий. Секунду назад она была в полном отрубе, и вот уже сидит, озирается и принюхивается.

Затем внучка встала, подошла к столу и молча взяла оладушек. Потом второй. Потом третий. Четвёртый она ела уже одновременно с пятым.

Октавия наблюдала за этим зрелищем с тем выражением, которое я видел у неё обычно при изучении редких артефактов.

— Да уж, — протянула она, — видно, испытание на мага вне категорий и впрямь отнимает много сил.

Ольга что-то ответила с набитым ртом. Я разобрал нечто похожее на «вффкуфно», но ручаться не стал.

В этот момент дверь кабинета открылась, и вошёл дед. Он окинул взглядом картину: Ольга, с надутыми от еды щеками, Октавия с планшетом, на котором мерцала карта Авалона, и я с кофе.

Дед вздохнул.

— И это наша надежда в борьбе с Тенями? — произнёс он с видом профессора, обнаружившего студента спящим на экзамене. — Наследница величайшей династии некромантов?

— Я бы на твоём месте с ней не шутил, — ответил я. — Не исключено, что следующим потомком, который тебя упокоит, станет именно она. Особенно если ты встанешь между ней и оладушками.

Дед поднял руки в жесте капитуляции.

— Сдаюсь. Против голодного мага вне категорий у старого лича нет шансов.

Ольга наконец закончила жевать и вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Спасибо за поддержку, дедуля, — сказала она с невинной улыбкой и потянулась за следующим оладушком.

Я дал ей ещё пару минут, потом спросил:

— Ольга. Ты видела что-нибудь важное во время испытания?

Конечно, всё, что там происходит, лишь игры нашего разума, но всё-таки иногда наше подсознание может указать на то, чего мы обычно не замечаем.

Ольга задумалась, и улыбка сошла с её лица.

— Ничего особенного, — ответила она после паузы. — Мир, захваченный тенями. Всюду скверна. Они атаковали со всех сторон, и я еле от них отбилась.

— Но отбилась.

— Отбилась, — подтвердила она.

— Будем считать твою победу над ними в испытании добрым знаком, — сказал я и повернулся к стене.

— Лифэнь, — позвал я вслух, — доклад, пожалуйста.

Экран на стене кабинета мигнул и ожил. На нём появилось лицо нашей хакерши. За её спиной виднелись несколько мониторов с картами и графиками.

— Общая картина по Авалону, — начала она без предисловий. — Из пяти оставшихся очагов два уже слились в один. Вот здесь, на юго-востоке острова, — она ткнула пальцем в карту, и красное пятно на экране пульсировало. — Остальные три продолжают расширяться. По моим расчётам, через двенадцать-четырнадцать часов они тоже начнут соединяться.

— Тени? — спросил дед.

— Судя по информации с теневых разведчиков, которую нам удалось добыть. Накапливаются внутри очагов, но за их пределы не выходят. Пока не нападают. Просто сидят там и ждут.

— Ждут чего? — уточнила Октавия.

— Видимо, пока очаги не разрастутся настолько, что поглотят весь остров, — пожала плечами Лифэнь. — Зачем тратить силы на атаку, если скверна и так всё сделает за них?

Я кивнул. Вполне в их духе. Тени не тратили ресурсы впустую и не рисковали понапрасну. Логично, что они хотят обзавестись мощным плацдармом перед решающей атакой.

И пока у них неплохо получалось. К сожалению, и жертв уже было предостаточно. Я успел узнать, что все оставшиеся реакторы за пределами Камелота уже превратились в мёртвые зоны. Военная база на севере была полностью уничтожена. Промышленный комплекс на западе тоже. Все, кто там находился, погибли или мутировали необратимо. Даже рыцари в доспехах не выдерживали давление Омеги дольше получаса.

— А что за пределами Авалона? — спросил я.

Лифэнь помрачнела.

— Вот это самое неприятное. Очаги по всему миру начали вести себя ненормально. Растут быстрее обычного. Боссы появляются сильнее, чем положено для их уровня. Наши чистильщики уже столкнулись с аномалиями. К примеру, только что стажёры в очаге Альфа-семнадцать еле завалили босса, который по силе соответствовал минимум Гамме.

Плохо. Вторжение шло по всей планете. На Авалоне просто быстрее, потому что реакторы Роланда были готовыми точками прорыва. Но остальной мир тоже получил свою дозу.

— Будем закрывать оставшиеся очаги на острове? — спросила Ольга.

Я покачал головой.

— Нет. Это бесполезно. Они уже вышли далеко даже за уровень Омега, я такого не видел никогда. И, они продолжают расти. Даже я не уверен, что смогу закрыть такой очаг в одиночку.

— Но не лучше ли перестраховаться? — с сомнением посмотрел на меня дед. — Может лучше уменьшить давление и закрыть хотя бы пару из них? Тебе и не надо справляться в одиночку, теперь, втроём с Ольгой мы должны справиться.

— Наоборот, — ответил я с нажимом. — Нам необходимо, чтобы они все соединились. Все в одну точку. Тогда можно будет разобраться со всеми разом.

Ольга нахмурилась.

— Подожди, ты действительно хочешь, чтобы весь Авалон превратился в один гигантский очаг?

— Именно. Но сначала нам нужно эвакуировать весь остров. До самого последнего человека.

Экраны телевизоров и магических проекторов по всему миру зажглись почти одновременно.

Бланш говорила мягко, но в её голосе звучала сталь, которую до этого мало кто слышал от новой княгини Вийон.

Она обращалась ко всем магам-лекарям и призывала их немедленно направиться к ближайшим портовым городам для оказания помощи эвакуируемым. Она напомнила о клятве целителей и о том, что невинные люди не должны страдать из-за амбиций мёртвых Князей.

Изабелла Веласко не тратила времени на дипломатию. Клан Веласко прекращает все коммерческие операции и перенаправляет каждый корабль, каждый ресурс, каждого мага на помощь Авалону.

Она добавила, что любой, кто попытается воспользоваться ситуацией для наживы, лично познакомится с ней и пожалеет об этом до конца своей короткой жизни.

Фридрих Штайгер выступил сухо и по делу. Он назвал точные цифры: сколько транспортных средств готов предоставить клан, сколько инженеров и техников направляется для помощи в строительстве временных укрытий, какие мощности переводятся на производство защитного оборудования. Ни одного лишнего слова, только факты и сроки.

Сурья Канвар говорила спокойно, но её слова несли в себе ту внутреннюю силу, которая заставляла всех к ней прислушиваться. Синд присоединяется к коалиции безоговорочно.

Маги воздуха готовы обеспечить воздушную поддержку эвакуации. Все силы клана Канвар отныне подчиняются единому командованию коалиции.

Обращение Регины Сципион стало, пожалуй, самым обсуждаемым из всех. Она появилась на экранах в своём привычном чёрном платье, с идеальной осанкой и улыбкой, от которой у зрителей по спине бежали мурашки. Многие считали её мёртвой. Остальные надеялись, что так и есть.