Таверна на прокачку (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович

Он недоверчиво принюхался к содержимому тарелки, шумно прихлебнул из ложки, потом сунул её в рот и промычал:

— Славная похлёбка! Варвара пусть лесом идёт! — воскликнул он. — Малец, ты хорошо усвоил уроки Марии!

Он принялся с аппетитом уплетать моё варево, а я ухмыльнулся. Знал бы ты, друг, кто тут чьи уроки усвоил.

Система тоже не заставила себя ждать, сигнализируя о возросшей репутации и общем уровне таверны.

Удивительно, но уровень таверны вырос до того же значения, что было пару дней назад, когда таверна была цела. Я с удивлением обнаружил семьдесят пятый уровень. Выходит, всё держится на кухне и репутации. Да, чистый зал сильно повышал рейтинг, но если он грязен и не убран, то не важно, что он есть, что его нет. А так, на улице да на свежем воздухе, даже и приятнее.

Другие посетители заглядывали во двор, с удивлением осматривали моё кафе под открытым небом и подходили ближе. Глядя, с каким аппетитом мастеровой уплетает похлёбку, они устраивалсь за столами, и я, не дожидаясь заказа (а особых разносолов сегодня не предвиделось), сразу наливал им полную тарелку.

Прогресс кулинарии шёл полным ходом, я на те уведомления даже внимания не обращал, потом погляжу. Жалко специй нет, а то так были бы дополнительные очки за работу под воздействием от похлёбки. Хотя сейчас вечер. Кто будет работать перед сном?

Не забывал тренировать и воздушный клинок, пока стучал по доске.

— Уф, малец, добавка есть? — спросил мастеровой, сыто хлопая себя по животу.

— Если подождёте, то будет, — ответил я.

Сыч и Коготь вернулись из своего тайного похода в лес и стояли поодаль, привычно озирая территорию.

У меня не хватало продуктов, те, что я вынес из подвала, уже подошли к концу. Я осмелел и махнул рукой охранникам таверны. Сыч подошёл ближе и вопросительно посмотрел на меня.

— Можете принести ещё овощей из подвала? — спросил я, не отрываясь от нарезки картошки кубиками. — Я не ожидал, что людей будет так много. Не хочу заставлять их ждать.

— А ты не обнаглел? — с усмешкой спросил Сыч. Впрочем, злобы в его голосе не было, скорее одобрение. Подтверждая мои мысли, он ворчливо добавил: — Так и быть, но не вздумай делать из этого привычку!

— Спасибо! — крикнул я ему вслед.

Он поднял руку, не оглядываясь, мол, отвали.

Коготь, скрестив руки на груди, наблюдал за нами. Когда Сыч вернулся с мешком овощей (а я, дурень, не догадался, руками таскал, потому и мало вышло), Коготь подошёл ближе и спросил:

— Ты ему мальчик на побегушках что ли? — хмуро спросил он у товарища.

Сыч поставил мешок рядом со мной и ответил:

— Не бузи, Коготь, пацан делом занят. Спасает честь Виктора и его таверны. Еще и заменяет раненую Марию. Почему бы и не помочь ему в этом? Он, считай, и нас спасает.

Коготь поморщился, но кивнул.

— Уговор был такой, — вдруг объявил один из посетителей, толстый румяный мужчина с курчавой бородой. — Если не понравится, можно не платить. Так? Все же это слышали?

Народ одобрительно загудел. Я напрягся и замедлился с нарезкой. Обернулся и в упор посмотрел на толстяка.

— Да, я действительно такое обещал, — сказал негромко. — И если вам не понравилось, можете не платить. — Толстяк победно улыбнулся и оглядел остальных. — Только скажите, пожалуйста, что именно было не так? — продолжил я. — Я бы хотел улучшить свои навыки, поэтому ваши замечания обязательно приму.

Мой вопрос смутил хитреца.

— Ну-у-у, — протянул толстяк, вставая на ноги. — Это… Как бы сказать… Невкусно и всё. — Он упёр руки в бока и выпятил живот.

— Андрей, как всегда, недоволен, — выкрикнул лысый мужик из-за соседнего стола.

— И как всегда жаден, — добавил его сосед.

Все загоготали, тыкая пальцем в Андрея и наперебой принялись припоминать разные случаи.

— И вовсе нет! — возразил толстяк. — Не жадный я. Я просто сказал…

— Да нормальная похлёбка! — возразили ему сразу несколько голосов.

— Варваре такое и не снилось, скажи?

— Я готов двойную цену даже заплатить! Тем более погорельцам денежки ой как пригодятся!

Посетители поддержали предложение, и вскоре на разделочной доске рядом со мной образовалась кучка медных монет, а кто-то даже положил серебряную.

Я почувствовал прилив благодарности. Макс так вообще готов был разрыдаться и раскланяться. Я подавил чужое желание. Меня ведь за дело хвалили, я эту похвалу заслужил. Нужно уметь принимать комплименты с достоинством. Поэтому я повернулся к гостям и, благодушно улыбнувшись, склонил голову:

— Благодарю за высокую оценку!

После чего вернулся к готовке, а люди не унимались:

— Далеко пойдёшь!

— Молодец, пацан!

— Так держать, парень!

— Вот теперь Виктору есть, кому оставить таверну!

Слова бархатом оборачивали моё сердце, израненное пожаром. Есть ещё шанс возродить таверну! Я не сдамся, ни за что!

Я подошёл к Сычу. Этот седой воин вызывал у меня глубокое уважение. Да и ему хотелось доверять. Он умудрён опытом, чтит традиции, благодарен Виктору, а еще помнит моего отца, и явно чтит эту память.

— Чего малец? — спросил он. — Принести еще чего надо?

— Нет, — качнул я головой. — Пускай деньги за еду у тебя пока побудут, чтобы не стащил никто. Я потом подумаю где их держать.

Сыч одобрительно кивнул. Демонстартивно пересчитал, чтобы я тоже видел сколько денег. Затем убрал в карман, минуя свой кошелёк. Видимо был того же мнения. Не стал смешивать деньги Виктора и свои.

Решив финансовый вопрос, я огляделся. Я задумался, куда деть честно заработанные деньги? В кошель Змея, который держал под рубахой, класть не хотелось. Те деньги трофейные полученные в бою. Эти, заработанные честным трудом. К тому же, продукты и таверна были не мои. Однако убрать деньги подальше от любопытных глаз следовало. Часть посетителей уже поели и ушли, но прибывали новые люди. Всё-таки таверна пользовалась спросом, и по привычке люди шли сюда.

Я увидел знакомых мастеровых, которые на днях подрались. Молодой парень, Павел, которого система назвала «воином», и тот подленький Яков, что угрожал мне, а потом разбил горшок. В душе поднялось негодование, но я снова сдержал чувства. Я не имею права выбирать, кого обслуживать, а кого нет. Тем более про поступок Якова не знают ни Сыч, ни Коготь. Иначе они бы не пустили его на порог. Поэтому обслуживание для этой компании будет на том же уровне, что и у остальных.

— Как восстанавливать таверну думаете? — спросил меня Павел, когда я поставил на их стол тарелки с похлёбкой.

Я задержался ненадолго, посмотрел на него и вздохнул:

— Нужна будет помощь мастеров. В одиночку тут не справиться.

— Да проще новую построить, — ввернул Яков. — Эту по брёвнышкам раскатать и продать, а на выручку новый сруб поставить.

— Не скажи, Яков, — возразил пожилой мастер. Его имени я пока не знал. — Тут хорошие стены, мой напарник помогал строить, да и я пару раз приходил подсобить.

— Гарью же всё покрылось, — сказал Яков и поморщился. — Даже сюда вонь долетает.

— Так очистить можно, — негромко сказал Павел. — Если руками не получится, так алхимиков попросить. Я знавал случаи, когда после более сильных пожаров дом в порядок приводили.

— Где это ты такие случаи встречал? — тут же вскинулся Яков. — Брешешь, как пить дать.

Пожилой мастер поднял руку, успокаивая его. Как же они вместе работают, если постоянно цапаются? Впрочем, Павел был спокоен. Похоже, его не задевали слова Якова и попытки разозлить.

Павел посмотрел на меня и, немного подумав, сказал:

— Я бы с удовольствием помог вашей таверне. Совсем бесплатно не получится, но и наживаться на беде не стану.

— Деньги есть, — сказал я. И тут же поправился: — Заработаю.

Павел кивнул, перекинулся взглядами с пожилым мастером, тот одобрительно кивнул.

— Я позже зайду и обсудим, — наконец ответил мастеровой.

— Спасибо вам! — благодарно кивнул я. — Я пока пойду дальше готовить.

Я вернулся к своему рабочему месту. В душе я ликовал. У меня получилось наладить первую нужную связь. Уверен, с восстановлением стен проблем не будет. Да и Павел внушал доверие.