Путь Наставника II (СИ) - Ан Игорь

Александр Савельевич дождался первых нор, надеясь заметить суслика, но ему не повезло. Зато от самого вида Изменённого пейзажа он порядком взбодрился и организм потребовал срочного снятия напряжения.

Проснулся Александр Савельевич оттого, что поезд стоял.

Сонно ворочающаяся девица, пробормотала что-то на ухо о своей готовности продолжать, но Александр Савельевич уже поднимался. Остановка не планировалась, но он знал, что по пути они должны миновать один из карьеров артели добытчиков, которые финансировали часть этой поездки. Его предупреждали, что, возможно, остановятся с короткой инспекцией, но не в его правилах было выполнять чужую работу. Так что, поднявшись с широкой кровати, Александр Савельевич зевнул, почесал живот, подумал, что стоило бы начать упражняться, а то совсем дыхалка слаба, надолго уже не хватает, и выглянул в окно.

За окном виднелось небольшое здание станции, по случаю ночного времени мрачное и пустое. А за ним уходили в обе стороны ярусы разреза.

Прямо по центру располагался спуск, и сразу же от него разбегались влево и вправо насыпные дороги, ведущие к верхним ярусам.

У спуска топтались с десяток вооружённых людей в чёрных форменных одеждах — охрана поезда.

Сон как рукой сняло.

Охрана не выходит без надобности. Это Александр Савельевич знал точно. Значит, что-то случилось.

Он быстро оделся, накинул шубу. Зачем-то твердя себе под нос, что это не его дело. Но даже если так, он должен понимать, куда не слать отряды. Пусть некоторые не возвращались, и артели платили за риск большие деньги, но лучше не терять людей, ведь это многоразовый ресурс.

— Господин, вы куда?

Девица села в кровати, прикрываясь смятой простынёй.

— Цыц! — гаркнул на неё Александр Савельевич и вышел из купе, прикрыв за собой дверь.

На выходе из вагона стоял охранник в чёрном и тут же перекрыл путь.

— Не велено.

Александр Савельевич оттолкнул его, ещё бы какой-то железняк не давал ему пройти. Нужно посмотреть, нужно знать, что случилось и, если артель потребует отряд для охраны этого разреза, запросить цену повыше.

Второй раз его остановили уже на подходе к спуску, но здесь ничего не сказали, просто двое встали перед ним — молча, безучастно. С такими не поговоришь, не предложить на лапу.

Но самое страшно, что Александру Савельевичу и не нужно было идти дальше. Он увидел всё и отсюда.

Нижний ярус казался чёрным. Словно весь снег вычислили, подмели площадку, да ещё и растопили остатки белой крошки. Отчего земля влажно поблёскивала. Поначалу Александр Савельевич решил спросить, зачем так было утруждаться, ведь всё равно не сегодня завтра снег повалит снова. А потом он понял, и его тут же чуть не вывернуло.

Даже оба охранника сделали шаг назад, побоявшись, что он заляпает их.

Весь нижний ярус был завален разорванными на части телами. Их кровь замёрзла и, казалось, залакировала всё вокруг. Равномерное чёрное покрытие, жуткое в совокупности с оторванными, вымазанными в чёрное же головами, руками, ногами.

Среди этих останков расхаживали двое охранников, рассматривали, что-то записывали, замеряли.

«Звери! Звери совсем взбесились! — вертелось в голове. — Но как же так? Ведь тут был отряд охраны⁈»

Пусть не его, сюда он никого не посылал, знал точно, но артельный… И значит, два-три стезевика.

Но самое страшное, что понял Александр Савельевич, будто вмиг прозрев, было в другом. И сейчас он лихорадочно соображал, как отразить эту деталь в своём отчёте.

Внизу не было ни единого признака сопротивления. Будто бы тела разорвали на части уже после того, как они оказались свалены там, будто мусор.

Глава 16

С рынка я вернулся ещё засветло. Притащил с собой огромные сумки, которые купил там же. Да ещё эта дурацкая труба. Когда я шёл с ней по улице, на меня несколько раз подозрительно смотрели патрульные. Кажется, раздумывали подойти или нет. Я видел, как они осматривают меня с ног до головы, решая, кто может тащить метровую чугунную трубу на плечах с двумя висящими на ней по бокам сумками. Получилось что-то вроде коромысла, только не очень удобного. Я натёр шею, зато смог это всё донести. В итоге, меня так и не остановили, видимо, решив не знать, что за тип такое учудил.

Когда ввалился в дом, Бивня с сортировщиками ещё не было, зато Гришины гномики закончили наводить порядок. Конечно, дом так и оставался далёким от идеала чистоты, но теперь здесь хотелось разуться. Чего я, конечно же, не сделал. Ноги моментально бы замёрзли. Вопрос с половиками так и остался нерешённым. Я их присматривал в магазине, куда зашёл по пути, но тканые ковры были слишком дорогими, а простые плетёные либо тонкими, либо маленькими. Да и всё равно пока неподъёмными с финансовой точки зрения.

Меня встретили дружным гомоном, учуяв запахи с рынка. Я купил вяленой рыбы, сырой на этот раз не оказалось. Её привозили утром, и после обеда уже ничего не оставалось. Зато была картошка. Ещё, немного странные, но, по утверждению продавца, съедобные грибы. Их брали многие, взял и я. И ещё мясо — вяленая дичь. Не знаю, кто и на кого охотится за Стеной, но ароматные, даже в таком виде, тонкие сухие полоски не оставили меня равнодушным.

Щербатому я тоже прикупил всё. Даже ножовку, оказавшейся очень похожей на современную мне, со сменными полотнами, только с выгнутой серпом ручкой. И неимоверно дорогую, по моим нынешним возможностям. Я выложил за неё двадцать копеек.

А ещё я нашёл магазин спортивного инвентаря, если это можно так называть. Но, по крайней мере, боксёрские груши в нём были. Продавец, заметив мой интерес, тут же подошёл и принялся расписывать мне все прелести революционной новинки среди спортивных снарядов. Ага, щас! Нашёл дурака. Даже предложил провести «поединок» с кожаным мешком, набитым песком, заверяя, что совсем недавно самолично делал это, и его удары стали как у стезевика второй ступени. Я посмеялся над незадачливым продавцом, но не вслух, конечно. Как можно? Если его удары такие сильные.

Там же я нашёл гантели и штанги с шарами на концах гифа, куда засыпались свинцовые дробины для регулировки веса. Палки для спортивной гимнастики, из которых выйдут неплохие мудао для тренировок, тоже имелись в продаже. Присмотрелся я даже к булавам из дерева, прикидывая, смогу ли я приспособить их в качестве «рук» для манекена винчун. По всему выходило, что может вполне получиться.

В общем, вернулся я в приподнятом настроении, потратив почти все деньги, какие у меня были. Да, я оставил небольшую заначку в десять копеек, что называется «на чёрный день». Если что, мы сможем пару дней питаться на эти деньги. Со временем стану откладывать больше, но после того как оборудую спортзал. Вот на тему него я и собирался завтра переговорить с угольщиком.

Следующие два дня прошли, как под копирку. Единственным развлечением был поход за цайдао. Тут кузнец не подвёл. Нож получился шикарным.

Угольщик разрешил воспользоваться его пристройкой для занятий. Это было очень кстати. Потому что я окончательно убедился, что в доме тренироваться не выйдет. А здесь мы были и рядом с местом работы и уходили бы из лавки после тренировок раньше, чем угольщик успевал надраться до потери пульса.

Новых инцидентов с ним не было. Но и о том мы ни разу не вспоминали. Так… было и прошло.

Деньги в лавке я получал исправно. Кузнец держал слово и каждый день выкупал означенный объём. Да ещё и розница потянулась. Угольщик оказался прав, народ скупал уголь, как ненормальный. Может, и впрямь запасались. Такое бывает при поднятии цен, запоздалый эффект. Когда после первого подъёма, думают, что будет второй, и скупают всё.

Первая тренировка в новом зале планировалась на сегодня. Из инвентаря пока ничего не было, кроме тонких матрасов, которые я прикупил, решив, что они сойдут за маты. Но так как для начала я планировал много дыхательных техник, чтобы научить ребят правильно дышать, то маты были важнее остального. Часть техник я планировал давать сидя. Не совсем классика жанра, но такое часто практикуют в йоге. Хотя тот же «круг огня» проще выполнять сидя. А так как это одна из ключевых практик и в этом мире, что подтверждало её описание в первом фрагменте Канона, то для старта самое оно.