Феодал. Том 5 (СИ) - Рэд Илья

Самостоятельно Маркел практически никогда не сражался — только в случае истощения магических сил, как это с ним произошло недавно в джунглях. Досадная ситуация, но по-другому он тогда не мог — уставший после дневного перехода, элементалист истратил всё на отражение засады грёбаных раг.

«А может твой план в этом и заключается? Истощить меня?» — оскалившись, подумал Дëмин. — «В таком случае для тебя плохие новости — я могу так полдня стоять и хоть бы хны. Ха-ха-ха! Давай, посмотрим, как твоё тело это выдержит».

Подобный трюк с ним не пройдёт. Тем временем настырный воин отбивал атаку за атакой, грамотно смещаясь и прыгая где надо. Каждый удар отточен и к месту, ни одного лишнего движения.

«Не-е-ет, он только выглядит простачком».

Впрочем, с самого начала было понятно: у барона денег куры не клюют, может себе позволить нанимать опытных витязей. Миллионами вон как разбрасывается.

Это была битва паука против кошки. Если поначалу Маркел как-то ещё сдерживался, боялся навредить сопернику (всё же дуэль не насмерть), то сейчас он пустил в ход всё, чему научился за эти годы. Его клинки кусали, кололи, рубили в совершенно разных направлениях. По лбу потекла капелька пота и задержалась на брови.

Маркел в той или иной степени контролировал своё железное воинство, переключая внимание с одной руки на другую, но те также имели в лёгкой степени свою волю как элементали. Когда хозяин был сосредоточен на другой единице оружия, та, что осталась без его внимания, питалась магической энергией для поддержания своих возможностей. В моменты наивысшей концентрации он, как человек-оркестр, переключался так быстро, что казалось, будто каждая «щупальца» железно подконтрольна ему.

Капелька пота упала, и Маркел прикрыл левый глаз. Он всего на секунду отвлёкся, но Нобуёси подгадал этот момент, как будто специально ждал, притворяясь беззащитным. Его меч вместо парирования перерубил одну из призрачных рук. Контакт с клинком на секунду прервался — такие порезы, как правило, не имели смысла. Ведь воздух на то и воздух — щупальца нельзя разрушить или разделить на части, они вновь восстановятся.

Однако этот рубящий удар был такой силы, что сшивание сработало не сразу, поэтому меч остался без владельца. Ненадолго. Японец свободной рукой перехватил его, как юла провернулся для придания скорости, и кинул в моргнувшего Маркела!

Всё это за пару секунд, за мгновение. Ни один человеческий глаз не успеет уловить подобное. Однако, как уже упоминалось, призрачные руки имели частично свою волю, независимую от хозяина, и за это они просили платы — магической энергии.

Меч был отбит, но ценой целостности другого. Оба они повредились настолько, что ими нельзя было больше сражаться. По спине Маркела пробежал холодок. Впервые к нему закралось подозрение, что авантюра, в которую он радостно влез, обернётся неудачей. Нет, этого не может быть.

Он выпростал руки вверх, кидая своим слугам ещё два меча, и затем вытащил из ножен последний, а заодно их отсоединил, чтоб не мешались. От него потребуется сейчас максимальная сосредоточенность и подвижность. Кажется, перед ним реальный мастер, а не проезжий балабол.

За то небольшое время, пока они бились, японец выведал о нём много информации, а о себе практически ничего не «рассказал». Теперь тому достался ещё один кусочек пазла: Нобу узнал о независимости призрачных рук. Природа способностей странного мечника, так и осталась неразгаданной, что не могло не пугать.

«Он со мной играется?»

Да. Нобуёси прощупывал своего визави, испытывал на предмет нестандартных ситуаций. Когда-то воевода рода Дёминых объяснял ему, маленькому Маркелу, что в бою побеждают умом, осведомлённостью и во вторую очередь оружием и физическими качествами. Так вот, в текущей схватке накатило неприятное чувство, будто он детёныш, с которым играется взрослый отец в самом расцвете сил.

Как назло, в подтверждении этих слов, японец вдруг остановился, перестав действовать по старым правилам и выходя из роли жертвы. Умело возведëная фикция развеялась.

Маркел обрушил на него одновременные удары сверху, снизу, с боков. В такой ситуации надо чем-то жертвовать, всё не отобьёшь, человек не в состоянии расчленить своё внимание на столько кусочков. Кому, как ни ему, бывалому элементалисту это знать? Частью атак он даже не управлял — слуги сделали это сами, инстинктивно.

Но японец отбил. Все тринадцать выпадов были успешно отражены, но сам он при этом даже не сошёл с места!

«Да что за мракобесие⁈»

Уровень шума от зрителей после такой демонстрации силы заметно поугас. Если раньше его старые дружки что-то ободряюще кричали ему и поносили оппонента, кровожадно выкрикивая нечленораздельные звуки, то сейчас это были заинтересованные, чуть слышные обмены репликами. Обсуждали технику мастера, его навыки, поглядывали на мальчишку-барона.

Отражение тринадцатиклинковой атаки было актом доминирования. Насмешкой, направленной на Маркела. Ему ясно дали понять: всё, что ты видел до этого момента, не имеет значения. Давай, атакуй, покажи, на что ты ещё способен.

Нобуёси сделал шаг вперёд, и с этого момента он никуда не бегал. Японец приглашал оппонента прощупать свою оборону, а заодно медленно наступал.

Порхающий с нечеловеческой скоростью туда-сюда меч высекал искры, его перезвон от столкновений отдавался по всей арене, но при этом Маркел заметил, что мастер не позволял себе опрометчивых блоков. Он располагал клинок в такой плоскости, что тот получал меньше физического урона, что исключало быстрый износ лезвия.

Они поменялись ролями, если в первой половине поединка Нобуёси бегал от Дёмина, то теперь ощетинившаяся махина мечей отступала. Мастер как будто полностью разгадал его, понял, как победить, но не спешил этого делать, стараясь выжать из оппонента максимум. Это нанесло гордости Маркела ощутимый урон.

«Ты поплатишься за такое неуважение, баронская шавка!»

Он вложил меч в ножны и вернул себе в руки два других. Теперь у него пара свободных от оружия призрачных элементалей и они рванули к японцу. В отличие от физического оружия от них нельзя было так просто отделаться. Сто́ит схватить раз за одежду высокомерного мастера и тот не отвертится.

Надежда, что тот не заметит хитрости, разбилась в прах. Мало того что Нобу уклонился от загребущей ручонки, он с неожиданной силой вцепился в неё сам! Резкое движение левой рукой и японец оказался верхом на ветряном щупальце. Его ноги быстро ступали по уплотнённому материальному воздуху, как по мостику.

Мастер оставил позади все ветряные руки, и Маркел с ужасом осознал, что не успеет их вонзить в Нобу — он слишком быстро бежал. Дрянной японец скоро окажется рядом с ним и закончит бой!

Все вокруг затаили дыхание, думая, что мечник переиграл многорукого элементалиста, но тот достал пылившийся в рукаве козырь. Перепризыв.

Маркел не рискнул выборочно отсекать конечности, время шло на секунды, поэтому он лишился их всех разом. Оружие бездушно упало на пол арены, но зато из спины Дёмина снова выросли тринадцать послушных элементалей, готовых защищать собственного хозяина.

С помощью них, как заправский паук, Маркел уклонился и, повиснув в воздухе, засеменил по дуге. Его целью было вернуться к оброненным мечам, и он думал, что Нобуёси станет мешать, но японец положил лезвие своего меча на плечо и спокойно дождался, пока оппонент поднимет оружие.

Теперь никто из витязей не сомневался за кем здесь главенство, любопытно было другое — как именно мастер закончит свою партию. Будучи в меньшинстве, он играючи справлялся с целым арсеналом мечей. Наблюдать за уроком такого умелого фехтовальщика — истинное наслаждение, как оказаться за спиной художника-гения, рисующего свой шедевр.

Не единожды Маркел колотил присутствовавших здесь воинов, насмехался над ними, выставлял свою особенность за нечто недостижимое: сплав магии и воинского умения. Равного ему в «Жёлтом-70» так и не нашлось, кроме разве что боевых магов.