Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ) - Гераскина Екатерина

— В них можно организовать торговые ряды. Или построить подземные города, — вдруг раздался мягкий, спокойный женский голос.

Повисла пауза.

— Ассоль… как тебе такое вообще пришло в голову? — в голосе властного незнакомца скользнуло искреннее, неподдельное удивление. — Я вообще-то думал приказать их все засыпать от греха подальше.

— Ну зачем же? — резонно возразила Ассоль. — Те, которые в опасной близости от границ, конечно, стоит засыпать и убрать. А те, которые находятся в удачных, безопасных местах, можно было бы использовать под таверны, под те же самые рынки… Да мало ли под что еще можно приспособить готовые подземные залы!

Послышался звук глухого поцелуя.

— Досталось же мне истинное сокровище, кладезь новых идей, — с легкой, теплой усмешкой произнес мужчина. — Тогда и засыпать всё не придется. Почему бы, в принципе, и нет? Только вот мы еще не знаем, пусты ли эти Холмы и живы ли остальные фейри. Здесь написано, что это вовсе не добренький волшебный народ из сказок, а коварные, корыстные и местами абсолютно безжалостные создания. Вы только посмотрите, сколько видов этих фейри раньше существовало.

— Кристина принадлежала, скорее всего, к природным фейри, — тихо отозвался Кейган.

— Ну, эти были самые безобидные. Пожалуй, самыми опасными я бы назвал Кровавых фейри и Фейри Темного Двора, Неблагого дома. Еще бы понять что-то в этой их запутанной иерархии, — было слышно, как мужчина снова перелистывает старинную книгу.

— Может быть, Кристина уже и вовсе не фейри, — глухо проговорил лорд Блэквут.

Кровать мягко прогнулась под его весом. Я почувствовала, как его большие, горячие пальцы трепетно накрыли мою ладонь, переплетаясь с моими.

— Не знаю, — задумчиво ответил мужской голос. — Я тут пролистал картинки, конечно, по ним уже ничего толком не понять, книга слишком ветхая. Но что-то мне подсказывает, Кейган, что твоя Тьма саму её суть не уничтожила. В том смысле, что она осталась фейри, только вот… стала фейри другого вида. Здесь написано, что их можно было различить по цвету волос, но чаще — по цвету глаз.

— У нее были красивые зеленые глаза, — прошептал мой дракон.

— Ну что же, дождемся ее пробуждения.

Я снова почувствовала ласковое поглаживание по руке. С трудом, преодолевая свинцовую тяжесть в веках, я приоткрыла глаза. И первым, кого я увидела, был вовсе не Кейган.

Надо мной, пугающе близко, склонился незнакомый темноволосый мужчина с пронзительным, давящим взглядом. Вернее, незнакомым он показался мне лишь в самое первое мгновение. А потом я испуганно вжалась спиной в подушку, осознав, что на меня в упор смотрит сам император Эрэйн Норвелл!

Кейган мгновенно среагировал. Он мягко, но непреклонно потянул императора за плечо, отстраняя его, и уже сам навис надо мной, заслоняя собой от чужих взглядов.

Повисла звенящая тишина.

— Красные, — нарушил молчание император. — У нее красные глаза.

Он нервно усмехнулся.

— Ну, мне, конечно, крупно повезло. Получилась у нас кровавая фейри.

Казалось бы, эти слова должны были меня напугать, но разум всё еще цеплялся за остатки сна. А вот мое тело… мое обновленное тело проснулось.

Я почувствовала это внезапно. Сначала как легкий, ритмичный гул, а затем звук начал нарастать, пока в ушах не застучало с оглушительной ясностью. Я слышала ток крови. Отчетливо слышала, как густая, горячая кровь Кейгана с невероятной силой бежит под его кожей.

Меня захлестнуло пугающее, животное осознание: я могу управлять этой бурлящей рекой.

Мне казалось, что стоит мне только захотеть, и я смогу остановить этот поток. Или заставить его течь быстрее. Мои ноздри уловили солоноватый, металлический, сводящий с ума запах, от которого закружилась голова.

— Написано, что Кровавые фейри могли управлять чужой кровью, — донесся до меня голос императора, пока Кейган помогал мне приподняться на подушках. — То есть, одним лишь желанием они могли практически убить человека, заставив его истечь кровью изнутри.

Кейган осторожно погладил тыльной стороной ладони мою щеку, бережно заправил прядь волос мне за ухо. Я же была полностью поглощена звуком и запахом его крови.

Я медленно подняла руку, перехватила его широкое запястье и опустила завороженный взгляд на переплетение вен под его смуглой кожей. Их было много. Они пульсировали, и каждая из них словно звала меня, пела для меня свою собственную, темную песню.

— Кстати, а они не прочь были и крови выпить… — с любопытством уточнил Эрэйн Норвелл из-за спины Кейгана.

Мой истинный мгновенно напрягся. Его рука собственнически легла мне на талию, подтягивая к себе.

— Кристина не опасна, — жестко, отрезая любые сомнения, ответил мой дракон.

— А я и не говорю, что она опасна для нас, — усмехнулся император. — Я бы сказал, что теперь она — наше универсальное оружие. Но сначала клятва, что она не собирается причинить вред мне и моей семье. Сам понимаешь, меры обоснованные.

— Крис… — едва слышно, с затаенной тревогой прошептал Кейган, так ни разу и не посмотрев на правителя.

Его потемневший взгляд был прикован только ко мне. Он оставлял выбор за мной, не давя и не принуждая.

Я посмотрела в его бездонные глаза и медленно, но твердо качнула головой, отвечая на невысказанный вопрос. Конечно, я была готова принести клятву.

Пусть не сразу, но, вслушиваясь в этот пугающий, гипнотический зов чужой крови вокруг, я начала кристально ясно осознавать, какая именно власть и древняя магия теперь течет в моих собственных венах.

Я действительно могла быть смертельно опасна.

Император, обладая звериной проницательностью, безошибочно прочитал мое молчаливое согласие. Напряжение, висевшее в воздухе спальни, мгновенно рассеялось.

— А еще я просто безумный счастливчик! — вдруг искренне и раскатисто рассмеялся император, чем поверг меня в шок. Он отошел от моей кровати на пару шагов, с довольным видом складывая руки на груди. — Выпишу-ка я тебе премию, Кей. И дам медовый месяц. А может, даже два? Хотя может быть ты справишься и за выходные, м? Тогда и отпуска не надо.

Кейган тихо рассмеялся и покачал головой.

Я робко моргнула, глядя то на правителя, то на своего истинного. Властный монарх вел себя с лордом Блэквутом не просто как с подчиненным, а как с самым близким, проверенным другом. И этот странный шутливый подтекст никак не могла понять.

Но Кейган ответил:

— У меня ведьмы в тюрьме. Остатки ковена нужно допросить.

— Как только закончишь с ними, так сразу и выпишу, — понимающе кивнул правитель.

Только сейчас, когда напряжение немного спало, я отвела взгляд от императора и Кейгана и заметила сидящую в кресле молодую девушку. Мою ровесницу с копной роскошных огненно-рыжих волос и невероятно красивым, живым и заинтересованным лицом.

Она внимательно рассматривала меня и приветливо улыбалась. А поймав мой робкий взгляд, и вовсе открыто помахала мне рукой. Я неуверенно ответила ей тем же, хотя и была совершенно растеряна.

Неужели это… сама императрица?

А потом внутри меня что-то щелкнуло. Я инстинктивно повела носом по воздуху, втягивая запахи, и… перед глазами реальность вдруг неуловимо изменилась, обретая новые, пугающе четкие грани. Пространство прорезала осязаемая связь. Ярко-красная, пульсирующая в такт сердцебиению нить цвета свежей крови тянулась от могучего императора прямо к груди этой рыжеволосой девушки.

Слова сорвались с моих губ раньше, чем я успела их обдумать:

— Вы… истинные.

— Хм. Да, — Эрэйн Норвелл тут же подобрался, подался вперед и пытливо прищурился, глядя на меня. — Как узнала?

— По… вашей крови, — выдохнула я, всё еще завороженно глядя на эту сияющую алую нить, которая пела песню их абсолютной принадлежности друг другу.

— Так, так, так… — медленно протянул император, и они с Кейганом обменялись тяжелыми, многозначительными взглядами. Я испуганно замерла, не понимая, сделала ли я что-то не так. — И обряды у ведьм на крови ведь были. Хотя подобная магия как я знаю их книг им не подвластна. Те могут лишь оборачиваться и варить свои зелья. Интересно, конечно. Выходит, ты прямо видишь эти связи?