Хакер в другом мире: Революция (СИ) - Север Евгений

— У вас не военная база. При должном желании я и гаубицу мог притащить. Ну?

Старый профессор повторил движения своего оппонента и снял с шеи точно такой же ключ.

— Бросай.

Заполучив второй экземпляр, парень точно так же вставил и провернул железку в другом замке. Лампочка на панели перестала мигать и загорелась ровным зелёным светом.

— Может ты наконец просветишь меня? — обозначил наконец своё присутствие Артём.

— ПрофЭссор, объясни ему, — махнул рукой программист, колдующий над панелью.

Эйзенхауэр некоторое время глядел на Алекса, будто что-то просчитывая в голове, но после, видимо приняв некое решение, обернулся в сторону Шухова.

— Насколько хорошо вы разбираетесь в теории относительности, молодой человек?

— «Е» равно «эм» «цэ» квадрат, — проявил хакер величину своих познаний в обсуждаемом предмете.

— Понятно… что ж, тогда поясню как можно проще. Согласно физическим законам, пространство и время — едины. Их нельзя разделять, хотя на первый взгляд именно это и кажется самым логичным. Они не существуют друг без друга. Но время само по себе нелинейно. Неоднородно. Непостоянно. В это сложно поверить, но на орбите Земли время течёт несколько иначе, чем здесь — на поверхности. Даже система GPS учитывает эту разницу. То же самое происходит вблизи крупных, массивных объектов. Например возле Юпитера, ваши часы и часы человека на Земле будут показывать более серьёзную разницу. Наиболее интересным объектом для исследования являются чёрные дыры. Согласно всем расчётам, их масса настолько велика, что даже свет, попавший в них, уже никогда оттуда не выберется.

Старик поправил очки и продолжил:

— Это что касается сути времени. Теперь поведаю о ещё одном феномене: квантовой запутанности. Доподлинно известно, что самым быстрым веществом во вселенной является свет, и его скорость это постоянная величина. Её можно измерить. Нет ничего и никого быстрее света. Электромагнитный сигнал не сможет бесконечно быстро преодолеть расстояние между галактиками, для этого понадобятся миллионы лет. Однако, в этой красивой теории, полностью описываемой формулами, существует странная аномалия. Дело в том, что рожденные вместе частицы (например фотоны или электроны), являются «связанными» между собой. Если подобную пару разделить и отнести один на огромное расстояние от другого… допустим — сотни световых лет, эта странная связь не прерывается. И при изменении, например спина (вращение) одного из этих электронов — спин другого тут же изменится. Моментально. Вне зависимости от расстояния. Это невозможно. Нелогично. Невероятно. Но это происходит. Были опыты.

— Так, подожди, — хакер пытался уловить суть процесса, — ты говоришь, что их взаимодействие превышает скорость света?

— Да, — вклинился в диалог Килл, — это как бросать кости в разных концах вселенной, и на них одновременно будет выпадать одинаковое число. Всегда.

— Верно, — снова взял слово профессор. — Так вот мистер Кейн… который отец, предположил что время, пространство и квантовая запутанность могут быть звеньями одной цепи. Ибо, если глядеть на эти процессы по отдельности, то получается некий несуразный бред. Но если допустить, что сигнал от одной из связанных частиц идёт к другой через некое… иное измерение, невидимое нам, то всё становится просто, объяснимо и понятно.

— Короче, — снова подал голос инженер, — суть в том что мы крайне тупые и просто не можем представить то, что не видим и не способны измерить. Отец предполагал, что помимо известных нам четырёх измерений (три точки в пространстве плюс время), существует ещё бесконечное множество иных им подобных. И в этих других измерениях, то что выглядит для нас как аномалия и бред сумасшедшего, вполне логичный и закономерный итог. Может быть там, эти две частицы вообще являются одним целым. А нам они просто кажутся разными объектами.

— Простовато, но в общем — да, — подвёл итог Эйзенхауэр. — Чтобы это доказать, профессор Кейн и построил так называемую «Экспериментальную установку для генерации сверхсильного электромагнитного поля», или в простонародье «Резонатор». Суть в том, что это устройство, создавая невероятное давление на локальный участок пространства, должно было его неким образом исказить, тем самым проявив иное измерение.

— На нашем языке это означает мощный DDoS, при котором сервер, забаговавшись, выдаст свой исходный код, — любезно пояснил инженер. — Отец хотел взломать саму реальность.

— Однако, этот проект так и не был доведён до финала… — сложив руки на груди дополнил учёный.

— Почему? — уже заинтересованно спросил Артём.

— Видите ли, молодой человек, Кейн был весьма своеобразным учёным. Ради доказательства теории, он был готов пожертвовать не только собой, но и жизнями всего персонала комплекса, атомной станции и многими другими, если это потребуется. Согласно его расчётам, мощность, требуемая для подобного оказалась бы такой что…

— … расщепила бы человеческое тело на атомы, — закончил предложение Алекс. — Просто вы все оказались трусами, неспособными рискнуть собственными задницами. А так же невероятными завистниками. Как представили наверно, что в случае успеха вся слава достанется ему, так и написали кучу доносов, сместив моего отца с должности.

— Вы знаете лишь половину правды, — ответил на это Эйзенхауэр. — Ему бы никогда не удалось получить столько мощности в моменте. Магистраль бы просто не выдержала и расплавилась. Дело в том, что более точные расчёты проводились уже на этапе строительства резонатора и менять схему было поздно. Но ваш отец упрямо стоял на своём и решился проводить эксперимент во что бы то ни стало. Подвергнув опасности всех.

— … Я никак не могу понять, — задумчиво протянул Килл, глядя на один из мониторов, — почему ты так упорно считаешь, что отец не учёл возможную необходимость возрастания нагрузки в ходе эксперимента?

— Я видел проектные планы установки. На них была лишь одна магистраль от станции.

— Ты в курсе, что этот проект спонсировали военные США?

— Да.

— Тогда ты должен знать что эти персонажи очень любят играть в шпионские игры и подделывать документацию, чтобы в случае утечки, противник получил дезинформацию…

Вот тут лицо профЭссора и стало меняться. Шухов видел как Эйзенхауэр, выпучив глаза и вмиг растеряв весь самодовольный гонор, глядел на Кейна-младшего.

— Ч-что вы имеете в виду? — заикаясь, спросил старик.

— На самом деле линий запитки восемь, по две на каждый реактор АЭС. И то, что сотрудники станции отключили… было лишь резервом.

— Но вы ведь не станете…

— Стану. Ещё как стану. Свою мечту я исполнил. Теперь же, я хочу посмотреть, стоила ли эта проклятая теория трёх сломанных жизней. К стати…

… чё ты такой серьёзный?

Профессор поднял руки и расстегнул внезапно начавшую его душить, пуговицу на рубашке. Осмотрелся по сторонам, явно раздумывая как отсюда половчее свалить.

— Только дёрнись, — ствол пистолета снова смотрел на учёного. — Останешься здесь навсегда. А ты, — Килл повернулся к Артёму, — верь мне. Как я верю тебе. И возможно мы увидим то, что ещё никогда ранее не происходило на этой планете.

Два хакера сверлили друг друга взглядами. Умирать в лаборатории, из-за разборок прошлого, его не касающегося, Шухов не хотел. Но пистолет в руке его товарища явно намекал на невозможность побега. Свой парень не взял, резонно опасаясь тщательных проверок на КПП. И одному из лучших взломщиков не оставалось ничего другого как ответить:

— Ладно. Я с тобой.

— На том и порешили.

Килл щёлкнул неким тумблером на приборной панели и в помещении на английском прозвучал механический голос:

«Подача питания восстановлена»

Далее последовала целая серия подобных отчётов о ходе работы установки:

«Извлечение управляющих стержней из активной зоны реакторов»

«Подача напряжения на внешний контур обмоток»

«Запуск системы охлаждения»

На четырёх экранах мониторов отобразился процесс подъёма стержней с бором — веществом поглощающим нейтроны, тем самым замедляя ход ядерной реакции. С каждым удаляемым блоком где-то там, на АЭС, здесь в CERN всё отчётливее раздавался гул Резонатора. Странная машина вибрировала и дрожала, будто пытаясь сорваться с петель, что удерживали её в вертикальном положении.