Мастер Рун. Книга 6 (СИ) - Сластин Артем

Вот как это называла Гильдия. Пройди туда, принеси оттуда, не встревай в бои. Твоя работа — тащить мешки, а не махать копьём. И мы тащили. Потому что выбора не было. Потому что после той заварухи с пауками все понимали: крупные задания нам пока не светят. Капитан Шань молчал, принимал эти мелочи и распределял работу, не глядя никому в глаза.

Группы зачистки воевали с пауками, очищая одно гнездо за другим. И я проклял тот день, когда нас отправили к ним на разделку этих тварей. Пока охранники помогали убивать пауков, мы, вонючие, мокрые от их слизи, разбирали туши на запчасти, таская всё на базу. Ценный хитин, ценные глаза, внутренности, железы с ядом для алхимии — просто хренова гора ценного дерьма. А нам оставались крохи, которые никто не считал достойными внимания.

Одного раза хватило. Мы чуть ли не бунт устроили, когда нас туда отправили снова. В итоге послали другую группу. Но ядра вояки выдирали самостоятельно, не давая даже возможности заработать — это были их военные трофеи. А я ещё больше возненавидел свою слабость и, возвращаясь обратно, твёрдо решил сожрать и переработать ядро вепря. Нахрен всё.

Даже ядра пауков, которых мы убили в тот первый день, достались им. По закону Гильдии, как объяснил потом представитель, когда Шань попытался возмутиться: если группа не завершила зачистку самостоятельно и потребовала помощи, вся добыча переходит к спасателям. Логично, справедливо и абсолютно беспощадно. Мы рисковали жизнями, потеряли человека, а получили ноль. Потому что не смогли справиться сами.

Мы вышли из павильона, и свет ударил в глаза так ярко, что я зажмурился — за семь дней в полумраке Этажей отвык от нормального света. Город встретил нас своим обычным шумом, и всё это казалось нереальным, словно мы попали в другой мир. В первый раз было легче.

Никто не заговорил. Мы просто шли молча, чтобы вернуться домой и забыть об этой неделе, как о страшном сне. Здание Гильдии встретило нас той же прохладой и тишиной, что и всегда. Мы прошли внутрь, и Шань направился к стойке, где сидел всё тот же представитель, что и неделю назад — или другой, но очень похожий, в том же сером халате, с тем же равнодушным лицом. Он поднял голову, когда мы подошли, и кивнул, словно узнал.

Оказывается, выплаты в прошлый раз были в отдельном помещении, потому что мы сорвали неплохой куш. В этот раз всё было иначе. Шань что-то говорил, даже ругался, но в итоге махнул рукой и ушёл куда-то к другим гильдейским. А нас тупо вызывали по одному и выдавали деньги на руки.

Сорок серебряных. Я стоял и смотрел на эту цифру, записанную в журнале аккуратным почерком. В голове крутилась одна мысль. За неделю риска, за смерть Лу Фэна, за то, что мы таскали хлам и каждый день могли нарваться на смерть — нам платят сорок серебряных на нос. Это полная задница, мягко говоря.

— Компенсация за риск? — спросил Чжан Мин, и голос его звучал натянуто. — Нам обещали двадцать процентов за работу в опасной зоне.

— Компенсация была за зачистку западного сектора, которую вы не завершили, — ответил представитель, не поднимая головы. — Дальнейшие задачи классифицировались как низкорисковые, компенсация не предусмотрена. Если есть претензии, можете подать жалобу в администрацию. Рассмотрение займёт две недели.

— Забудь, — буркнул Го Хуа, дёргая Чжана за рукав. — Всё равно ничего не добьёшься, только время потратишь.

Сколько заработали охранники, я не знал. Но у них помимо обязательной охраны была куча других плюшек, так что недовольных я не видел. Чжан понял мой взгляд и мысль.

— Забей. У них отдельная такса за боевые, за дежурства и прочее. Уверен, они заработали больше, чем в прошлый раз. Я тебе точно говорю.

— Да, — вынужден был я с ним согласиться.

Вернулся Шань. Судя по всему, переговоры прошли не слишком удачно.

— Через неделю планирую новый набор носильщиков, — Шань говорил ровно, но я слышал напряжение за каждым словом. — Если кто хочет остаться, приходите в тот же день, в то же время. Если нет — удачи вам в других группах.

Никто не ответил. Сю Лань просто кивнула, ничего не выражая. И я тоже молчал. Не знал, что сказать. Решение ещё не созрело, оно крутилось где-то внутри, но не оформилось в слова. Нужно было время, чтобы всё обдумать.

— Тогда до встречи, — сказал Шань и развернулся, уходя к выходу. Охранники последовали за ним молча. Мы остались стоять в холле Гильдии.

— Ну что, — Чжан Мин первым нарушил молчание. — Это конец, да?

— Похоже на то, — ответил Го Хуа и криво усмехнулся. — Я точно не вернусь. Пойду к Ма Юню, как и планировал. Стабильность лучше, чем эти качели.

— Я тоже подумаю, — добавил Ли Вэ. — Может, вообще в охотники податься. В лесах хоть понятно, с кем дерёшься, а не эта хрень с механизмами и пауками.

— Каждому своё, — пожала плечами Сю Лань. — Я останусь. Мне капитан Шань подходит, несмотря ни на что.

Все посмотрели на неё с удивлением. Чжан Мин даже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но она отмахнулась.

— Не ваше дело, — отрезала она. — У меня свои причины.

— Ладно, — Чжан поднял руки в примирительном жесте. — Твоё право. А ты, Корвин, как?

Все посмотрели на меня. Я почувствовал, как сжимается что-то внутри. Не хотел отвечать на этот вопрос прямо сейчас, когда голова гудела от усталости, а мысли путались. Но молчать тоже было нельзя.

— Не знаю, — сказал я честно. — Нужно подумать. Неделя впереди, время есть.

— Ага, время есть, — кивнул Чжан Мин и тяжело вздохнул. — Слушайте, может, пойдем перекусим вместе? В таверне, выпьем, поговорим нормально, а не вот так, на ногах и в Гильдии?

— Зачем? — спросил Го Хуа. — Чтобы снова обсуждать, как нас кинули? Я лучше пойду спать.

— Не для этого, — Чжан покачал головой. — Просто чтобы… не знаю, попрощаться нормально, что ли. Мы неделю вместе торчали, Лу умер у нас на глазах. Просто разойтись вот так, молча, это как-то… неправильно.

Го Хуа помолчал, потом медленно кивнул.

— Ладно. В «Красный дракон», он на третьем ярусе, недалеко от рынка. Там дёшево и тихо. С утра тем более.

— Договорились, — Чжан посмотрел на остальных. — Кто ещё?

— Я, — сказал Ли Вэ.

— И я, — добавила Сю Лань.

— Корвин? — Чжан посмотрел на меня вопросительно.

Я подумал секунду и кивнул.

— Иду, — сказал я. Не был уверен, что это хорошая идея, но отказываться не хотелось. Чжан был прав: просто разойтись молча было неправильно. Мы хоть и не были друзьями, но какая-то связь за эти две недели появилась. Обрубать её вот так, резко, казалось неправильным. Я, конечно, был наслышан, что путь практика — путь одиночки, но как-то ещё не осознал это всем сердцем.

«Красный дракон» оказался именно таким заведением, какое я и ожидал, услышав слова «дёшево и тихо». Тавернами в Шэньлуне называли, по сути, любую забегаловку, где можно было сожрать горячей еды и выпить чего-то крепкого, не особо заботясь о качестве.

Мы спустились на третий ярус и прошли через рынок. Табличка над входом действительно изображала красного дракона, кривого и облезлого, словно её рисовал пьяный художник, забывший, как выглядят драконы, и нацарапавший что-то похожее на ящерицу с крыльями.

Я усмехнулся. Это было так по-местному, так честно — без прикрас и пафоса.

Внутри было вполне сносно, не отталкивающе, а скорее привычно. Зал полупустой. За одним столом двое мужиков средних лет играли в кости, за другим молодой парень дремал, уткнувшись лбом в столешницу. За стойкой стоял хозяин, толстый мужик с засаленным фартуком и добродушным лицом. Он кивнул нам приветливо.

— Проходите, садитесь где хотите. Что будете?

— Жаркое, — бросил Чжан Мин, выбирая стол в углу, подальше от остальных. — И вина, побольше.

— Сколько человек? — переспросил хозяин.

— Пятеро, — ответил Чжан и сел.

Мы последовали его примеру, устраиваясь на скамьях. Я почувствовал, как тело расслабляется: сидеть было гораздо приятнее, чем стоять или идти. Усталость накатила волной, тяжёлой и тёплой.