Хозяин леса (СИ) - Плотников Сергей Александрович

Я невольно ощутил в Глерви родственную душу.

Элсин покачал головой.

— Ладно, пойду все-таки проверю стариков. Объясняйтесь. Ройга, не знаю как, но тебе придется убедить Влада, что ты нас не выдашь. Или порежем тебя на кусочки, положим в ящик и отправим королевской почтой в Академию. Когда вскроют, тогда вскроют.

Глерви картинно надула губы — шикарные, между прочим, губы, покрытые блестящей алой помадой, которую она как-то умудрилась не смазать — и пожаловалась:

— А такой был милый мальчик! Но связался с дурной компанией — и где вся твоя вежливость?

— Не люблю, когда травят мою семью, — довольно холодно проговорил Элсин. — Или отправляют моего друга в вольер с воронами, где он медленно погибал от истощения! Вместо того, чтобы позволить ему спокойно жить в привычной клетке в привычном кабинете.

— Что⁈ — воскликнула Глерви. — Ты про этого красно-синего ублюдка? С чего ты взял⁈ Найни сказал, там ему лучше! Сказал, он стайная птица, ему нужна компания! И что я его слишком раскормила, пока он жил у меня, ему, мол, похудеть надо! Его служители должны были отдельно кормить!

— Вот как, — сказал Элсин.

— Да! Я его, между прочим, навещала каждый день! Печеньки контрабандой проносила!

К счастью, в этот момент попугай под непрерывным потоком Жизни, направленным на его голову, все-таки вышел из коматозного состояния и встрепенулся у меня в руках. Повертел головой — и, игнорируя Элсина, перепорхнул из моих рук прямо на плечо к Глерви, потерся головой о ее щеку.

— Ройга? Печенька? — льстивым тоном спросил попугай.

Элсин ощутимо расслабился. Покачал головой, полез было в карман, но вовремя вспомнил, что все печенье мы скормили его птицу во время внеплановых кормежек.

— Сейчас я все-таки на кухню, — сказал он. — И заодно что-нибудь вкусненькое…

Но Глерви уже вытащила из карманы галету и протянула попугаю. Тот благодарно клюнул сухое тесто.

Я мог только закрыться фейспалмом.

— Ну вот и твой поручитель, Глерви, — фыркнул я. — Ладно. Сейчас уберу огонь, но не пытайся бежать — сожгу. Спокойно садись в кресло — и давай поболтаем. В ногах правды нет.

— Смотря в чьих, — Глерви улыбнулась мне неожиданно соблазнительной улыбкой — и подмигнула.

Ого.

Это она что, тоже все еще помнит то предложение трехлетней давности — которое я очень хотел, но не смог принять?

Глерви сидела в кресле, потирая запястья, и многословно жаловалась на Элсина.

— Так жестоко дрался! Совсем не ожидала от него! Дважды чуть руку не оторвал!

— Ты меня реально пытаешься на жалость пробить? — усмехнулся я. — Ты же не чувствуешь боли!

— А вот и нет, — возразила Глерви. — Малыш Эл тебе разве не рассказывал? Большинство немертвых не отключает себе болевые рецепторы до конца — так можно какой-нибудь важной части тела лишиться и не заметить. Не говоря уже о том, что где боль, там и удовольствие… — она снова многозначительно мне улыбнулась.

— К удовольствию вернемся потом, — сказал я. — Или не вернемся. Давай по порядку. Как ты выследила Элсина и зачем?

— Ну, зачем — очевидно, — она приподняла брови. — Пришла навестить Печеньку перед занятиями, — она кивнула на попугая, все еще сидящего у нее на плече. — Его в вольере не оказалось. Я встревожилась. Спросила Найни. Он ничего не знал. Тогда я отменила пары и отправилась на поиски.

— Серьезно? — хмыкнул я. — Из-за попугая, который даже не твой?

— Интуиция, — пожала плечами Глерви. — Я сразу подумала: кому, кроме моей нежной фиалочки, была нужна эта птица? Да никому, даже Найни от этого баловня явно не в восторге. Мелькнула у меня мысль, что, может, Эл все-таки как-то сам из болота откопался. Решила, что хоть проверю.

— Если ты так переживала, то почему сама не попробовала его вытащить? — хмуро поинтересовался я.

— Эльфийские территории и тем более болота — не моя сильная сторона, — пожала она плечами. — Я ездила на фронтир, конечно, но в основном торговать с Метелицей вон, — она кивнула на лежащую на диванчике девушку, — или с другими добытчиками. Вот если бы Эл в городской сточной канаве утонул — другое дело… И потом, Найни заверил меня, что он берет сильный отряд. Я только месяц назад узнала, что он с одной этой девочкой, свежей выпускницей, ходил! Честно говоря, даже задумалась. То ли он придурок, то ли тайно Эла ненавидел?

Надо же, мысли у нас сходятся.

— И что решила в итоге? — спросил я.

— Пока расследую. Но я понимала, что по-любому уже поздно что-то предпринимать. Год прошел — никакого консерванта без подновлений не хватило бы. Печально, конечно. Но Эл не первый ученик, которого я теряю.

— Разве он твой ученик? Я думал, Трау — его наставник.

— Трау — его наставник. А под моим руководством он учился быть мужчиной… — Ройга хмыкнула. — В смысле, ловить бандитов. Ну, уж это он тебе рассказывал, вероятно.

Я кивнул. Рассказывал, хоть и скупо.

— Поэтому ты его называешь то малышом, то Элом, то нежной фиалочкой?

— Да, потому что это его бесит. Иногда, конечно, делаю исключение — когда у него тяжелый день, в основном… Хм. Я правильно понимаю, что он женился на Игнис Дагсен?

— Правильно.

— Ну и ну! — Глерви снова засмеялась. — Вот бы никогда не подумала! Хотя… — тут она задумалась. — На самом деле они неплохо друг другу подходят. Хотя так сразу и не скажешь. Она, конечно, не нежная фиалочка, но вполне себе… пряма, как тростник.

Я оставил это без комментариев. Сплетни — не самая сильная моя сторона, да и не хочу говорить в таких выражениях о друзьях. Но подумал, что в описании Глерви что-то есть. Хотя, конечно, Элсин, пробивающий кулаком потолок пещеры, в образе нежной фиалочки — это сильно.

— Ладно, не уводи в сторону, — сказал я. — В общем, ты проследила нас до города. Дальше что?

— Дальше я вас поймала на выходе из кабинета судьи Дагсена. Увидела с вами Игнис Дагсен. Я знаю, что она ученица мэтра Лири, который прошел порталом в Старшие миры лет пять назад. Я примерно проследила, что вы идете в ту сторону, и решила устроить вам засаду. Пробежала вперед по крышам, быстренько усыпила слуг — день сегодня жаркий, подумала, если вы не явитесь, они решат, что их просто сморило… Но я знала, что вы явитесь: нашла ваши вещи. Удивилась, что Эл живет в одной комнате с красоткой Дагсен. Сообразила, ради кого он себе такую шикарную мускулатуру пересадил — а то столько лет ходил тощий и страшный… Хотя, если спросишь меня, живому и мертвецу для сна лучше все-таки раздельными кроватями пользоваться. Практичнее.

— Это ты им советуй, — сказал я. — Не мне.

— А вдруг и тебе пригодится? — многозначительно протянула Глерви. — Так вот, твои вещи я тоже нашла. Под капюшоном я тебя не сразу узнала, увы, теряю хватку. Впрочем, я глядела на вас издалека, боялась, как бы Элсин меня не заметил. Но узнала почерк в твоих записках.

— Если ты догадалась, что я — это я, то почему стала травить? — уточнил я. — Не возникло у тебя опасения, что я немертвый и на яд не отреагирую?

— Я видела, как вы с Метелицей на пару трескали печеньки по дороге, — пожала плечами Ройга. — Некромант может есть для маскировки, но… — она поморщилась.

Да уж, «но». Потом желудок промывать замучаешься. Элсин мне рассказывал, что он так маскировался от людей Метелицы, когда ходил с нею в первый поход — это когда она в него влюбилась. Среди добытчиков считается дурной приметой вести с собой немертвого некроманта, мол, тогда, кроме него, никто и не вернется. Ел он по минимуму и не каждый день, отводя подозрения всякими ухищрениями. А потом уходил подальше проблеваться.

— Нет, оставался шанс, что ты только мозг убил, а тело оставил, но без помощи другого некроманта это невозможно корректно проделать. Я поспорила сама с собой на гривенник, что ты не для того от нас сбегал. Как видишь, выиграла… — она хмыкнула и продолжила: — Но, вообще-то, я очень удивилась. И, честно сказать, испугалась. Решила, что если Элсин до сих пор тебя не сдал, значит, такой законопослушный некромант, как он, точно попал под чужое влияние! И не в обычном бытовом смысле, а в самом что ни на есть мрачном.