Проданная его светлости (СИ) - Голден Лиззи

Люди в красивых камзолах, платьях, пришедшие на свадьбу, лежат то там, то тут. Не шевелятся.

А по воздуху бреют бездонники, меняя форму и заполоняя все густым смрадным дымом.

— Фабиан! — вскрикиваю, пытаясь его разглядеть в дыму и тут же натыкаюсь на что-то, чуть не падаю...

Отец.

— Папа… — опускаюсь на колени. Его камзол разорван. В прорехах видно мертвенно бледное тело с черными прожилками, которые ползут в шее и скоро покроют его всего…

— Ничего, папочка, я сейчас… — меня всю колотит. Мой дар… во мне есть дар. Я способна его исцелить!

— Рианна… — слышу слабое. — Не надо. Уходи, пока не поздно.

— Я не оставлю тебя! — всхлипываю и смотрю на руки. Зажмуриваюсь, представляя прабабушку Таис. Во мне ее дар. Ну же, проснись! Я знаю, ты есть… ты мне так нужен сейчас…

— Сейчас, я должна достать рецепт, — нервно дергаю кулон, но отец, напрягая последние силы, протягивает ко мне руку.

— Оставь кулон, — хрипит он. — Это ничего не даст…

Дергаю головой, не желая ничего слышать. Рецепт. Я должна приготовить эликсир. Моей магии недостаточно. Да и вообще она не нужна. Но как выбраться отсюда, когда на каждой из дверей повис бездонник, чтобы никого больше не выпустить?

— Мари… — хрипит отец. — Забудь о кулоне… ты больше… больше этой бумажки... Твой дар…

Он не успевает договорить. Его глаза закатываются, и его тело начинает быстро трансформироваться. В еще одного бездонника.

С беззвучным вскриком вскакиваю. Отбегаю. Натыкаюсь на еще одного умирающего, падаю. Не хочу… не хочу верить в то, что это правда. В то, какой трагедией обернулась для всех моя свадьба.

Слева от меня — ожесточенная битва. Фабиан. Он не сдается, хотя заметно устал — вижу по его движениям.

Собрав силу волю в кулак, встаю. Потому что нужна тем, кто еще жив.

Миг — тот, кого я люблю больше жизни, падает. Бездонник набрасывается на него, вонзает клыки в предплечье…

— Фабиан!!!

Кажется, даже стекла зазвенели от моего крика. Бегу, спешу, но… из тьмы выходит темный маг, преграждая дорогу.

Злость, безудержная, яростная охватывает меня всю. Бросаю в него огненные сгустки один за другим, но тот гасит их, почти не шевелясь.

— Не трать силы, детка, — слышу его голос. — Они тебе еще понадобятся.

— Я тебе не детка, мерзкий упырь! — создаю меч и наступаю на него. Что-то мне подсказывает, что если разделаюсь с темным магом, бездонники сами собой исчезнут. Ведь они повинуются ему.

— Ну-ну, может, ты мне скажешь, где ваша семейная реликвия? — поигрывает он настоящим мечом и медленно подходит. — Я отпущу тебя и даже милостиво дарую жизнь. Как тебе сделка?

Медальон… стараюсь о нем не думать. Ведь других реликвий нет. А рецепт в руках темного мага превратится в жуткое оружие. Бездонники заполонят Элиндор, и всему королевству придет конец…

— Не знаю, о чем ты говоришь! — цежу сквозь зубы, выискивая слабые места, но их, кажется, просто нет…

— А если так? — Он оборачивается, прищелкивает пальцами — и два бездонника направляются в сторону лежащего без сознания Фабиана.

— Фабиан! — кричу. Чтобы он проснулся. Чтобы сделал что-то… В отчаянии шагаю вперед и вонзаю магический меч в предплечье темного мага.

Тот вздрагивает, отшатывается. От него валит густой дым.

— Ты сама напросилась, тварь! — страшным шепотом произносит он и… бросает мне в лицо какой-то порошок.

Закашливаюсь. А потом… все меркнет. Последнее, что слышу хриплым шепотом: «Рианна…»

Так называл меня только один человек. Фабиан.

64 глава

Я настоящая выхожу из своего бессознательного тела и какое-то время ничего не вижу. А потом… декорации меняются.

Дикая природа, ущелья, высокая гора… Принц Самвел — а это он — тащит на себе нечто завернутое в его черную мантию. Впрочем, из-под нее выглядывает белое подвенечное платье… так что можно догадаться, кто это.

— Кожа да кости, а в гору не затащишь, — пыхтит он сердито, но тут же его лицо расплывается в недоброй улыбке. — Зато я получил что хотел, детка, даже без твоей помощи. Грош тебе цена, целительница недоделанная. Сам без тебя справлюсь. Не захотела помогать — ну и подохни здесь, как собака.

Он подходит к краю обрыва, разворачивает мантию и сбрасывает оттуда… меня.

Мое тело катится вниз, ударяется о камни, а потом останавливается, застряв между кустарниками. Одна рука неестественно вывернута. Лицо бледно.

— Тьфу! — сплевывает вслед принц и уходит.

А я зависаю между горой и бездной, глядя на свое тело. Но… что это? Оно будто светится. Потом свет погасает. Я делаю вздох. Еще один. Приоткрываю глаза и… снова закрываю.

— Надо же, такая молоденькая, а уже кому-то дорогу перешла, — сетует кто-то. Туман рассеивается, и я вижу троих мужиков над обрывом. Один спустился на веревках и поднимается вместе… с моим телом. Те двое помогают ему, подтягивают веревки и вот, он вместе со мной уже наверху.

— Кто-то позавидовал, небось, и решил избавиться… бедняжка, — чешет затылок один из мужиков, похожий на рыбака.

— Надобно похоронить по человечески, — говорит второй.

— Эй, кажется, она еще дышит! — говорит третий.

Вижу, как двое из них заворачивают меня в какое-то тряпье и несут туда, где виднеются приземистые домики селян.

Меня выбрасывает из прошлого теперь уже окончательно. Снова вокруг непроглядная желтая пустыня с «перекати-поле» в виде дымных сгустков. Песок то и дело вздымается, заслоняя вид. Бреду, неизвестно куда и неизвестно зачем. Как будто из бездонника есть выход.

А может… есть?

Не слышала еще, чтобы кто-то забирался к нему в живот, просматривал свое прошлое и разгуливал, разглядывая мрачные пейзажи. Об этом не было в той книге. И отец об этом вряд ли знал.

А знал ли Фабиан?

Маленькая скрюченная фигура, темнеющая вдали, заставляет меня ускорить шаг. Бегу, но по песку невозможно быстро переставлять ноги. Они то и дело вязнут. Но главное — иду. И я жива.

— Фабиан! — зову, но голос снова тонет в песках и глушится сразу же. Словно в этом месте не положено издавать громкие звуки.

Да, это он. Узнаю по прическе. Волосы треплет ветер. Он сидит на земле ко мне спиной, обхватив себя руками за колени. Двумя… руками.

Кисти его рук стали одинаково бледными с черными прожилками. Но он их словно чувствует. Впрочем, хорошего мало. Надо действовать быстро, пока не поздно.

— Ты мне кое-что задолжал, Фабиан, — медленно подхожу к нему. Тот вздрагивает, но не оборачивается.

— Слышишь меня? — повышаю голос. — Нечего делать вид, что меня тут нет.

Тот горько усмехается. О, он в таком положении еще может смеяться! Значит, не все потеряно.

— Я переписал на тебя замок и загородное имение, куда ты тотчас отправишься, — говорит он хрипло, не оборачиваясь. — Все, что в них — золото, сбережения, акции — принадлежит тебе. Ты можешь купить все, что пожелаешь…

— Нет, то, что ты мне задолжал, я хочу прямо сейчас, — настаиваю почти капризно. — И я никуда не уйду, пока не получу желаемое.

— Что именно? — Тот слегка разворачивается, из-за чего вижу его бледный профиль с черными прожилками, достигшими лица.

— Разрешение тебя исцелить.

Тот молча мотает головой.

— Кольцо еще на тебе? Воспользуйся порталом. Ты сможешь отсюда выбраться только таким путем.

— С удовольствием. Но только с тобой.

— Это невозможно.

— Ты издеваешься? — топаю ногой, но на песке топать глупо, ведь ничего не слышно. — Мы поженились дважды, слышишь? И теперь даже бездонник не может нас разлучить!

65 глава

Фабиан медленно поворачивается ко мне. Закусываю губу от того, как больно на него смотреть. Он почти поглощен проклятием. Долго же боролся. И теперь, внутри бездонника, все еще борется, не сдался окончательно.

— Как это возможно? — шепчет он так хрипло и прерывисто, что мне хочется его обнять, прижать к себе и… исцелить даже без его согласия. Хотя, конечно, так не получится.