Попаданец в Великана (СИ) - "Redborn"

— А если вы решите сами разорвать договор?

— Выведем через грузовые ворота и вернём залог, как договаривались, — ответил Гервин.

Я взял лист. Читать я по-прежнему не умел. Лотар, заметив это, уже открыл рот, но я протянул договор Гервину.

— Прочитай вслух. Полностью.

Казначей недовольно поджал губы. Заместитель прочитал. На этот раз никто не пытался незаметно заменить срок или добавить неучтенное условие. Потом текст повторили для Игоря. Брат слушал, глядя не на бумагу, а на Бранта.

— Если Борг нарушит приказ, меня тоже выгонят? — спросил он.

— Только если поможешь ему или откажешься выполнять свой договор, — ответил командир. — Вы братья, но нанимаю я двоих, а не одно существо с четырьмя руками.

Игор задумался, затем протянул большой палец и воткнул его в чернильницу, забрызгав куртку казначея. Последний ругнулся, но остальных это только позабавило.

Мы оставили отпечатки рядом с печатью Чёрной ладони и на этом официальный найм был завершен. Когда бумаги унесли, Вейл подошёл и встал достаточно близко, чтобы не орать во все горло.

— Ну что бойцы, теперь я займусь вами по полной. — оскалился он.

Кажется он не забыл моей шутки про шлем.

Лараниэль узнала о прибытии выжившего охотника раньше, чем поднялся из лечебницы. Ей не позволяли покидать восточное крыло поместья без сопровождения, но запертые двери не делали слуг безмолвными. От служанки Лараниэль узнала, что Кэлион не вернулся и вместе с ним погибли трое старших охотников.

Она сидела у окна с раскрытой книгой. За пару часов страница так и не перевернулась. Строчки расплывались перед глазами, превращаясь в тонкие чёрные полосы. Стоило моргнуть, и вместо них появлялось багровое пламя на собственной ладони. Оно ползло по ауре, вытягивало силу и оставляло после себя пустоту, в которой не отзывался источник. Борг выбрался. Мысль должна была обрадовать: её трофеи не погибли, а доказали свою ценность. Вместо этого Лараниэль снова и снова считала потери. Мастер Кэлион, трое старших охотников. Серьезные потери для эльфов, которые крайне болезненно относились к смерти сородичей, тем более тех, на обучение которых ушли десятилетия. Если Саэрон узнает, что она видела магию Борга раньше и не предупредила об этом… Ужасные мысли лезли ей в голову. Как она могла так просчитаться? Но ведь Борг просто не мог создать заклинание под болью от метки, это просто невозможно для только начинающего мага!

Дверь открылась без стука. Саэрон вошёл один, даже не произнеся приветствия. Магистр положил поверх книги два почерневших обломка, которые охотник подобрал на стоянке после ухода великанов. В одном ещё угадывалась оправа управляющего камня. Лараниэль убрала задрожавшие руки под стол. Пальцы стиснули ткань платья.

— Кэлион и трое старших охотников мертвы, — сказал магистр. — Их убил один из великанов. Тот самый, которого вы велели не недооценивать.

В его голосе не было скорби. Он смотрел на неё так же внимательно, как на обломки браслетов, и Лара не могла понять, что уже успел рассказать охотник. В этом взгляде она больше не видела почтения к дочери главы, которую требовалось вернуть домой. Саэрон оценивал ещё одного участника случившегося, чьи прежние слова приходилось проверять заново.

— Как это произошло? — спросила Лара. Голос прозвучал ровнее, чем она ожидала.

— Заклинание великана прошло по управляющей связи между его печатью и браслетом. Оно уничтожило защиту Кэлиона и все активные артефакты. После этого великан, используя магию, убил остальных охотников.

Саэрон не отводил взгляда от её лица, говоря все это.

— Почему вы не рассказали, что он владеет огненной магией?

Огненной? Он что, не догадался об истинной природе магии Борга? Или же выживший охотник все напутал? Лара заставила себя посмотреть в лицо магистру.

— Потому что я этого не знала. В лесах он не применял ничего подобного. Он был сильнее обычного молодого Краав’гар и лучше владел яростью. Я уже говорила об этом.

Внутри всё сжалось в ожидании следующего вопроса. Это была грубейшая ложь. Она прекрасно видела, что великан учится, что его кровавая магия крайне опасна, даже в таком зачаточном состоянии. Если сказать об этом сейчас, ей точно конец. Лараниэль стало дурно от одной мысли о том, что может с ней сделать отец за такую провинность.

— Ваша родовая метка была уничтожена похожим воздействием, — произнёс Саэрон.

Лара разжала пальцы и разгладила смятую ткань под столом.

— Да, как и говорила ранее, это сделал старый великан, что уничтожил первый отряд.

Лараниэль кашлянула и потянулась к чаше. Та оказалась пустой. Саэрон махнул пальцами и в чаше материализовалась кристально прозрачная жидкость.

— Перед отправкой вы предупредили, что великан наблюдает и учится. — вкрадчиво уточнил Саэрон. — Чему он учился?

— Он обучался языку.

— Вы учили его? — резко спросил магистр.

— Нет! Он все время разговаривал с человеком, что был частью отряда.

Саэрон продолжал вглядываться в лицо молодой эльфийки. Она так и не поняла, поверил он или просто решил отложить разговор. Маг дошёл до двери, но остановился, не касаясь ручки.

— Если выяснится, что вы знали больше, в мой доклад вашему отцу я впишу еще одно имя. Постарайтесь вспомнить всё до возвращения поискового отряда.

Дверь закрылась. Лараниэль ещё несколько мгновений смотрела на место, где лежали браслеты. Потом вскочила так резко, что коленом ударила стол. Чаша опрокинулась и покатилась по ковру, расплескивая воду. Нужно было срочно решить, что делать. Она подошла к окну. Внизу возле конюшни уже собирались гварейцы. Слуги выводили для них осёдланных лошадей. Магистр не терял времени и уже отдал приказ о формировании отряда.

Борг собирался в Райс. Он говорил об этом ещё у Кровавой реки. Туда же Рон должен был перевезти свою семью. Лараниэль могла назвать город сейчас — и тогда Саэрон прежде всего найдёт Рона. Охотник расскажет все, что знает, в том числе и о ее уроках магии. После этого что-либо отрицать будет бессмысленно. Она прижала ладонь к холодному стеклу. Остановить людей Саэрона она не могла. Оставалось хотя бы следить за единственным местом, где Борг мог снова показаться, и узнать об этом раньше, чем магистр доберётся до великанов или охотника.

Лараниэль дождалась вечерней смены у дверей и вызвала служанку, сопровождавшую её ещё до побега. Та вошла с бельем в руках, не поднимая глаз на хозяйку.

— У торгового дома Элмара остался мой личный счёт? — спросила Лараниэль.

Служанка на мгновение замерла, затем принялась складывать бельё в сундук.

— Его не закрывали, госпожа.

Лараниэль вырвала из писчей книги пустой лист, написала несколько строк и перечитала.

“Найти в Райсе охотника Рона, недавно приехавшего с отцом и сестрой. Установить, где живёт семья. Не приближаться и не задавать вопросов.

Также сообщить любую информацию о Краав’гар, что есть или появятся в городе.”

— Передашь через купеческую почту, — сказала Лараниэль. — Без моей печати.

Служанка прочитала записку один раз, сложила в узкую полоску и убрала в потайной карман подкладки. Даже если письмо найдут, в нём не было имени Лары. Служанка ушла вместе с бельём. Лараниэль закрыла книгу на прежней странице и села у окна. По белой дороге за стенами поместья уже скакали всадники поискового отряда.

Глава 22 (1 часть)

Вейл занялся нами уже следующим утром.

Солнце едва успело показаться над крышами, когда десятник прошёл по двору, молотя палкой по колёсам повозок и дверям казарм. Люди выползали наружу, затягивая пояса и на ходу набрасывая рубахи. Кто-то не успел убрать ноги с прохода и получил палкой по сапогу.

— Подъём, ублюдки! Кто через сотню ударов сердца не встанет в строй, будет весь день носить навоз из соседнего двора. Руками. Лопат нынче дефицит.