Убийца архимагов (СИ) - Мазуров Дмитрий

— Значит, нужно найти другой способ, — Альдрик начал мерить кабинет шагами, и его мана пульсировала в такт его шагам — тяжёлая, грубая, почти неконтролируемая. — Мы должны выманить его. Заставить его показать лицо. Или уничтожить его через тех, кто ему дорог.

— У него нет тех, кто ему дорог, — покачал головой Вэнс. — По крайней мере, мы не смогли их найти. Его Гильдия — это не семья. Это инструмент. Он использует людей так же, как используем их мы. И так же, как мы, он не привязывается к ним. Можно было бы уничтожить этот инструмент… Но этого мы тоже не можем сделать. Ведь мы не знаем, кто именно входит в Гильдию. У них информаторы повсюду…

— Тогда что нам делать? — Альдрик остановился и посмотрел на архимага в упор. — Просто сидеть и ждать, пока он уничтожит всех моих союзников? Пока он приведёт Каспара к трону?

Вэнс отставил бокал в сторону и поднялся из кресла. Его движения были плавными, почти текучими, как у человека, который привык, что мир вращается вокруг него. Он подошёл к окну и посмотрел на город.

— Мы не будем ждать, — сказал он, и в его голосе появилась сталь. — Мы будем действовать. Но не так, как ты предлагаешь. Прямая атака — это не выход. Паук слишком умён для этого. Он ожидает её. И он готов к ней. Мы должны ударить там, где он не ожидает. Мы должны найти его слабое место. И уничтожить его.

— И где же его слабое место? — спросил Альдрик, и в его голосе послышалось нетерпение.

— Я не знаю, — честно ответил Вэнс. — Но я найду. Я уже начал поиски. У меня есть свои источники. Они не так быстры, как Гильдия Паука, но они надёжны. Рано или поздно я найду то, что мне нужно. А до тех пор — мы должны сделать так, чтобы твой брат не получил больше союзников.

— Как?

— Устранить тех, кто колеблется, — ответил Вэнс, и его губы тронула тонкая улыбка. — Тех, кто ещё не решил, на чью сторону встать. Если мы покажем им, что поддержка Каспара — это смертный приговор, они отступят. И твой брат останется один.

Альдрик задумался. Его лицо всё ещё было напряжённым, но в глазах появилась решимость.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Делай, что нужно. Но помни — я не буду ждать вечно. Если Паук не будет уничтожен в ближайшее время, я приму меры сам. И тогда ты можешь оказаться в числе тех, кто пострадает от этих мер.

— Я понимаю, — Вэнс сделал вид, что поверил собеседнику. — Я не подведу.

Он вышел из кабинета, оставляя Альдрика одного. Принц стоял у окна, глядя на город, который скоро должен был стать его. Но в этот момент он чувствовал не уверенность, а страх. Кто-то играл в его игру. И играл лучше, чем он сам.

Альдрик подошёл к столу и налил себе вина. Рука дрожала, и часть жидкости пролилась на полированную поверхность. Он выпил залпом, даже не почувствовав вкуса. Мысли путались. Он привык, что всё идёт по плану. Он привык, что враги боятся его, что союзники верны ему, что будущее предопределено. Но теперь всё менялось. Кто-то невидимый разрушал то, что он строил годами. И этот кто-то был не просто врагом — он был угрозой всему, ради чего Альдрик жил.

— Каспар, — прошептал он, и в его голосе послышалась горечь. — Ты всегда был проблемой. С самого детства. Слишком умный. Слишком амбициозный. Отец всегда говорил, что ты опасен. Я не верил. Думал, что ты просто ребёнок, который играет во взрослые игры. Но ты вырос. И нашёл себе союзника. Опасного союзника.

Он поставил бокал на стол и подошёл к карте Империи, которая висела на стене. Его глаза скользили по знакомым очертаниям, по границам, по городам. Всё это скоро будет его. Всё это принадлежит ему по праву. Но чтобы получить это, ему придётся устранить брата. И того, кто стоит за ним.

— Я не проиграю, — сказал он, и его голос был твёрдым. — Я никогда не проигрываю. И ты, Паук, узнаешь это на своей шкуре. Кем бы ты ни был. Я уничтожу тебя. И всех, кто встанет у меня на пути.

Он отвернулся от карты и направился к двери. Ему нужно было поговорить с людьми. С теми, кто ещё остался верен ему. С теми, кто не перешёл на сторону брата. Ему нужно было убедиться, что они не предадут. Что они останутся с ним до конца. Потому что теперь каждый союзник был на вес золота. И каждый враг мог стать последней каплей.

Днём позже.

Резервный особняк принца Каспара.

В другом конце столицы, в доме, который внешне ничем не отличался от десятков других особняков, в кабинете на втором этаже сидели двое. Принц Каспар и его доверенный помощник — человек, которого он знал с детства и которому доверял больше, чем кому-либо ещё. Его звали Дамиан, и он был единственным, кто знал все планы принца.

Кабинет был обставлен скромно, Каспар не любил показной роскоши. Простой деревянный стол, несколько кресел, карта столицы на стене и графин с водой. На столе лежали бумаги: донесения, списки, планы. Каспар сидел в кресле, читая одно из писем, и на его лице было задумчивое выражение.

— Он сделал это снова, — сказал Дамиан, входя в кабинет и закрывая за собой дверь. — Ещё трое перешли на нашу сторону. Это уже пятнадцать за последние две недели.

Каспар поднял голову, и в его глазах мелькнула улыбка.

— Паук не теряет времени, — сказал он, откладывая письмо в сторону. — Он действует быстрее, чем я ожидал. И эффективнее. Я знал, что он опасен, но не думал, что настолько.

— Это хорошо или плохо? — спросил Дамиан, садясь напротив. — Я имею в виду, ты уверен, что он на нашей стороне? Что он не использует нас для своих целей?

Каспар задумался. Он был молод, но за его плечами уже был опыт, который делал его старше. Он знал, что в политике нет друзей, есть только союзники. И он знал, что Паук — не тот человек, который делает что-то просто так.

— Разумеется, нет! У него явно есть свои интересы, — честно ответил он. — Но это нормально. Мы все используем друг друга ради своей выгоды. И это делает его нашим союзником, по крайней мере, пока.

— А что, если он решит, что мы больше не нужны? — спросил Дамиан, и в его голосе послышалась тревога. — Что, если он решит, что может действовать сам?

— Пфф… — засмеялся Каспар. — Он же не идиот и так не сглупит. Сам сесть на трон он не сможет никогда. Ни при каких обстоятельствах. И тут ему нужен я. Так что он будет держаться за меня до последнего.

— А если наследный принц его всё же перекупит? — прямо спросил Дамиан.

Каспар молчал несколько секунд. Он смотрел на карту столицы, и его мысли были далеко. Он вспоминал первую встречу с Пауком, как тот говорил, как смотрел, как держался. В нём не было подобострастия, которое Каспар привык видеть у аристократов. Не было и высокомерия, которое он видел у магов. Только спокойная уверенность человека, который знает себе цену.

— Я доверяю ему настолько, насколько можно доверять человеку, который носит маску, — ответил Каспар наконец. — Он не предаст, пока это не станет выгодным. И он не станет предавать, пока мы остаёмся полезными. Это не доверие. Это расчёт. И я предпочитаю расчёт. А брат его уже не простит, после того что тот сделал для меня.

— Разумно, — кивнул Дамиан. — Но есть ещё и Вэнс. Что, если он предложит ему что-то большее? Всё же архимаг…

— Вэнс не может предложить ему то, что могу предложить я, — ответил Каспар, и в его голосе появилась сталь. — Он может дать ему деньги, защиту, покровительство. Но он не может дать ему то, что дам я — признание. Официальное признание Гильдии. Место при дворе. Влияние, которое не нужно прятать. Паук не дурак. Он понимает разницу.

— Ты говоришь так, будто восхищаешься им, — заметил Дамиан.

— Восхищаюсь? — Каспар усмехнулся. — Может быть. Он — один из немногих людей, которых я встречал, кто не боится играть в эту игру. Он не прячется за титулами и родословными. Он просто делает то, что нужно. И делает это хорошо. Это заслуживает уважения.

— Но ты не доверяешь ему, — настаивал Дамиан.

— Я не доверяю никому, — ответил Каспар, и его голос стал холодным. — Даже тебе. Полностью. Но это не значит, что я не ценю вашу помощь. Это значит, что я не позволю эмоциям взять верх над разумом. Я — будущий император. И я не могу позволить себе слабость.