Водяной 3 (СИ) - Паули Константин

Послышались шаги. Руслан довольно быстро начал подниматься, однако увидев, что на первом этаже сидит Василиса, замедлил шаг и скорчил недовольное лицо.

— Привет, Василиса, — буркнул он, останавливаясь на середине комнаты. Перевёл взгляд на неё, потом на меня. — Мне кажется, ты смотришь на меня с подозрением.

Василиса сидела, скрестив руки на груди.

— Руслан, — я постучал пальцем по столу, привлекая внимание. — А как у тебя в школе, с таким упражнением, как метание гранаты, обстояло дело?

Руслан искренне удивился этому вопросу.

— Чего это ты вдруг вспомнил? — он почесал затылок. — Дефицит тем для разговора? Ты бы ещё про скворечники на уроках труда вспомнил⁈ Если подумать, то хреново у меня было с метанием. Прямо скажем, танк я могу подорвать, только если весь под него прыгну. Вместе с гранатой.

— Ладно, это всё мелочи, — отмахнулся я. — Главное — намерение, а не точность.

Я подвинул к себе лист бумаги и ручку, чувствуя себя генералом-тактиком перед решающей битвой, у которого из армии — только толпа бывших каторжан.

Ручкой я стал чертить схему опорника. Получалось не очень. Художник из меня от слова «худо».

— Руслан, присядь, пожалуйста… С чего бы начать… Я прошу тебя о помощи.

— Ну, я — без проблем, Вадим. Ты меня приютил, столько всего для меня сделал, — говоря это, Руслан бросил на Василису подозрительный взгляд.

— Ты не спеши. Речь не идёт о том, чтобы с котиком посидеть или там, фикусы полить, пока я буду в отпуске. Вопрос серьёзный. Для понимания расскажу тебе, кто такие фанатики.

Руслан вздрогнул:

— Не надо. Мне Кузьма уже в красках их расписал. Сэкономь время, давай к сути.

— К сути? В посёлке завёлся фанатик, его поймала полиция, но за мелкий поджог. По некоторым причинам нам надо, чтобы он сбежал.

— Вы ему помогаете? — нахмурился Руслан.

— Наоборот. Грубо говоря, мы его подставляем.

— Это звучит намного лучше, — обрадовался оборотень. — А в целом? Что почём? Расскажете, кто из себя этот фанатик, в двух словах. Что за ситуация с ним?

— Нет, — нахмурилась Василиса. — Я тебе не доверяю. Мы не можем рассказать тебе всю историю, в целом.

Руслан отзеркалил её жесты и тоже сел, скрестив руки.

— Вот когда ты об этом говоришь, Василиса, звучит обидно. Типа, я должен заслужить доверие.

— Руслан, ты не должен ничего заслуживать, — попытался проявить дипломатический талант я.

— Да ладно, ладно. Сделаю это ради тебя, Вадим, — Руслан повернулся к Василисе и показал ей язык.

Это было так неожиданно, что у Василисы расширились глаза.

— Короче, господа присяжные заседатели, — провозгласил я, подвигая вперёд рисунок. — План у меня такой…

Дверь опорника с грохотом распахнулась, будто её ударили ногой.

Василиса втолкнула внутрь помещения Руслана с такой силой, что тот чуть не упал на колени. У него был подбит глаз, причём синяк уже начал наливаться, но парень ухмылялся, как будто только что выиграл в покер.

Позади них оставалась открытая дверь, и через неё, медленно, осторожно и незаметно, вдоль пола — левитировала камера наблюдения, автономная камера наблюдения, которую я «нёс» при помощи капель, скрывая свои манипуляции за спинами своих товарищей.

— Иди давай, нарколыга, — бросила Василиса недовольным голосом, причём говорила она эти слова искренне, вкладывая в него всю накопившуюся неприязнь к Руслану.

— Давайте без оскорблений, мадемуазель, — отозвался Русик, потирая ушибленный бок руками, скованными наручниками. — Я человек культурный.

Микрокамера на месте, я убрал капли, не оставляя следов.

Техника стала на полку рядом с брошенными на полке зарядками, шнурами, разрядившимся внешним аккумулятором и сломанным степлером. Камера была взята из запасов лешего, как и некоторые другие приблуды, она была небольшой, скажем, вчетверо меньше компьютерной мышки, но выдавала неплохую картинку.

На столе Василиса незаметно оставила крошечный микрофон, спрятанный в безликий брелок в виде шахматной ладьи из серого металла. Ещё один был во внутреннем кармане Руслана, тот был замаскирован под плоскую батарейку.

Микрокамера на полке — тоже имела микрофон.

Сигналы с жучков собирал вместе планшет, через который я не только видел, но и слышал всё, что происходило в опорнике.

— Двигай в камеру, — сказала Василиса, уже теряя терпение. — Позже разберёмся.

— Я не хочу, я…

Она резко ткнула его в поясницу — не сильно, но так, что он вскрикнул:

— Больно! Дубачка, ты чё творишь?

Она толкнула его к стене, рядом с дверью в камеру. Внутри у решётки, стоял Макар. Смотрел, молчал. Глаза — чистые, но внутри — пожар.

— Отошёл! — рявкнула Макару Василиса.

В этот момент зрачки её глаз на миг вспыхнули — не метафорически, а буквально: в зрачках мелькнули яркие синие сполохи, как будто в них пряталась молния. Макар, даже, имея иммунитет к магии, вздрогнул и отступил вглубь камеры, будто его ударило током.

Василиса сняла ключи со стенда, открыла камеру, втолкнула туда Руслана и уже внутри камеры, держа в поле зрения Макара, сняла наручники.

— Ночь посиди, — сказала она, голосом, не допускающим возражений. — Начальница приедет, будем по тебе решать.

— Меня подставили, это незаконно.

— Ничего не хочу слышать, — она снова ударила его. По-настоящему, не показушно, пнула по икре, отчего тот осел на пол. — Рот закрой, я сказала!

Она захлопнула дверь. Повесила ключи. Окинула взглядом и, не поворачивая головы, подняла руку и щёлкнула пальцами. Звук был сухим, почти неслышным. Руслан замер под воздействием уже знакомой мне магии, однако на фанатика это, ожидаемо не подействовало. Сработал магический иммунитет.

Макар скосил на Руслана взгляд, всего лишь на долю секунду, но тут же продолжил смотреть на Василису, понимая, что она проделала свой «фокус» не просто так.

Василиса повернулась к нему боком, окинула взглядом Макара и замершего Руслана, после чего довольно улыбнулась.

— Ну вот и всё, фанатик. Всё кончено. Нашли твою колымагу, и в ней — весь твой арсенал. Ничего не трогали, полицию привлекать не станем. А ровно через шесть часов приедет инквизитор, посмотрит на твоё богатство… и увезёт тебя с собой. Так что, теперь ты больше — не моя проблема. Больше мы тебя вообще не увидим.

Она повернулась на каблуках спиной к клетке, щёлкнула пальцами и вышла.

На несколько секунд в опорнике воцарилась тишина.

Глава 21

Бегуны

Руслан сел на пол, прижал ладони к лицу… и вдруг фыркнул. Потом — засмеялся. Тихо, но искренне.

— Лохушка, — пробормотал он себе под нос.

Он уселся поудобнее прямо на полу, привалившись к стене и стал неторопливо разминать кисти, будто проверяя, всё ли на месте. Окинул взглядом камеру, койку, которая была всего одна, узкое окно, стены, взглянул и на Макара — искоса, без особого интереса.

— Здорова, бродяга. А ты что ещё за кадр? Алкашка? Хулиганка? Я что-то тебя не узнаю, не видел в посёлке.

Макар молчал несколько секунд, потом ответил:

— Я не местный. А ты сам-то кто?

— Человек, который не виновен. Меня подставили, — заявил Руслан, повысив голос и чуть приподнял голову, обшаривая взглядом углы камеры, — озвучиваю на всякий случай. Вдруг ты подсадной? Полиция вломилась без ордера, сказала, что им надо закрывать план по наркоте, и нашла у меня шесть кустиков каннабиса. Ну, то есть, это конечно же, не мои кустики, не мои горшки с рассадой и пластиковый пакет с травой тоже не мой. Это понятно, приятель?

— Понятно, — без особого интереса кивнул Макар.

Тем временем Василиса присоединилась ко мне. Мы сидели с ней, спрятавшись в здании ДК, откуда к этому времени уже ушла, закончив репетицию, группа «Амбар-Драйв».

— За что чалишь? — тоном, преисполненным равнодушия, говоря скорее для поддержания разговора, спросил Руслан, отвернувшись от Макара. — Тоже дурь? Да не, не похож. Тогда, получается, всё-таки хулиганка?