Я один вижу подсказки 19 (СИ) - "Son"

На их лицах отразилось крайнее удивление. Казалось, их поразило не столько незнакомое лицо, сколько то, что я всё это время стоял рядом.

— Ты ещё кто такой?

— Амон, не будь таким грубым, — тут же прикрикнул Абра и едва не отвесил ему подзатыльник. — Это наш гость из другого племени.

— Гость гостем, но пускать его сюда? Не слишком ли? Вдруг у него дурные мысли? Он может украсть скрижаль!

Амон был подозрительным парнем. Хотя, если честно, в его словах была доля правды. Свои сокровища нужно охранять тщательно. Бережёного бог бережёт.

— Не говори ерунды. Это Алек из племени Кривичей. Я о нём уже рассказывал: он разбирается в рунах.

Не успели эти слова слететь с губ старика, как Амая вскочила. Вышло это так резко и неожиданно, что я даже испугался: подумал, что она хочет напасть.

— Тот самый?

Она подошла вплотную и зачем-то обеими руками схватила меня за руку.

— Ну, вроде как да. Тебя интересуют руны?

— Очень даже!

— Тогда ответь на мой вопрос: в чём разница между первым и вторым кругом?

— В скрижали много разных заклинаний. Одни относятся к первому кругу, другие — ко второму. Мы разделяем их так: заклинания первого круга можно использовать вплоть до девятого уровня Мага Тотема.

Я кивнул, чтобы она продолжала.

— За этим уровнем лежит некая иная стадия бытия. Что именно там, мы не совсем понимаем: в наших записях упоминается лишь один человек, достигший девятого уровня. Дальше он так и не смог прорваться.

— …

— Но мы предполагаем, что это совсем другое состояние человека. Он меняется так же сильно, как гусеница, превращающаяся в бабочку. Из-за этого мы дали ей название «Маг Второго Круга».

— Я понял, дальше не нужно.

В третьем испытании тоже были стадии культивации, так что они мне знакомы, даже я испытывал их на себе.

Просто впервые услышал об этом от кого-то из местных племён. Обычно считается, что девятый уровень — это финал. У Тиверцев же было своё мнение.

— Так ты теперь расскажешь о рунах?

— Расскажу.

Амая обрадовалась.

— Но не сейчас.

Она тут же расстроилась.

— Почему?

— Сейчас нужно решить другое важное дело. Морозные люди рыщут где-то рядом, — я обернулся к Абре. — Объяви общий сбор в племени. Мне нужно кое-что всем рассказать и показать.

Абра насторожился:

— Насколько всё серьёзно?

— Очень.

— Хорошо.

Старик не успел сделать и пары шагов, как Книга Жизни и Смерти, смирно лежавшая у меня на плече, вдруг вспорхнула и повисла перед глазами.

ШЕЛЕСТ. ШЕЛЕСТ.

Ну нет. Только не сейчас. Как они узнали?

Читать подсказку не требовалось: я и так понял, что морозные люди идут!

Глава 20

Подготовка

Ранее.

Высоко в небе, раскинув крылья, парил орёл. Цвет его перьев был необычно белым. В такую погоду, когда небо серое и шёл снег, он буквально сливался с ним и становился невидимым для человеческого глаза.

Зрение орла позволяло без труда приближать и отдалять картинку. Сделав круг, он вдруг услышал звуки флейты, слышные лишь ему. Это был своего рода «зов», велевший вернуться.

ВЗМАХ!

Он полетел через несколько гор. Несмотря на метель и наступающий вечер, внизу всё равно была видна огромная толпа, не меньше трёхсот человек.

Только эти люди отличались от обычных: их рост достигал трёх-четырёх метров. Даже огромный орёл, опустившись на руку Элеоноры, выглядел рядом с ними обычной птицей.

Приручательница убрала флейту и спросила:

— Скажи, что ты увидел?

— КЛИИИИ!

Орёл «рассказал» Элеоноре на своём языке всё, что видел, а она перевела на человеческий:

— Тот парень вытащил какие-то врата. Из них вышла девушка. Вдвоём они направились к горе, где живут другие люди.

У Виктории сразу возник вопрос:

— Как он смог достать живого человека из пространственного кармана?

Это противоречило принципам магии, которым её учили в академии. В пространственных кольцах нельзя хранить живых существ. Разве что самых примитивных.

Если волшебницу волновал этот вопрос, то Теодора — другое:

— Мы узнаем все его тайны, как только он попадёт к нам в руки. Сейчас важно: он привёл нас к племени. Три дня и три ночи водил от одной горы к другой, обходил все наши ловушки и засады, но вот наконец мы здесь!

— Да!

Сказать, что шесть капитанов были в бешенстве, — значит не сказать ничего. Не будь у Элеоноры дара приручения, они бы никогда так быстро не нашли этого осторожного человека.

Даже найдя его, поймать они не могли. Лишь когда он привёл их к другому племени, у них появился хороший шанс.

— Так как будем действовать?

— Лучше всего дождаться ночи. Тогда даже погода будет на нашей стороне, — ответил Теодор.

— Но они же глубоко в горе!

— Да, тут проблема. Виктория, у тебя ведь есть магия, расширяющая проходы? Сможешь провести нас туда?

Виктория слегка опешила:

— Могу-то могу. Просто нас слишком много, а в бою от меня будет мало толку. Я смогу сосредоточиться только на поддержании «пузыря» вокруг нас.

— Отлично, это нам и нужно.

Больше всех рвался в бой Рудольф:

— Я пойду первым. Как только доберёмся до их пещеры, ворвусь внутрь. Буду убивать и кромсать, пока они не сдадутся.

Теодору это не понравилось:

— Ты тупица или как? Я же ясно говорил тебе, что такая тактика не сработает. Они будут ждать тебя, ты вылетишь оттуда так же быстро, как и войдёшь.

— Тогда что ты предлагаешь? Зачем мы вообще спускаемся, если не собираемся сражаться?

— Сначала надо вымотать их, — раздражённо ответил Теодор. — Нанести один удар, чтобы они насторожились и приготовились к бою, а затем затаиться на пару часов. Пусть ожидание «сожрёт» их, лучше, если те потеряют терпение и сами выйдут к нам!

Теодора было не остановить. Он говорил так, будто только данного момента всю жизнь ждал, чтобы отомстить.

Быть может, противник владеет парой трюков, но насчёт собственной силы заблуждаться не стоит.

Самая большая глупость — верить, что враг сильнее, а ты слабее и обязательно проиграешь. С таким настроем в битву вступать нельзя.

Теодор верил, что врага можно перехитрить. Тем более доказательства были налицо: они смогли обмануть его и всё это время шли по следу. А значит, он не всемогущ и у него есть слабые места.

Когда всё было обговорено подробно: кто будет расширять проходы, как искать людей и прочее, — они обсудили каждый шаг и возможные проблемы. В конце прозвучала команда:

— Начинаем операцию!

Я открыл подсказку и внимательно прочитал её. На самом деле полезной информации там было немного.

В ней говорилось лишь о том, что на Тиверцев, стоявших в карауле, напали. Одному из них удалось раненым уйти, чтобы сообщить, что противник идёт.

Мне пришлось взорвать собственный даньтянь, чтобы передать эту подсказку. Зато было выиграно минут пятнадцать-двадцать на подготовку.

Первым делом я обратился к Абре:

— СТОЙ!

— Чего ещё?

— Враг уже здесь, и скоро он нападёт на патрульных наверху. Нужно послать кого-нибудь, чтобы они вернулись. Иначе погибнут.

Абра на миг замер. Перемена была слишком резкой, и он оказался к ней не готов: только что спокойно разговаривали, и вдруг такое.

К счастью, у нас уже был подобный «опыт». Мы вместе сражались с королём обезьян, и старик знал о моём особом «чутье», поэтому воспринял слова всерьёз:

— Хорошо!

В одно мгновение обстановка в племени Тиверцев изменилась. Всех всполошил Абра. Он велел тем, кто наверху, спуститься, а тем, кто внизу, приготовиться к битве.

— Что случилось?

— Враг идёт!

— Как идёт? Никого же нет.

— Не время сомневаться. Делай, что говорят!

Тиверцам было трудно в это поверить. Не было ни донесений, ни доказательств, поэтому многие скорее делали вид, чем действительно готовились к опасности.