Связанные туманом (СИ) - Ромашкова Алена

– Что это еще за подстава? Может, Дарсиэль отомстил вдогонку, договорившись с морской тварью? – предположил Хирон.

– Тогда почему мы не утонули? – парировал Талсадар.

– Темные лорды! Море и океан не подвластны светлым, мы умеем договариваться только с озерными и речными жителями, – вмешался кэп. Он о чем-то переговаривался с командой, и, похоже, они решили уходить с береговой линии в лес, который виднелся неподалеку. Видимо, предполагали, что там сориентируются быстрее.

– Не важно, почему мы тут оказались, давайте выбираться, – сказал Талсадар, а Хирон размышлял вслух с мрачным выражением лица:

– Задание мы с тобой в любом случае провалили – не думаю, что светлые дадут нам второй росток. Он сгинул с мстящей, да и не довезем мы со своим туманом эту капризную ветку. Если только искать новую полукровку…

На его лице было сожаление, но не понятно, о чем или о ком – Криссандре или древе.

– Может, она выжила, – рыкнул Талсадар, а Хирон не стал спорить, пожав плечами.

Мужчины договорились действовать сообща, потому вся восьмерка решила двигаться к деревьям. Однако не успели они сделать и десятка шагов, как кэп остановился и крикнул:

– Зыбучие пески!

– Это что еще за дрянь такая? – громко спросил Хирон, наблюдая, как тело капитана по талию уходит в песок.

Команда бросилась на помощь светлому, но приблизиться они не смогли, всех пятерых матросов тоже утащило в глубь песка. Пока на свободе оставались дроу. Оба стояли, замерев, боясь тронуться с места. Однако песок был явно недоволен таким произволом: через минуту прямо под ногами темных начало происходить какое-то бурление, желтая масса вздыбилась, пошла волнами, и дроу пополнили ряды застрявших по пояс эльфов.

– Браво! Какая шикарная картина! Добро пожаловать на наш остров! – раздался насмешливый голос и аплодисменты. Восемь мужчин одновременно повернули голову на звук, и смех неизвестных усилился в разы. Перед эльфами стояли трое зеленоволосых женщин, одетых в объемные белые балахоны из легкой ткани, которая волшебным образом двигалась сама по себе, волнами обволакивала их тела.

– Темные и светлые – и все наши, – не унималась женщина.

– Кто ты? – первым этот вопрос задал кэп, хотя на языке он вертелся у всех.

– Я? Меня зовут Мелита, я нереида, морская нимфа.

– Мелита, это ты наслала на нас зеленого спрута? – продолжал задавать вопросы капитан, а дроу и не возражали, делегировав ему роль переговорщика.

– Ну да, было дело, – вымолвила женщина. Она ходила между торсами эльфов, игриво покачивая бедрами. – Мы с сестрами соскучились по мужчинам, вот и решили вас себе присвоить.

– А девушка? На вид светлая эльфийка… Что с ней? – подал голос Хирон, а Талсадар кинул взгляд на напарника, а потом ожидающе и напряженно перевел взгляд на нимфу.

Мелита раздраженно дернула плечами и резко ответила:

– Не знаю я никаких эльфиек! – а затем, опять смягчившись, добавила:

– Мы с девочками хотели исключительно мальчиков, да?

Две ее подружки согласно кивнули, а Мелита подошла к одному из матросов и погладила его по голове, на что тот дернулся и оттолкнул ее руками. Нимфа упала, а затем, посмотрев на беднягу эльфа с диким оскалом, прокричала:

– Не советую меня злить! – она щелкнула пальцами, и тело провинившегося матроса ушло в песок по самую шею. Мелита подошла к нему, присела и схватила за длинную косу. – Теперь ты будешь более послушным, мальчик, правда же?

После этого нереида встала и окинула взором всех остальных мужчин.

– Кто-то еще желает отказаться от этого тела? – с насмешкой спросила нимфа. Никто не ответил, но зубной скрежет слышался достаточно громко. Хирон же тихо прокомментировал:

– У себя женщин на место поставили, а тут, куда ни плюнь, мною нимфы помыкают. То лесные, то теперь морские.

– Что? Вы были у Лианоры? – вдруг заинтересовалась Мелита.

– Было дело, – ответил Хирон.

– И как старая стерва поживает?

– Спина у нее, кажется, побаливает… – медленно ответил дроу, соображая, что лучше говорить в этой ситуации. Между нимфами явно кошка пробежала, надо было на этом сыграть.

– Мало ей, дряни забывчивой. Она у меня тысячу лет всего как мужика увела, а не помнит. Считает меня истеричной дурой: мол я злюсь, сама не зная на что. А, главное, она умудрилась забыть, как я ей отомстила.

– А, знаете, уважаемая Мелита, сдается мне, что Леонора все вспомнила.

– С чего бы это?

– С нами была та самая эльфийка, она ей забыльником перед лицом помахала.

– Что? Леоноре? Забыльником? Жаль ваша девчонка сгинула, похоже, хороша была. Значит, нужно навестить старую стерву. Позлорадствовать.

– Недовольной или виноватой она при этом не выглядела, – продолжал подначивать Хирон, а нимфа кусала губу и о чем-то размышляла.

– Девочки! Этих темных мы пытать не будем, сразу убьем. Они заслужили быструю смерть.

– Погоди-погоди! – затараторил дроу. – А медленная смерть как выглядит? Может, мы имеем право выбора? Я думал, вы нас для постели притащили.

– Ты решил, что нам нужны твои услуги? – вновь расхохоталась Мелита. Отсмеявшись, женщина посмотрела на обоих дроу и сказала:

– Вот их, – она показала пальцем на светлых, – для постели. А вы, темные твари, раз хотите медленную смерть, то так и быть – для игры с моим Каркушей.

– Кем? – уточнил Хирон, почувствовав, как у него на голове волосы от дурных предчувствий зашевелились.

– Моим кракеном. Вы с ним познакомились еще на судне – зеленый такой.

– А чем мы хуже светлых? – вдруг спросил Талсадар.

– О, ты тоже говорить умеешь? – усмехнулась Мелита. – Вы не можете мне дать энергию жизни и света, а лишь испачкаете меня своим туманом.

– Но этот темный еще и немного светлый! – выкрикнул Хирон, а Талсадар закатал рукав и показал на клеймо из пяти звезд.

– Звездная ночь?! Да быть того не может. Это древнейший род, один из самых верных нам, нимфам – лесным, в основном, но и нас почитают.

Мелита опять замолчала. К ней подошли ее сопровождающие – женщины посовещались и вынесли решение.

– Что-то происходит, раз боги дали темному силу звездной ночи, и мы не вправе этому мешать. Мы отпустим вас, дроу. И даже поможем вернуться домой.

От этих слов лорды воспряли духом, особенно когда неведомая сила вытолкнула их из песка.

– Эй, а как же мы? – робко подал голос кэп.

– Да что с вами будет? Ублажите моих девочек, да идите себе.

Капитан сглотнул слюну. В его глазах не наблюдалось счастья от такой перспективы. Мелита же вновь обернулась к дроу:

– Домой отправитесь вплавь. Ночью.

– А далеко отсюда берег? – резко осипшим голосом задал вопрос Хирон.

– За сутки доберетесь.

Дроу переглянулись. Даже они, сильные и выносливые, не давали себе никакого шанса за стуки в воде. Но возражать не стали, недоумевая лишь, в чем обещанная помощь Мелиты. Однако женщина явно не договорила:

– Ночь даст вам возможность воспользоваться силой звезд, которая останется с вами на протяжении всего пути. Так что, если ты, темный, – обратилась она к Талсадару, – действительно любим богами светлых, то сможешь взять эту силу и себе, и дать ее напарнику. А если не получится, делайте что хотите: живите на острове, плывите, пока не сдохните – ваша воля. – С этими словами нимфа щелкнула пальцами, все светлые выскочили из своих песчаных ловушек и понуро поплелись за ней и ее спутницами по направлению к виднеющимся вдалеке скалам, часть которых находилась в воде, часть на суше. В лес сегодня светлые эльфы так и не попали.

– Надеюсь, нимфы не замучают их до смерти. Хотя смерть от оргазма… брр… Темный, я не зря сделал эту вылазку из подземелья. Я понял, что этот мир лишь называется светлым и солнечным, а на самом деле тут все пороки только ярче видны, похлеще Даркмара, – Хирон явно был под впечатлением.

Талсадар в ответ на эту тираду лишь кинул:

– Будем ждать ночи.

Разговаривать ему не хотелось – на душе была муть, которая непривычно терзала, заставляя дроу страдать. Эти чувства были слишком острыми и лорду было сложно с ними бороться – он закрылся в себе и до темна молчал с ничего не выражающим лицом. Хирон не мешал ему – даже он, славящийся своей бесцеремонностью, почувствовал, что сейчас лучше не лезть. Картина двух сидящих на песке здоровенных темнокожих мужчин, смотрящих на море с затаенной грустью и не произносящих ни слова, выглядела очень гротескно на фоне мирного островного пейзажа, однако зрителей, которые могли бы ее оценить, не было.