Убийца архимагов (СИ) - Мазуров Дмитрий

— Пятеро, — повторил я, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение. — Это больше, чем я ожидал. Но не настолько, чтобы изменить планы. Тогда начинаем!

Шей кивнул и вышел, оставляя меня наедине с мыслями. Я снова проверил клинки, чувствуя, как их холодная сталь успокаивает нервы. Это был риск, но у нас не было выбора.

К вечеру пришло подтверждение. Люди Шея, которые следили за поместьем Вэнса, доложили, что архимаг покинул столицу в сопровождении небольшого отряда. Он направлялся на север — туда, где, по его мнению, скрывался Паук.

— Он клюнул, — сказал Шей, и в его голосе послышалось облегчение. — Он идёт.

— Хорошо, — ответил я, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение. — Тогда мы выдвигаемся.

Мы покинули столицу банальным телепортом. Благо, я оставил на месте нужную метку, а вот у Вэнса её там не было, так что пришлось двигаться своим ходом. Часть наших людей уже была там, чтобы подготовить позиции.

И вот, переместившись, мы оказались у форта. Это было старое укрепление, сложенное из серого камня. Стены местами обрушились, а ворота давно сгнили. Но внутри было достаточно места, чтобы устроить засаду. Мы заняли позиции, и я стал ждать.

Я прошёл по форту, проверяя каждую мелочь. Все заняли свои позиции. А затем занял своё место. Остался один в центре форта, глядя в темноту. Где-то там, за стенами, приближался Вэнс. Его мана пульсировала вдалеке — тяжёлая, давящая, как приближающаяся гроза. Я чувствовал её каждой клеткой тела, каждой частицей сознания. Она становилась всё сильнее, всё ближе.

— Он идёт, — прошептал Широ.

— Знаю, — ответил я, глядя в темноту.

Впереди был бой. И я был готов к нему. Но что-то внутри меня подсказывало, что это будет не просто бой. Это будет схватка, которая решит всё. И я был к ней готов.

Глава 27

Я стоял в центре внутреннего двора, скрестив руки на груди, и ждал.

Давление нарастало с каждой секундой. Оно не было физическим — это была сама воля архимага, сгущённая веками и отточенная до состояния клинка. Воздух стал тяжёлым, будто перед грозой, и я чувствовал, как каждая клетка моего тела отзывается на эту чужую силу — напряжением, готовностью и предвкушением. А затем он появился.

Вальдемар Вэнс вошёл в форт так, будто это был его собственный дом. Без спешки, без осторожности, без тени сомнения. Его тёмный плащ шевелился на ветру, хотя ветра не было, а стальные глаза, казалось, видели всё — каждую трещину в стенах, каждую тень в углах, каждую нить маны, которую я сплёл вокруг форта.

За ним шли пятеро. Молчаливые, собранные и готовые к бою. Они рассредоточились по двору, перекрывая выходы, и их мана пульсировала в едином ритме — слаженная команда, а не просто наёмники.

Вэнс остановился в десяти шагах от меня. Его лицо оставалось непроницаемым, но в уголках губ затаилась тонкая улыбка — снисходительная, как у взрослого, который смотрит на ребёнка, пытающегося играть во взрослые игры.

— Паук, — произнёс он, и его голос прозвучал в тишине форта мягко, почти ласково. — Вот ты где.

Я не ответил. Я просто смотрел на него, чувствуя, как мана внутри меня пульсирует в такт сердцу — спокойно и ровно.

— Должен признать, — продолжил Вэнс, делая шаг вперёд, — ты меня удивил. Когда мне сказали, что ты прячешься в этом забытом всеми месте, я сначала не поверил. Слишком просто. Слишком очевидно. Но потом я понял — это приглашение.

— И даже не подумал, что это может быть ловушкой? — опустил голову чуть вбок.

Вэнс усмехнулся — коротко, без тени веселья.

— Ловушка? — переспросил он, обводя взглядом разрушенные стены. — Это? Ты называешь это ловушкой? Мальчик, я пережил сотни ловушек. Я видел засады, которые могли бы уничтожить целые армии. И знаешь, что я понял за эти годы? Никакая ловушка не работает против того, кто сильнее. А я сильнее. Намного сильнее.

— Возможно, — согласился я, не двигаясь с места. — Или нет. Это мы вскоре поймём.

Вэнс поднял бровь.

— Так зачем всё это? — спросил он, и в его голосе послышалось любопытство, смешанное с насмешкой. — Ты пригласил меня, чтобы поговорить? Убедить отказаться от поддержки Альдрика? Ты ведь понимаешь, что это бессмысленно.

— Понимаю, — кивнул я. — Но я также понимаю другое. Ты ведь не просто поддерживаешь Альдрика. Ты используешь его. Архимаг, который прожил века, не станет тратить время на политические игры ради удовольствия. Тебе что-то нужно. И я хочу знать что.

Вэнс замолчал. Его глаза сузились, и я увидел, как в них мелькнула тень — не страх, нет. Что-то другое. Оценка. Он пересматривал меня, пересчитывал, пытался понять, кто перед ним — действительно ли мальчишка, который возомнил себя игроком, или кто-то более опасный.

— Ты умнее, чем я думал, — сказал он наконец, и в его голосе послышалось уважение. — Но это не меняет ничего. Ты — препятствие. Препятствия я устраняю.

— И всё же, я хотел бы услышать ответ, — произнёс я, и в моём голосе не было ни капли страха, — Ведь если ты уже считаешь меня трупом, то нет смысла скрывать правду.

Вэнс помолчал, разглядывая меня с любопытством. А затем резко махнул рукой, приказав своим сопровождающим нас покинуть.

Всё как я и ожидал. Он абсолютно уверен в себе. Тут ему некого бояться.

— А почему ты поддерживаешь Каспара? — спросил он в ответ. — Младший принц. Без армии, без поддержки родов, без влияния при дворе. Что ты с этого получаешь, Паук? Деньги? Власть? Или что-то более личное?

— Я поддерживаю того, кто даст мне то, что мне нужно, — ответил я уклончиво.

— Как и я, — усмехнулся Вэнс. — Видишь, мы похожи. Оба играем в эту игру ради выгоды. Только я делаю это открыто, а ты прячешься за маской. Скажи мне, Паук, тебе не надоело? Постоянно скрываться, постоянно лгать и притворяться? Мне вот надоело. Когда мою семью уничтожили, я понял, что этот мир давно прогнил. И даже со своей силой мне его не изменить. Но если я заполучу власть в Империи… Это совсем иное дело. Пусть не сразу, но со временем я смогу подстроить этот мир под себя.

— И только? — даже слегка расстроился я от такой банальной причины. — Мир не изменить. Стань ты даже правителем вселенной — ничего не изменится. Ведь сущность людей останется всё той же. Рано или поздно, тебя свергнут или ты просто умрёшь и всё вернётся на круги своя.

— И всё же, я попытаюсь. Но я понимаю, что одному мне с этим не справиться. Поэтому я предлагаю тебе перейти на мою сторону.

Я на это лишь внутренне усмехнулся, не подав вида. Ага… служить тому, чью семью я уничтожил… А ведь рано или поздно он может узнать об этом и тогда судьба моя будет незавидна. Именно поэтому я и решил его устранить здесь и сейчас, а совсем не потому, что мне так понравился второй принц, что ради него я решил лишить его конкурента главного козыря.

— И что ты хочешь взамен? — продолжил я тянуть время.

— Твою верность, — ответил Вэнс просто. — Твою Гильдию. Твои знания. Ты станешь моей правой рукой. Ты будешь получать всё, что захочешь, но будешь работать на меня. Это честная сделка, Паук. Лучше, чем то, что ты имеешь сейчас.

Я молча посмотрел ему в глаза и сразу всё понял. Он не то что не видел во мне равного, нет. Даже как подчинённого меня не рассматривал. Он видел во мне инструмент. Пешку, которую можно использовать и выбросить, когда она перестанет быть полезной.

— Знаешь, я, пожалуй, откажусь, — ухмыльнулся я.

Вэнс смотрел на меня долгим взглядом. В его глазах боролись ярость и уважение. Он не привык к отказам.

— Тогда ты умрёшь, — сказал он, и в его голосе не было ни капли сожаления. — Ты мог бы стать моим союзником. Мог бы получить всё. Но ты выбрал смерть. Что ж. Это твой выбор.

Он поднял руку, и воздух вокруг него начал сгущаться. Мана Вэнса, до этого пульсировавшая ровно, взметнулась, как приливная волна, наполняя форт тяжестью и силой.

— Все люди смертны, — криво усмехнулся я. — Но я не собираюсь умирать сегодня. И знаешь почему?