Необитаемый остров на троих 2 (СИ) - Кита Никита

— Вот, потрогайте, это самая сухая древесина на всём острове.

Парень услышал, как Тайра вынимает одну руку из рукава ветровки и щупает фрагменты предоставленного им, трухлявого ствола. Хотя у Евы тоже освободилась одна рука, она вообще не шевельнулась что-либо трогать.

— Ну-у, этого хватит минут на восемь. — резюмировала зверолюдка — А потом что?

— А потом Ева может осушить ещё на часа два-четыре.

— Ева сможет осушить, сколько сможет. — нервно поправила блондинка.

— Меня больше волнует сколько ты сможешь принести. — добавила брюнетка. — И не заблудишься ли ты, пока будешь в потёмках бродить.

Рэйми молча выровнялся, отнёс деревяшки туда где их взял и снова присел на лавку. Только тогда он промолвил, не сумев полностью скрыть язвительный тон:

— Хорошо, раз вы так хотите, будем просто сидеть и надеяться на лучшее.

— Рэйми, если ты пойдёшь за дровами сейчас, ты сделаешь хуже в первую очередь себе! — строго наставляла его Тайра — Даже если у нас получится каким-то чудом развести костёр, мы точно не сможем его долго поддерживать. Какой смысл тогда тратить на это силы — твои и Евины?

— Да хорошо-хорошо… Умирать только не хочется, а так я готов потерпеть.

— Да не умрём мы! Это же не северный полюс. И буря не каждый день.

Парнишка немного помолчал, потом нашёл приемлемый аргумент и поспешил его озвучить:

— Я действовал согласно своему плану, и теперь вы сидите в убежище, а не стоите под деревом. Если бы и вы действовали согласно моему плану, у нас бы появился костёр.

— Угу, на полчаса. — буркнула Тайра.

Рэйми был не согласен с ней, но он не собирался вступать с возлюбленной в серьёзный спор. Юноша вдруг осознал, что ещё слишком молод для такого, и что он чересчур дорожит отношениями с этой девушкой, чтобы полностью пренебрегать её мнением.

— Ладно, я никуда не иду. Так что будем делать? Какие альтернативы? — первокурсник проговорил это, стараясь не подавать виду, что от холода ему уже хочется сдохнуть.

В одном, по его мнению Тайра всё же была права — Рэйми хоть и добивался собственной вылазки за дровами, перспектива снова прогуляться под дождём и по глубоким лужам казалась ему адски невыносимой. Так что одна половина сознания парнишки даже обрадовалось, что его все отговоривают.

— Пускай Ева осушит нам одежду и всё. Это поможет больше, чем недолгое горение костра. — ответила Тайра.

— Тебе самой-то очень поможет, что она осушит твой лифчик? — подметил юноша. — Сильно согреешься?

— М-м… — с усмешкой промычала девушка — Ну кроме лифчика она может осушить мне обувь, волосы и полотенце. И мне поможет, если вы двое будете сухие. Согревались же как-то вместе под деревом.

Рэйми понял, что брюнетка намекает на плотный контакт. Что же, он точно не станет отказывать ей в таком. Сам парень настолько устал мёрзнуть, что не сдержался и поторопил события:

— Ладно, давай уже поскорее посуши нас целиком. — промолвил он, поднимаясь с лавки.

Тайра тоже задвигалась, а Ева сказала:

— Если отключусь, вы оставляете меня в куртке, верно?

— Сделай так, чтобы ты не отключилась и мы все были сухие. — выдал Рэйми.

— П-ф-ф!

Зверолюдка не спешила вставать, поправляя волосы, а парнишка подобрал с кучи вещей пропитанное водой грязью и спермой полотенце.

— Давай, говори, что сделать, чтобы тебе было проще осушить. — настойчиво обращался он к чародейке.

— Ничего! Встаньте просто и стойте спокойно.

Молодой человек исполнил озвученное. Вместе с полотенцем он встал напротив одногруппницы, в том месте где он мог стоять выпрямленный и не упираться головой в ветки навеса. Тайра поступила аналогичным образом, и за счёт роста она сумела разместиться поближе к Еве.

Блондинка сняла с себя куртку, скрутила её и положила на лавку. Дальше она поднялась на ноги и проследовала к самому краю сооружённого парнем козырька. Только там она, как и напарники, имела возможность стоять, не горбясь.

— Подойдите ко мне. — промолвила девушка, после чего взяла компаньонов за плечи и сама расставила их, как ей нужно. В результате её манипуляций, студенты встали просторным треугольником.

Чародейка немного помолчала растирая руки, пошмыгала носом, а затем серьёзным тоном сказала:

— Если я начну падать, ваша задача меня подхватить до падения на землю, закутать в куртку и уложить на скамейку, ясно?

— Угу.

— Так точно!.. А ты меня прям вместе с полотенцем высушишь? А то я его сейчас в руках держу.

— Да! А теперь помолчи. Ничего не говорите и не отходите, пока я не закончу.

Напарники притихли. В темноте Рэйми разглядел, что Ева сложила ладони крест-накрест перед грудью. Таким жестом людские женщины молились божеству, которое даровало им чародейскую силу.

Тишина сопровождаемая стуком капель продолжалась дольше полуминуты. Никто из одногруппников не рисковал тревожить занятую подготовкой чародейку. Парнишка слегка заскучал и протянул одну руку к лицу зверолюдки. Играючи, он пощупал её за щёчку и тут же отстал. В ответ брюнетка внезапно сдавила пальцами его зад. Наверное в ней сейчас бурлила звериная похоть, сдерживаемая лишь погодными условиями. В юноше поселилась надежда, что после осушения они жёстко потрахаются. По три раза в день — именно столько он хотел кончать на и в прекрасную девушку. Пока они заперты на острове, требовалось пользоваться ситуацией по-максимуму. А то, кто знает, будет ли Тайра также охотно предоставлять ему свои дырочки при других обстоятельствах?

Совершенно неожиданно, в районе Евиной головы возник источник света. Колдунья раскрыла глаза, и вместо зрачков и белков в её глазницах поселилось ярко-синее сияние. Прочие студенты вздрогнули, съёживаясь; Рэйми услышал, как Тайри издала невнятный звук испуга. Сам парень отметил, что уже видел такое проявление силы одногруппницы, когда она спасала их сиденья в самолёте от неминуемого уничтожения.

— Аса нуш ра. — промолвила чародейка не своим голосом, и каждое её слово,

будто распалось на тройственное эхо.

«Что-то похожее она говорила и тогда…» — всплыло воспоминание в голове юноши.

В следующее мгновение нечто незримое проникло сквозь его грудь, расползлось по торсу и словно бы сдавило в кулаке всё нутро Рэйми. Такие ощущения он испытывал впервые. Холод больше не впитывался снаружи, а наполнял внутренности и выталкивал тепло к коже. Та необъяснимая сила, что внедрилась в тело парня, начала выходить через ту же точку на груди, и вместе с собой она будто вытягивала частичку его души, сознания, разума…

Студент застыл, выпучив глаза. Его взгляд засасывала тёмная пустота ночи. Сознание словно отделилось от тела и выдвинулось из головы на пару дециметров вперёд. В то же время он продолжал испытывать тактильные ощущения, и они подсказывали ему, что вся вода на коже пришла в движение. Сотни капель — больших и микроскопических, раскиданных всюду, от пяток до макушки, — начали стекаться к животу. Ботинки, штаны, рубашка осушались, полотенце в руках покачивалось. Волосы щекотливо шевелились, сдвигаемые не менее щекотливой жидкостью. Даже сопли в носу и слюни во рту полезли наружу.

Видимое боковым зрением сияние Евиных глаз погасло, и тогда у Рэйми будто бы случился скачок артериального давления. Сознание его резко влетело назад в голову, в ушах зазвенело, а в глазах помутнело. Пошатываясь на ватных ногах, парень отступил назад. Весь он был сухой, словно провёл день не под ливнем в джунглях, а под пекучим солнцем в пустыне. Пересохшие глаза заслезились, пересохший язык прилип к нёбу, ноздри и губы потрескались. Параллельно с этим, в одно мгновение сонливость и усталость усилились троекратно. Рэйми вдруг захотелось не просто сесть, а сразу лечь на лавку.

— Что ты сделала? — ослабевшим голосом пробормотал юноша. Сбоку он слышал заунывные стоны и кряхтение Тайры.

— То, что ты просил. — с нотками самодовольства, спокойно промолвила блондинка. На фоне этих слов зверолюдка зашлась приступом хриплого кашля.