Необитаемый остров на троих 2 (СИ) - Кита Никита

Устроить тройничок с прекрасными одногруппницами, было пределом его мечтаний. От этого сценария на данный момент юноша был также далёк, как от горлового минета Тайры до падения самолёта. И всё же, с Евой какой-никакой контакт тоже начал налаживаться. Хотя возможно, она была так добра к нему, только чтобы доложить о прелюбодеяниях человека зверолюдке. Время покажет…

Чем дольше Рэйми не видел, не слышал и не ощущал чародейку, тем больше начинал переживать. Шуршание куртки стихло и прошло уже около пятнадцати минут, а от Евы не было никакой весточки. Почему она не идёт к ним греться? Как она себя чувствует? Для неё произошедшее явный стресс. Она так нервно рассказывала о своих способностях… Парнишка надеялся, что Ева не будет слишком беспокоиться, по поводу раскрытия секрета. Он ведь любит её и никогда, ни за что не предаст. Ему хотелось, чтобы она знала об этом и верила в его благие намерения.

Получалось, что уже обе спутницы, хоть и вынужденно, но доверились Рэйми и поделились с ним своими душетрепещущими тайнами. Парень очень ценил это и понимал, что после всей этой истории они трое уже никогда не смогут почувствовать друг друга чужими людьми. То что произошло на острове ляжет отпечатком на каждого выжившего, до конца их дней. И это обнадёживало юношу, что даже в случае спасения и возвращения на родину, его особые взаимоотношения с девчонками продолжаться, в том или ином виде.

И всё же, продолжительное молчание и неподвижность Евы, напрягали его. С каждой минутой молодой человек всё сильней жаждал восстановить с ней вербальный или тактильный контакт. Сонливые глаза похоже попросту утратили способность раскрываться, да и не было в этом необходимости — Рэйми всё равно ничего не увидит. Подняться и пройтись казалось чем-то нереальным, поэтому оставалось лишь дозываться, в надежде, что девушка услышит слабый голос компаньона сквозь шуршание капель.

— Ева… Ева… — натужно проговаривал парень, не находя сил даже на лёгкое повышение тона.

— Ну что⁈ — малость нервно отозвалась блондинка.

— И-ти к нам. Надо погреть Тайру и тебя…

Фигуристая чародейка цокнула и вздохнула. Затем юноша ощутил, как она двинулась, но тут же остановилась.

— А вдруг рядом с вами будет капать?

— Я пот-винусь и Тайру ст-вину.

Студент чётко осознавал, что Ева более бодрая. Может, потому что в прошлые дни она спала гораздо больше напарников, а может потому что в последний раз она выкачала из них силы, а свои затратила в меньшей степени.

Рэйми подумал, что ему не жалко собственных сил для Евы. Она ведь уже тратила свои для него, не раз. Но с этих пор он конечно будет относиться к колдунье с большей осторожностью. Как бы там не было, а она преступила определённую черту, после которой, в целях личной безопасности, инстинктивно хотелось меньше провоцировать её на вероломные поступки…

«Преступница Ева, подумать только! Хы-хы…» — с усмешкой рассуждал молодой человек. Раньше в его глазах она была безупречна во всём, ну а теперь он знал, какая она плохая девочка. На самом деле он мог любить её и такой. Если Ева, будучи злой колдуньей, решит сделать его своим приспешником, он точно не сможет отказать. Развивая эту фантазию, Рэйми представил Еву в тёмной мантии, с посохом в руках и с коварным нахмурившимся взглядом. Ей конечно, будет очень сложно строить из себя злюку с такими милыми голубыми глазками.

Брюнеточка на плече зашевелилась, поёжилась, задрожала… Запястья парня коснулась мягкая охлаждённая шерсть. Похоже крошка накрыла бёдра своим хвостиком. Рэйми обрадовался, что хотя бы так любимая может погреть свои голые ножки. Ему безумно хотелось слиться с ней в горячих объятиях в какой-нибудь тёплой мягкой постели. Огромное трёхместное лежбище, на котором они бы трахались во всех возможных позах — вот чего не хватало юноше. Трахадром на котором он бы заделал ей не меньше трёх бейбиков. В голове молодого человека всплыли благостные картинки того, как он кончает Тайре прямо в киску, без презерватива, и заполняет её милый животик своим семенем. Этими фантазиями Рэйми отвлекался от суровой реальности…

Прошло ещё минут десять, но Ева так и не ответила на приглашение присоединиться к напарникам. Наверняка, в ветровке ей и самой было очень даже тепло. Теперь светловолосая девушка напомнила о своём присутствии периодически повторяющимся шмыганьем носа. Рэйми догадывался, что её что-то гложет. Ведь сегодня чародейка уже контактировала и с ним, и с Тайрой, а сейчас почему-то отстранилась. Парнишке вспомнились слова девушки о том, что одногруппники наконец поймут каково ей, после затрат концентрации. Сказаны они были несомненно с обидой, а значит Ева считала, что поквиталась с компаньонами, и она точно определяла свой поступок, как нехороший…

«Глупенькая, думала, что накажет нас этим.» — размышлял студент — «Может мне и хреново сейчас из-за недосыпа, но я хотя бы меньше мёрзну. Последствия безрассудной драки Тайры с Евой полностью устранены.»

У молодого человека заканчивалось терпение. Ему хотелось схватить Тайру, посадить её на себя, лицом к лицу, и улечься на лавку. И всё же реальное положение дел никак не сопрягалось с желаниями Рэйми. Он явно попросту уронит девушку на землю, на любом из этапов этого движения.

Внезапно парень услышал тихие, медленные шажки. Ева аккуратно подкралась к ним, почти не издавая звуков. Затем руки чародейки дотронулись до груди юноши и плеча зверолюдки — так она определила их расположение в пространстве.

— Ребята, как вы себя чувствуете? — прошептала студентка.

— Ш-пать… Хочеа ш-пать… — пробубнил Рэйми.

Тайра в свою очередь лишь недовольно промычала и сразу притихла.

Дальше Ева присела по другую сторону от брюнетки.

— Ох, простите меня, пожалуйста, не знаю что на меня нашло, я не должна была так поступать. — взволнованно заговорила чародейка.

Рэйми осознал, что Ева оправдывается, и её слова стали для него, как бальзам на душу. Всё же она была очень доброй и милой девчонкой. Ну а блондинка продолжала раскаяние:

— Прошу, извините, я не хотела причинять вам вред. Мне не следовало применять на вас это заклинание…

Голос её был полон горечи и сожаления, так что у парнишки ни на секунду не возникло сомнений в искренности девушки. Ева тихо захныкала, и сперва Рэйми даже показалось, что она пытается высморкаться, но потом до него дошло. Студентка быстро, прерывисто зашмыгала носиком — получился эдакий дрожащий замёрзший плачь. Он вызвал у молодого человека ещё больше сочувствия к этой юной, загнанной обстоятельствами бедняжке.

— Молю, никому не рассказывайте… Я никогда больше не применю эти чары… — задыхаясь и глотая слюни, проговорила чародейка.

— Ева, не мели ерунды!.. — вяло, тягуче возмутился юноша — Ты не доставила нам вреда. Мы хотя бы сох-реваться начали… Пофиг, что мы невыспанные, мы ещё поспим! Вместе… Ты молодец, всё правильно сделала.

После слов Рэйми, хныканье блондинки на какое-то время усилилось, прибавило в интенсивности.

— Фсё, не плачь! Иди к нам… Давай г-хреться вместе.

Парень попытался высвободить руку обнятую брюнеткой, чтобы дотянуться ею до Евы. Тогда зверолюдка всполошилась и ещё крепче вцепилась в свою зажатую между ног дакимакуру. У юноши не было энергии, чтобы пересилить хвостатую малышку. Ему оставалось лишь безутешно и безуспешно взывать ко второй спутнице голосом.

— Ев, я…

И тут молодой человек почувствовал, как Ева начинает прижиматься к Тайре сбоку, а руки её заскальзывают на маленькое тельце зверолки. Девушка в ветровке приобняла сонную подружку и даже коснулась предплечья одногруппника.

— Ребят… Простите. — бормотала, шмыгающая блондинка. Похоже она начала успокаиваться и вроде бы положила голову на Тайру. В ответ звероподобная крошка тихо блаженно простонала. Теперь, когда её обнимали с двух сторон, она была лучше защищена от холода, и мягкая ласка окружала её слева и справа.

— Я больше так не буду, обещаю… — шептала Ева.

Её кисти дотянулись до торса парня, после чего чародейка спросила: