Вырываюсь и силой толкаю Вона в грудь, но это бесполезно, как если бы я пыталась оттолкнуть от себя бетонную стену, а ещё эти его заклинания, словно тяжёлые удары по голове. И уже вскоре я чувствую, как слабею. Руки и ноги словно наливаются свинцом, а в голове появляется шум.
Я чувствую, мой истинный рядом, а значит, мне нужно всего лишь продержаться до появления дракона.
Борюсь с подступающей тьмой и продолжаю сопротивляться. Вона мои попытки ухватится за эту жизнь, очевидно, приводят в бешенство, и я понять не успеваю, как меня словно парализует от щелчка его пальцев и он хватает меня за горло.
Воздуха не хватает, в голове усиливается шум, а слова Вона становятся такими громкими и словно змеи заползают в голову, заставляют сдасться, мучают, делают, больно вытаскивая из самых потайных уголков воспоминания, что режут больнее ножа.
Сознание уплывает, хоть я и пытаюсь отчаянно ухватиться за этот мир и мой второй шанс на счастливую жизнь. Теперь уже реальная боль вспарывает грудь, словно кто-то наживую вырывает у меня сердце, тёмные пятна в глазах ослепляют, и я сдаюсь, нет сил больше вытерпеть и закрываю глаза.
Как раз перед тем, как Вона сбивает с ног влетевший в башню дракон.
Звон разбитого стекла, рык дракона и крик Вона становится с каждой минутой всё громче и отчётливее. Я переворачиваюсь на живот и приподнимаюсь на руках.
И тут же вскрикиваю, когда оказываюсь в крепкой хватке дракона, и через мгновение мне в лицо ударяет поток ветра. Волосы разлетаются в сторону, а тело немеет от страха высоты. Закрываю глаза и крепко хватаюсь за огромную лапу своего дракона, пытаясь прийти в себя и понять, что у Вона ничего не получилось.
Теперь мне бы хотелось узнать, что будет дальше, потому что Вон всё ещё жив и, очевидно, никак не оставит попыток призвать кого-нибудь ещё, чтобы получить недостающую магию. Вздрагиваю, когда слышу позади странный шум и снова чёрный луч разрезает небо.
У меня начинается паника, и сердце колотится как сумасшедшее, когда Арнар начинает снижаться и я сильнее хватаюсь за него, потому что меня начинает одолевать навязчивая мысль о том, что он, похоже, собирается мне скинуть.
И я оказываюсь права, когда он разжимает лапу, и мои попытки ухватится за него отказываются тщетными.
Мой крик встряхивает воздух, когда я падаю, но вместо того, чтобы разбиться, приземляюсь на отца Арнара в окружении его солдат.
— Как ты себя чувствуешь, дитя? — спрашивает он, когда я опускаюсь на ноги и кладёт руки мне на плечи, но ответить я не успеваю, потому что наше внимание привлекает рык дракона и все как по команде поднимаем головы к небу.
В небо взмывают два огромных дракона, похожие на две яркие вспышки.
Тёмное небо расцветает всполохами пламени, а над нашими головами снова разливается, встряхивает воздух гневный рык двух драконов.
— Иди сюда, дитя, — привлекает моё внимание отец Арнара. — нам нельзя медлить — произносит он, и я опустив глаза, принимаюсь осматривать его потрёпанный вид. В памяти Инес всплывает множество приятных моментов, связанных с этим мужчиной, и тот факт, что отец Арнара из-за несчастного случая давно потерял своего внутреннего зверя. — Протяни руки и возьми-ка вот это — говорит он, и я опустив глаза, вижу тот самый портальный камень, который когда-то вручила мне бабушка. — Давай, Инес. Но будь осторожна. Одно неверное движение и вместо того, чтобы уничтожить, ты его магией напитаешься. Тогда уж никто тебя из лап тьмы не вытащит — предупреждает он, и я протягиваю руки.
С момента, когда я в последний раз его видела, он сильно изменился.
Тяжёлым грузом он плюхается ко мне в ладони и обжигает, а узоры сейчас ярко светятся синим цветом.
— И как же мы его уничтожим? Во мне не осталось никакой магии — сбивчиво произношу я, и он улыбается.
Наверное, это хороший знак. Просто мне тяжело сдерживать свои эмоции.
— Я кое-что взял у твоей бабушки, когда она решила напасть на короля — произносит он и протягивает передо мной в ладони кольцо. — Нам всего лишь нужно разжечь огонь, чтобы сосредоточие тёмной магии, что ты держишь в руках, сгорело в нём и освободило нас от своей черни.
Наблюдаю за тем, как он надевает кольцо и какое-то время тщетно пытается приручить магию.
Солдаты Арнара становятся ближе, потому что ветер усиливается, резко бьёт в лицо и нещадно треплет волосы, бьёт ими по щекам. Небо над нами разрезает молния.
Поднимаю голову и с тяжёлым сердцем наблюдаю за тем, как чёрный с огненными крыльями набрасывается на Арнара и принимаюсь молиться Высшему дракону, чтобы он вмешался, ведь Вон до краёв наполнен тёмной магией, и кто знает, как долго он так наполнялся и чему уже успел научиться.
Он нападает, оттесняет Арнара к земле, заливает его чёрным пламенем, лупит по нему крыльями и пытается вцепиться в шею зубами. Последний удар оказывается таким сильным, что Арнара отбрасывает в сторону и он издаёт рык, и в нём я слышу столько боли, что сердце сжимается. А что если Вон сможет забрать и магию моего истинного, если ослабит.
Снова обращаю внимание на отца Арнара и с ужасом понимаю, что у нас ничего не получается.
— Может быть, я попробую — пытаюсь помочь, но он тут же качает головой.
— То, что у тебя отобрали, уже никогда не вернётся. Воспользоваться этой магией может только дракон. Но я ведь когда-то им был. Если бы ещё хоть один дракон был в своём уме, мы справились бы гораздо быстрее.
Я тяжело вздыхаю и снова поднимаю глаза к небу, когда камень нагревается в моих руках так так, что я едва сдерживаю желания раскрыть ладони и избавится от него.
— Больно — произношу и опускаю взгляд на свои руки. Действительно, обжигает, а узоры становятся ещё ярче. Всхлипываю, когда у отца Арнара что-то получается и на его ладони вспыхивает искра, но тут же гаснет, потому что небо встряхивает очередной рык дракона и этот рык не принадлежит ни Вону, ни Арнару.
Оран Батори
И когда я решила, что всё потеряно, потому что Арнар едва ли сможет сдержать натиск двух наполненных тёмной магией драконов, как Оран стал отбивать атаки Вона и принимать на себя удары, что предназначались моему истинному.
— Инес! — привлекает моё внимание отец Арнара, и я обернувшись замечаю, что ему всё же удалось подружиться с той магией, которую он отобрал у моей бабушки.
Он протягивает мне ладонь, чтобы я вложила в неё камень, и я незамедлительно так и поступаю.
Шумно выдыхаю и падаю на колени, протягивая перед собой руки. Ладони горят, а камень в руках отца Арнара загорается, а когда он бросает его на землю, вспыхивает синим пламенем, и в то же мгновение вой дракона врезается в мои уши.
И когда синяя вспышка озаряет небо, я замираю в ожидании.
Чёрный дракон в небе бъётся словно в судорогах, а затем безвольно падает, и мой истинный срывается в нашу сторону.
Ещё на подлёте к нам его охватывает тёмным туманом и он падает на землю неподалёку.
Мы бросаемся к нему, и я боясь причинить боль, лишь присаживаюсь рядом, осматривая его разорванную одежду и глубокие раны.
Эпилог
Щедро наливаю в шейкер лимонного сиропа, бросаю лёд и листочки мяты.
А потом принимаюсь бодро встряхивать, чтобы каждый ингредиент соединился, создавая идеальный вкус.
Девушка напротив меня с замиранием наблюдает за каждым моим движением, лишь иногда смахивая непослушные кудрявые пряди со лба.
Завершаю свой ритуал и аккуратно переливаю получившийся напиток в стакан и протягиваю гостье, а затем глубоко вдыхаю, когда она подносит его к лицу, вдыхает и делает первый глоток, смакует.
