Искатель 18 (СИ) - Шиленко Сергей

Когда сливки закончились, я не остановился, продолжая наслаждаться её собственным, куда более сладким соком, проникая языком глубоко между складок и дразня клитор кончиком носа. Стоны моей жены-хобгоблина сменились тонким задыхающимся писком, её тело напряглось, как струна, мышцы бёдер мелко подрагивали, и я почувствовал, как она начала задыхаться в преддверии пика.

Наконец Самира не выдержала. Её ноги мёртвой хваткой обхватили мою голову, и хриплым голосом, в котором смешались восторг и облегчение, она выкрикнула моё имя. Горячая волна её соков окатила моё лицо, знаменуя мощнейший оргазм.

Не давая ей опомниться, я приподнялся и одним мощным толчком вошёл в её тесную, истекающую влагой киску. Самира вскрикнула от удовольствия, мгновенно подстраиваясь под ритм, шелковистые стенки плотно обхватили меня.

Мы любили друг друга неистово. Хобгоблинша оказалась удивительно сильной. Она обхватывала меня руками и ногами так крепко, что я приподнимал её над одеялом при каждом толчке, а затем снова вжимал в мягкий ворс, проникая до самого дна.

Мне удалось довести её до экстаза ещё дважды, прежде чем почувствовал, что мой собственный предел близок. С хриплым стоном я вжался в неё до упора, чувствуя, как семя горячими волнами изливается прямо в лоно, наполняя её до краёв.

Когда всё закончилось, обессиленно повалился рядом, притягивая Самиру к себе. Она уютно устроилась на моём плече, её маленькое, но такое приятное на ощупь тело всё ещё подрагивало от отголосков наслаждения.

— Обожаю это чувство, когда ты внутри, любимый, — прошептала Самира, нежно целуя меня в шею. — Твоя страсть… Она как пламя, которое сжигает нас обоих, — она счастливо вздохнула, притиснувшись ближе. — И то, как ты держишь меня потом, словно боишься отпустить. Теперь мы точно одно целое, твоё семя во мне… Я твоя, Артём, на всю жизнь.

— А я твой, — ответил ей, зарываясь носом в мягкие каштановые волосы. — Навсегда!

Но, как выяснилось, программа вечера ещё не закончилась.

Моя неутомимая хобгоблинша начала игриво извиваться в моих руках, осыпая поцелуями мою грудь и пресс. Спустившись ниже, она глубоко вдохнула мой запах у самого основания живота и довольно заурчала. Пройдясь языком, она очистила мою плоть от остатков нашей близости, а затем, озорно улыбнувшись, потянулась к карамели и щедро полила моё вновь наливающееся силой достоинство и яички сладким сиропом.

— А теперь моя очередь пробовать десерт, — заявила она с плотоядным блеском в глазах.

Я откинулся на подушки, чувствуя, как член снова становится стальным под её умелыми ласками.

Когда с карамелью было покончено, Самира, улыбаясь, положила холодный шарик мороженого прямо мне на грудь. Я ахнул от резкого температурного контраста. Тающее лакомство тонкими струйками потекло по животу вниз, а моя пышная жёнушка грациозно нырнула следом за ним.

Её язык ловко вылавливал сладкие капли прямо из складок моего пресса, не давая им испачкать одеяло. Она покусывала и лизала меня, одной рукой лаская мою грудь, а другой сжимая мой ствол, задавая тягучий, сводящий с ума ритм.

— Предки, какой же ты вкусный! — простонала она, просунув кончик языка мне в пупок, отчего я невольно дёрнулся.

Хихикая, она добавила сверху мёда, посыпала всё это дроблёными орехами, положила последний шарик мороженого и оседлала мои бёдра, не давая мне войти, а лишь дразняще прижимаясь своей влажной плотью к моей головке, пока сама продолжала пиршество на моей груди. Напоследок она схватила остатки взбитых сливок и вылила их мне прямо на промежность.

— Пора доедать, — подмигнула она.

Я закрыл глаза, полностью отдаваясь её власти. Самира ласкала мои бедра, пах и яйца, поглощая сливки вместе с моим возбуждением. Наконец она взяла член в рот. Её губы и язык оказались восхитительно холодными после мороженого, но внутри, по мере того как я проникал всё глубже, горло обжигало жаром. Она принимала меня целиком, давясь и жадно сглатывая.

Этого я уже не выдержал. Рывком подавшись вперёд, сорвался, извергая горячие струи прямо ей в горло. Самира только застонала, не размыкая губ и жадно принимая всё до последней капли. Она продолжала ласкать меня языком даже тогда, когда я окончательно обмяк.

Наконец она упала мне под бок и издала долгий довольный вздох, положив голову мне на грудь.

— Лучший десерт в моей жизни! — прошептала она, лениво водя пальчиком по моей груди.

Я прижал её к себе, чувствуя полное умиротворение. Да, жизнь в этом мире чертовски опасна, но ради таких моментов стоило пройти через любой ад.

Ухмыльнулся, проводя ладонью по её соблазнительным изгибам. Ощущения были… специфическими. Моё тело сейчас напоминало кондитерскую витрину после взрыва: орехи, мёд, липкий сироп, остатки взбитых сливок и подтаявшее мороженое смешались в одну сладкую тягучую массу.

— Похоже, ты не доела, — поддразнил я, игриво сжимая её упругую ягодицу. Пальцы слегка прилипли к коже, но это только добавляло ситуации пикантности.

Самира хихикнула низким, грудным звуком, от которого у меня всегда мурашки бежали по коже.

— О, поверь, я определённо закончила с десертом, — промурлыкала она, наклоняясь ко мне. Её бледно-жёлтые глаза сияли неподдельной нежностью. — Я люблю тебя, мой восхитительный муж, и в прямом, и в переносном смысле.

— Моя сладкая… во всех отношениях жена, — ответил я, чувствуя, как тепло разливается в груди.

Она снова хихикнула, и маленькая ладошка скользнула ниже, прокладывая дорожку сквозь липкий слой сиропа прямо к моему паху. Я шумно выдохнул, почувствовав её прикосновение. Тело, казалось, жило своей жизнью: член тут же дёрнулся и начал наливаться тяжестью, реагируя на движения умелых пальцеы.

— О-о, — её глаза лукаво сверкнули. — Похоже, кто-то готов к третьему блюду?

Моя прекрасная жена-хобгоблин не стала ждать приглашения. Она снова оседлала меня, и я невольно залюбовался тем, как её оливковая кожа контрастирует с белыми разводами сливок. Самира приподнялась, скользнула вниз и начала медленно двигаться.

— Чёрт! — вырвалось у меня, когда она начала наращивать темп.

Пышная тяжёлая грудь закачалась в такт движениям, создавая завораживающее зрелище, я потянулся вверх и обхватил её. Смесь сладкого сиропа и жара её тела сводила с ума. Самира стонала, страстно выкрикивая моё имя, и тёрлась клитором о моё основание, доводя нас обоих до грани.

Она двигалась с той дикой, первобытной энергией, которая всегда отличала её от других. Я чувствовал, как её мышцы сжимают меня, вытягивая всё до последней капли.

Самира наклонилась, уткнувшись лицом мне в грудь и меняя угол атаки, пухлая рука скользнула между нашими телами, находя самую чувствительную точку. Ещё через мгновение её спина выгнулась дугой. Она вскрикнула, тело содрогнулось в мощнейшем оргазме, горячая волна влаги омыла мой пах, а бархатистые стенки сжались с такой силой, будто пытались выдавить из меня душу.

Моя выдержка лопнула. Я поймал губами оливково-зелёный сосок, с силой втянул его в рот и позволил себе отпустить контроль. С рычанием излился в неё, крепко прижимая к себе свою прекрасную жену, пока волны наслаждения накрывали нас с головой.

Липкие, уставшие, но абсолютно счастливые, мы лежали рядом несколько минут, пытаясь восстановить дыхание. Воздух в комнате пропитался запахом сладостей и секса.

Наконец Самира зашевелилась, поднялась на колени, а затем встала, ничуть не стесняясь своей наготы и того беспорядка, что мы устроили.

— Спасибо за чудесное свидание, муж, — сказала она, и в её взгляде читалась та мягкость, которую видели только я и наши дети. — Давай приведём себя в порядок. Нам нужно вернуться к семье, ты ведь хотел провести время и с остальными.

— Ты права, — я с трудом оторвал спину от одеяла, чувствуя приятную ломоту во всем теле. — Хороший душ нам сейчас точно не повредит.

Глава 23

Есть вещи, которые можно делегировать, а есть те, что приходится тащить на собственном горбу. Как бы я ни старался спихнуть рутину на управляющих, чтобы сосредоточиться на внешней угрозе, визит в Склепы Корогана относился ко второй категории.