Егерь. Звери и люди (СИ) - Скиба Николай

Рик смотрел на меня с холодной яростью человека, который решил убить.

— Отпусти, — скрежетнул он.

— Нет.

— Он заслужил.

— Заслужил. Но мёртвый кусок мяса не назовёт покупателей! — я вложил в голос сталь. — Имена, маршруты, канал — всё сдохнет вместе с ним. А через два дня приедут следующие ублюдки. И купят детей там, где нас с тобой не будет!

Рик стоял с занесённой рукой. Я чувствовал, как каменные мышцы его предплечья дрожат от напряжения. Что-то внутри него требовал закрыть вопрос прямо сейчас.

— Мне не нужны имена. Мне нужна справедливость.

— Справедливость — это когда дети живыми выходят из этой дыры, и мы это уже сделали. А не когда ты размажешь мерзавца по стенке и почувствуешь себя лучше на пять минут.

Рик стоял с занесённой рукой.

— Отпусти, — скрежетнул он.

— Нет. Я сдам его Барону — и они заставят его рассказать всё, уж поверь.

— Отпусти, — скрежетнул он.

— Нет.

Рик не стал спорить.

Развернулся ко мне…

… и воздух за его спиной вспыхнул.

Глава 17

Позади южанина материализовался призрачный силуэт огромной обезьяны — три метра роста, мускулистые руки толщиной с брёвна, клыки длиной в ладонь. Настоящий Горный Титан с Южных островов. Аватар повторил движение хозяина — отвёл массивный кулак назад, и в этот момент Рик ударил ладонью мне в грудь.

Коротко, без особого замаха — действительно лишь ладонью. Но за ударом стояла сила зверя, который крушил скалы голыми руками. Призрачный кулак Титана прошёл сквозь меня в тот же миг, что и рука Рика.

Воздух разом вышибло из лёгких. Меня отбросило назад, ноги запутались в корнях, и я врезался спиной в стену оврага. Староста взвизгнул.

Глина с хрустом треснула, комья посыпались за шиворот, царапая кожу. В груди жгло, рёбра заныли — хорошо, что не сломал.

— Северные дикари, — процедил Рик, отряхивая кулак. — Думаете, что можете что-то решать.

Я поднялся, тяжело дыша:

— А южане думают, что их принципы важнее жизней детей? Чёрта с два, Рик.

Цербер рыкнул — все три головы разом, и звук этот был как гром в узком ущелье.

Средняя голова дыхнула огнём — короткий предупреждающий выброс в сторону, но жар опалил мне бровь и ресницы. Пахнуло палёными волосами.

Не трогай хозяина.

Боковые головы следили за мной глазами, в которых плясали отблески пламени.

Карц вылетел из ядра без моей команды — лис сам почувствовал угрозу. Материализовался между мной и Риком одним прыжком, три хвоста встали дыбом, шерсть вспыхнула оранжевым пламенем. Огненная аура вокруг него развернулась куполом — земля под лапами зашипела и почернела. Запахло гарью.

Актриса спрыгнула с дерева над нами и приземлилась на край оврага за спиной Рика. Сжатый воздух обволок её лапы — Когти Шторма. Рысь припала к земле, готовая резать.

Красавчик выскочил из-за пазухи и белой молнией метнулся Рику под ноги.

Две иллюзии горностая мелькнули по бокам — три одинаковых зверька, и все шипели, оскалив крошечные зубы. Настоящего от ложных не отличить — старый трюк, но работает.

Рик не дрогнул. Посмотрел на Карца перед собой, на Актрису за спиной, оценил расклад за секунду…

И атаковал.

Но не меня — Карца! Южанин шагнул к нему, и за его спиной проступил второй аватар.

Саламандра с чешуёй цвета расплавленного металла — глаза как два жерла вулкана. Призрачное тело ящера обвило Рика невидимым коконом. Он шагнул прямо в белое пламя Карца — и огонь расступился перед ним, как вода перед носом корабля. Аура лиса билась о невидимый щит Саламандры и рассыпалась искрами, не причиняя вреда.

Карц отпрыгнул, ошарашенный. Никто раньше не проходил через его пламя, как через тёплый воздух.

— Видишь? — Рик не останавливался. — Твоя сила ничто против правильного дела.

— Правильного? — рыкнул я, бросаясь в атаку. — Пока ты тут судишь тупого старосту, дети там, в шахте!

Я оттолкнулся от стены и врезал Рику в челюсть. Прямой с правой, кулаком — всё тело за ударом. Костяшки встретили твёрдую кость.

Время замедлилось.

Я видел, как капли крови летят с его разбитой губы.

Призрачный Титан за его спиной качнулся. Южанин мотнул головой, но устоял — челюсть у мужика была будто из камня выточена.

И время ускорилось обратно — противник уже разворачивался для ответного удара.

Он развернулся и влепил коленом мне в бедро — точно в нерв. Ногу мгновенно свело, мышца заныла тупой болью.

Я схватил его за плечи обеими руками и дёрнул вниз — мы покатились по мокрой глине, вцепившись друг в друга. Земля была скользкой после дождя.

Цербер прыгнул на Карца. Три пасти щёлкнули в сантиметре от рыжей шерсти. Лис увернулся, изогнувшись в воздухе и полоснул хвостом — белое пламя чиркнуло по боку шакала, опалив чёрную шерсть. Когти Актрисы вспороли другой бок, и она тут же отпрыгнула вверх.

— РААААААААААААР! — Зверь взвыл от боли тройным воем, который эхом прокатился по оврагу, но не отступил. Вой смешался с треском плавящейся глины под лапами Карца и шипением раскалённого воздуха.

Овраг превратился в котёл звуков — рычание, вой, потрескивание огня.

Все три головы цербера оскалились, слюна закапала с клыков.

Актриса на развороте ударила Пронзающим ветром — концентрированный поток воздуха врезался в тварь сбоку. Зверя отшвырнуло, лапы заскребли по глине, пытаясь удержаться. Три головы встряхнулись, средняя сплюнула кровь. Цербер развернулся к рыси и выпустил мощную струю пламени. Актриса вовремя увернулась, но пламя подпалило шерсть.

— МРРААУ! — она взвизгнула.

Настоящий Красавчик впился зубами Рику в щиколотку через кожаный сапог. Мелкие, но острые зубы прокусили выделанную кожу, дойдя до мяса.

Южанин дёрнул ногой, пытаясь стряхнуть горностая, на секунду потеряв равновесие.

Этой секунды хватило.

Я подмял его под себя, прижал предплечьем горло и навалился всем весом. Он захрипел, но его пальцы впились в мою руку с нечеловеческой силой. За его спиной вспыхнул третий аватар — исполинский краб с Коралловых рифов. Клешни размером с наковальню сомкнулись в воздухе, повторяя хватку хозяина.

Моя рука затрещала. Кости застонали — ещё секунда, и он переломает мне пальцы или вырвет руку из сустава. Моё тело, прошедшее не одну эволюцию, скрипело под мощью этого гиганта. Призрачные клешни Краба смыкались в воздухе с хрустом ломающейся стали. Каждый миллиметр, на который сжимались пальцы Рика, отзывался скрежетом металла по металлу от аватара за его спиной.

— Пусти… отдай старосту… — прохрипел Рик, сдавливая мою кость.

— Покупатели! — выдохнул я сквозь стиснутые зубы, вдавливая предплечье ему в кадык. — Он сдаст… сеть!

— Плевать!

И всё-таки это чудовищная сила — моя рука тряслась от напряжения, мышцы горели. Он просто оторвёт мою руку. Любого другого он бы уже давно убил.

— Хватит! — рявкнул я ему в лицо, брызгая слюной. — Мы катаемся по грязи как два барана!

Рик не слушал. Глаза горели тупой звериной яростью — той, что приходит, когда отступать некуда. Мышцы под загорелой кожей ходили ходуном, вены на висках вздулись. Он почти оторвал мою руку от горла, его пальцы впивались в мою кожу до синяков.

Карц взревел — и Белая Корона полыхнула вокруг него, как взорвавшаяся звезда.

Температура в овраге подскочила на сотни градусов за секунду. Глина под лапами лиса плавилась и превращалась в стекло. Воздух дрожал от жара так сильно, что силуэты размывались.

Рик замер, глядя в белое пекло глазами лиса. Три отголоска за его спиной заколебались, как миражи в пустыне.

Цербер отступил на шаг.

Южанин медленно повернул голову, посмотрев на Карца. Белое пламя отразилось в его зрачках. Потом перевёл взгляд на меня.

И вдруг перестал давить.

Отголоски растаяли в воздухе.

Пальцы разжались, руки упали. Его лицо изменилось — ярость ушла, словно кто-то задул свечу. На её месте осталось что-то другое. Он смотрел на меня снизу вверх с выражением, которое я поначалу не мог прочитать. Смирение⁈