Шепот старых стен - Ватутина Анастасия

– Я думала, вы убийца, – оправдывалась Клара.

– Так его же арестовали! – сторож выпрямился и развернулся к ней. Глаза его опухли и покраснели, он отчаянно моргал, щурясь от яркого света. – Да погаси ты фонарь свой, – он раздраженно махнул рукой, – и так все глаза выжгла, ведьма.

– Не нужно было ломиться ко мне в комнату! – тут же ощетинились Клара.

– Так я думал, ты уехала! – раздраженно прохрипел сторож. – Дружка ж твоего арестовали. Все! Проект закрыт!

– Вы не хуже меня знаете, что никакой он мне не дружок, – Клара сложила руки на груди, наконец-то отведя фонарь от лица сторожа. – И вообще, никакой Андрей не убийца. Он приехал сюда работать, так же, как и я.

– Да больно много ты о нем знаешь! Только утром же познакомились! – резонно заметил сторож.

– Он не стал бы убивать человека, зная, что окажется единственным подозреваемым. Это попросту нелогично! Тем более в усадьбе полно укромных мест, где можно спрятать тело, вряд ли бы он оставил его там, где на него могут наткнуться.

– Я смотрю, ты и в людях, и в убийствах хорошо разбираешься, – едко заметил сторож.

– По крайней мере, мне хватает ума, чтобы не шастать по ночам на месте преступления!

– Это моя работа! Я должен совершать обход три раза за ночь!

– Но не должны вламываться в чужие комнаты!

– Да чтоб тебя! – сторож закрутил вентиль, и старые трубы сразу же перестали стонать и надрываться. – Все. Возвращайся к себе.

– Может, вас проводить? – вежливо предложила Клара, хотя меньше всего ей хотелось идти по темному парку к флигелю сторожа.

– Еще чего не хватало! – раздраженно бросил он. – Мне на сегодня достаточно общения с сумасшедшими дамочками.

Он убедился, что Клара вернулась в свою комнату и заперла дверь, та же, в свою очередь, напряженно прислушивалась до тех пор, пока шаги сторожа не стихли в темноте парка, и только после этого устало опустилась на свою кровать. Надо признать, что ситуация вышла некрасивая, но стыдно Кларе не было. Конечно, сторожа жаль, но ему стоило хорошенько подумать, прежде чем вламываться к ней среди ночи. Пусть ростом она не вышла, но постоять за себя умела всегда.

Она вернулась на свою неудобную кровать, устало прислонилась затылком к холодной стене и прикрыла глаза. Разбудил ее шум. Она удивленно моргала, щурясь от яркого солнечного света. Часы показывали начало девятого, что означало одно: она все-таки уснула несмотря на пронизывающий холод, сковывающий страх и скрывающегося во мраке убийцу.

Осторожно выглянув в коридор, она увидела посреди холла Андрея. Выглядел он неважно: лицо осунулось, волосы в беспорядке, рубашка вся в пятнах и изрядно помята. Он обернулся на скрип несмазанных петель и удивленно сказал:

– Ты разве не уехала?

– Нет, – Клара вышла в коридор и прикрыла за собой дверь. – Фаустов сказал, что мы можем продолжить работу, он все уладит с полицией.

– Уладил уже. Прислал адвоката из Москвы, тот нагнал на участкового такого страху, что тот теперь и на километр к усадьбе не подойдет. Он долго извинялся передо мной, что «ошибочка вышла», но все равно продержал меня до утра, зараза.

– Они выяснили, как звали убитого? – поинтересовалась Клара.

– Нет, – вздохнул Андрей. – Но нам и без этого есть что обсудить. Пойдем позавтракаем, и я все расскажу.

Они молча прошли в правое крыло дворца, где Клара еще не успела побывать. Комната Андрея оказалась гораздо больше ее каморки, и, к своему удивлению, она обнаружила, что у него есть переносная электроплитка и даже обогреватель.

– По работе часто приходится ночевать на стройках, поэтому в фургоне у меня есть все необходимое: плитка, посуда, раскладушка, спальный мешок и даже небольшая теплопушка, – ответил он на ее невысказанный вопрос.

– Везет тебе, – с завистью протянула Клара.

– Я принесу тебе запасной обогреватель, – великодушно предложил Андрей. – Не возражаешь, я сначала согрею воды, хочется поскорее смыть с себя запах деревенского околотка.

Клара не возражала и молча наблюдала за тем, как Андрей водрузил на маленькую плитку здоровенное ведро, а потом терпеливо ждал, пока вода в нем не забулькает. Она все еще не решила окончательно, как к нему относиться, но раз уж Фаустов был настолько уверен в его невиновности, Кларе не оставалось ничего иного, как довериться своему нанимателю.

Андрей ушел в ванную, где ночью сторож пытался вымыть из глаз остатки лака для волос, а Клара решила немного похозяйничать, раз уж представилась такая возможность. Она сняла с вбитого в стену, гвоздя большую сковородку, плеснула на нее немного масла и, когда оно стало весело потрескивать, добавила немного лука, следом отправились болгарский перец и мелконарезанные помидоры. Когда овощи пустили сок, она разбила четыре яйца и чуть убавила огонь.

– Пахнет вкусно, – сказал появившийся Андрей. – Я бы добавил еще немного зелени.

– Уже, – Клара посыпала готовое блюдо ароматной кинзой и сняла с огня.

– С меня кофе, – сказал Андрей, извлекая из шкафа небольшую кофеварку.

– Восхищает твоя подготовка к жизни в трудных условиях, – пошутила Клара.

– Мне приходилось ночевать в разных местах. Кроме полицейских участков, – усмехнулся он.

Когда они устроились за шатким столом, Андрей с аппетитом принялся за еду:

– Вкусно! – похвалил он стряпню Клары.

– Спасибо! Люблю хорошую еду.

– А так и не скажешь, – усмехнулся он, намекая на ее хрупкое телосложение.

– Не в коня корм, – пожала плечами Клара.

– Не страшно было ночевать здесь в одиночестве?

– Нет, я же была под защитой храброго Николая Васильевича, – и она вкратце рассказала, как едва не лишила беднягу зрения.

– А тебе палец в рот не клади, – рассмеялся Андрей.

– Обычно я на людей не бросаюсь, – обиделась Клара, – но, справедливости ради я и трупы не каждый день обнаруживаю, поэтому неудивительно, что нервы мои на пределе.

– Кстати, об этом, – сразу посерьезнел Андрей, – местный фельдшер, он же патологоанатом, он же судмедэксперт, утром заходил в участок и сообщил, что смерть таинственного незнакомца наступила в результате черепно-мозговой травмы, следов борьбы на теле не обнаружено, так что, вероятнее всего, он скончался вследствие несчастного случая. Скорее всего, споткнулся и неудачно упал. Собственно, поэтому меня и отпустили, участковый не нашел больше причин, чтобы задерживать меня, хотя и пытался. Да и адвокат Фаустова постарался. Честно говоря, мне показалось, что в этом деле участковый увидел возможность продвинуться по карьерной лестнице и выбраться из этого захолустья, но Петр Николаевич быстро охладил его пыл.

– Странно все это, – Клара потянулась за кофе. – Что он вообще убитый делал здесь ночью? Украсть в усадьбе больше нечего, а других поводов влезать в заброшенный дом я не вижу.

– Согласен. Да и непохож он на мародера. При нем не было ни сумки, ни рюкзака – ничего, куда можно было бы сложить краденое. Но, не было и никаких личных вещей, даже телефона.

– Кто же в наше время выходит из дома без телефона? – удивилась Клара.

– Только тот, кто занимается чем-то незаконным и не хочет, чтобы это обнаружили. Не забывай, что телефон – это не просто средство для общения, но и прекрасный маячок, который незаметно фиксирует все твои передвижения.

– Но что незаконного можно было делать здесь? – Клара демонстративно обвела рукой полупустое помещение. – Это же просто старое полуразрушенное здание.

– Не знаю, – честно сказал Андрей. – Но, если мы планируем продолжить работу, нужно быть осторожнее: не бродить поодиночке по усадьбе, а на ночь запираться на ключ.

– Договорились. В таком случае сегодня предлагаю поработать в правом крыле. В левое я пока не готова возвращаться, хотя бывший кабинет, в котором обнаружили тело, выглядит многообещающе. Пока это единственное помещение, в котором почти полностью сохранилась оригинальная отделка.

– Жаль, что несчастный решил умереть именно там.

– Жаль, что он вообще решил умереть. Ладно, предлагаю уже начинать рабочий день, неизвестно, какие еще неприятные сюрпризы нас могут ожидать, поэтому не будем тратить время впустую.