Мятежник (СИ) - Путилов Роман Феликсович

Город представлял собой смесь траура и радостного ожидания. Приспущенных государственных флагов было совсем немного, просто на грани приличий, зато знаменами государств Европейской коалиции были завешаны все свободные места. Иностранцы, прибывшие на мирную конференцию вели себя, как будто они оккупировали Россию, но, местному населению было по фигу на это унижение. Очевидно, когда в конце конференции победители озвучат размеры репатриаций, настроение народа кардинально изменится.

— Ваша…Ваше величество…- начальник гвардейского караула у главных ворот императорского дворца меня явно узнал и растерялся. Видимо, мое появление здесь не ожидалось. Глаза офицера под позолоченным козырьком парадной кавалергардской каски забегали, я почувствовал, что рядом кто-то использовал поисковое заклинание. Видимо, искали скрытых снайперов, ракетные батареи или прячущие в облаках боевые аэропланы. В то, что я появлюсь в столице без свиты и войсковой поддержки, никто не верил.

— Ваше Величество, вы прибыли одни, без свиты? — несколько успокоенный, решил уточнить офицер.

— Да, капитан. Проезжал мимо, решил заглянуть, тем более, ее императорское величество желало меня видеть. — я вложил в затянутую в белую перчатку ладонь письмо из имперской канцелярии.

— Прошу вас, ваше величество. — офицер махнул рукой, и черно-белая палка шлагбаума взлетела вверх: — Вас проводят.

Принимала меня императрица Инна в малом приемной, выйдя ко мне в сопровождении малой свиты.

— Ваше императорское величество. — Я склонил голову: — Приношу вам свои соболезнования в связи с безвременной утратой вашего супруга и нашего повелителя. Разрешите один вопрос, ваше величество? Вы знаете, что за вашим плечом стоит беглая преступница?

Императрица покосилась на Ухтомскую Ванду Гамаюновну, бывшую княгиню Строганову, что с презрительны видом рассматривала меня, стоя за плечом императрицы.

— Олег Александрович, я не знаю, о какой преступнице вы сейчас говорите, но, вот одну невинно униженную и оскорбленную особу подле себя я знаю.

Глава 3

Глава третья.

Ярославль. Императорский дворец.

Императрица покосилась на Ухтомскую Ванду Гамаюновну, бывшую княгиню Строганову, что с презрительны видом рассматривала меня, стоя за плечом императрицы.

— Олег Александрович, я не знаю, о какой преступнице вы сейчас говорите, но, вот одну невинно униженную и оскорбленную особу подле себя я знаю.

— Могу я узнать, ваше Императорское величество, о ком идет речь? — я снова склонил голову.

— Олег Александрович, я не хотела бы этим разговором портить впечатление от нашего знакомства. — императрица очень естественно взяла меня под руку, и мы неспешно пошли по залу, оказавшись на некотором расстоянии от ее свиты.

— Олег Александрович, за очень короткий срок я услышала о вас множество чудесных историй. — императрица Инна одарила меня лучистым светом ее шоколадных глаз: — Не знаю, какие из них правда, но ваши достижения впечатляют. Вы за столь короткий срок стали владетелем огромных территорий, выиграли множество сражений, даже стали вице-королем всех императорских земель восточнее Уральских гор.

— Осмелюсь уточнить, ваше императорское…

— Ах, оставьте, Олег…- императрица игриво стукнула мен по руке сложенным веером: — Дарую вам право, наедине, звать меня просто Инной.

— Для меня это великая честь, ваше…

— Инна, просто Инна.

— Повинуюсь. Инна, ваш покойный супруг даровал мне права, несколько отличные от полномочий вице-короля в общепринятом…

— Ах, оставьте эти скучные термины. — императрица надула розовые губки: — У меня к вам маленькая женская просьба, для вас это вообще пустячок, не требующий никаких усилий.

— Сделаю все, что в моих силах, ваше…Инна.

— Я краем уха слышала, что под вашей властью находятся огромные дикие территории, которые пребывают впусте. А у меня под рукой служат ряд блистательных молодых людей, которых, за их деяния необходимо достойно поощрить, сообразно их заслуг. И вот я подумала, что такой великий воин не откажет в пустяковой просьбе слабой женщине и своей императрице…

— Ваше императорское величество, безусловно, я буду весьма рад появлению в моей земле новых славных воинов. Направляйте в мою канцелярию представление на этих молодых людей, с описанием воинских подвигов, коими они покрыли свое имя неувядаемой славой, или сражений, которые они выиграли, и мы максимально быстро рассмотрим кандидатуры этих дворян…

— Но, Олег! Не все их этих молодых людей несли свою службу на воинской службе! Некоторые образцово служили короне на ином поприще и не все подвиги их подлежат огласке. — императрица недовольно поджала губки: — Мне кажется, что вы разумный человек, и должны понимать, что достаточно того, что об этих подвигах известно моей особе. Не разочаровывайте меня, Олег Александрович!

Инна вырвала свою руку и повернулась ко мне. с досадой постукивая веером по раскрытой ладони.

— Ваше императорское величество. — я развел руками: — Я правлю дикими землями, у нас все по-простому. Рубился насмерть, убил врагов — получай их владения, ибо по заслугам и награда. А человека, который получает землю, за которую проливал кровь кто-то другой, потому что он где-то, неизвестно где, был молодцом, у нас просто не примут. Через пару месяцев его голову насадят на пику, а мне придется на эти земли утверждать нового правителя.

Императрицу передернуло, и я заметил короткий взгляд, которым она обменялась с высоким светловолосым красавчиком, стоящим в пером ряду ее свиты. Видимо. Это и был один из кандидатов на усекновение головы в ходе спора за землю.

— Вы все шутите, Олег Александрович…- натужно улыбнулась Инна, погрозив мне веером: — Мы хотя и отстоим от ваших диких земель на тысячи верст, но хорошо осведомлены, что вы даже женщин одариваете землями и титулами, шалун.

— Ваше императорское величество, мне известны только о двух женщинах, которые получили земли от меня. Это моя супруга Гюлер Бакровна, но все земли, отписанные ей, захватили отряды, которыми она лично командовала. А если речь идет о подполковнике интендантской службы Вере Игоревны Бухматовой, то титул и земли она получила, когда, с оружием в руках, встала на пути нападавших на моих детей заговорщиков…- я бросил многообещающий взгляд на Ванду, которая делала вид. Что ей неинтересен наш, с Инной, разговор: — И получила ранение при отражении этого нападения. Так что, ваше императорское величество, присылайте своих молодцов. Наберут отряд, отвоюют себе вотчины, а титул я им обязательно подберу, соотносительно завоеванной территории, ну и моими аэропланами поддержку воздушную окажем, как никак, одно дело делаем.

Что-то в моих словах императрице на понравилось она сухо кивнула и бросив за спину, стоящему недалеко лакею, отдала распоряжение проводить меня в мои покои.

Попрощавшись со мной, владычица Руси двинулась на выход из зала, сопровождаемая, потянувшейся за ней, свитой, меня же проводили в вполне приличные покои, состоящие из двух комнат и ванной. Для моих услуг был представлен лакей, свободу мою никто не ограничивал, но и приглашать куда-то не спешили. Дважды подавали отравленную еду, о чем меня предупреждала маленькая фигурка богини Макоши, с которой я не расставался, а так возле моих покоев царила скука смертная. Интересным было только содержание газетных статей, кои мне подавали на обед, завтрак и ужин.

Согласно опусам журналистов, мирная конференция текла в плановом порядке. В целях установления нового мирового порядка и взаимного доверия между странами, Российская империя сокращала свои вооруженные силы и срывала оставшиеся целыми оборонительные укрепления, которые, как писали разномастные «военные эксперты», могли стать базой для агрессивного нападения на соседей. Каспийское море объявлялось «зоной мира», где запрещалось иметь военные корабли, а территория, западнее Воронежа, Курска, Вязьмы и Ржева объявлялись демилитаризованной территорией, чья судьба будет определятся через двадцать лет исходя из состава населения. Исходя из геноцида местного населения со стороны польской кавалерии, и ручейками поселенцев с Запада, что уже сейчас занимали пустующие дома и собирали урожай с брошенных полей, национальный состав населения этих земель через двадцать лет сомнения не вызывал. Ну и по мелочи, был ряд уступок, как-то свободное перемещение товаров и услуг иностранными торговцами, освобождение их от налогов и таможенных платежей… Было ощущение, что у наших «партнеров» аппетит только разгорался по мере получения все новых преференций, а с нашей стороны вел переговоры какой-то «министр Козырев», которого интересы России не интересовали совершенно.