— Ты про то, что мы не до конца завершили обряд? — он вполне уверенно управлялся с чайником и чашками и достал травы для заварки. На моей кухне! В моем доме! Хозяйничал чужой мужчина. — Так я не против, давай закончим.
— Ты с ума сошел? Нет! Да я тебя вообще не знаю. Мы виделись всего пару раз. Давай заканчивай тут, забирай соседа и уходи.
— Ну, я предполагал что-то подобное, — пробормотал он под нос, взял меня за руку и вновь усадил. На этот раз за стол. Поставил передо мной чашку с чаем. — Катрин Фортман, прошу принять меня на службу. У меня приказ и рекомендательное письмо есть, вот.
Он вынул из кармана и положил передо мной бумаги.
— Я? — растерялась. — На службу?
— Ну, это же твоя книжная лавка? — спросил серьезно, а в глазах смешинки.
Подставу попой почуяла, но медленно кивнула.
Даниель небрежным жестом подтолкнул мне письма и отвернулся, занимаясь бутербродами.
Читала медленно. Сложила. Убрала в карман.
— Даниель Фортман, вы приняты на службу секретарем, — процедила сквозь зубы.
Приказ его Величества и письмо от дедушки Яниса выбора мне не оставили.
Дан же поставил передо мной тарелку, на миг обнял и чмокнул в макушку.
— Ты не пожалеешь, Катрин. Кстати, как будем избавляться от тела в лавке? Неприятности же нам не нужны? — деловито спросил секретарь.
Я поперхнулась чаем. Вот за что мне это все, а?
Эпилог
Год пролетел незаметно. Сначала я сторонилась своего “секретаря”, потому что одно дело — знать, что где-то там далеко у тебя есть фиктивный супруг, другое — жить с ним бок о бок.
Его слова о том, он собирается консумировать брак, не давали покоя, тревожили. Еще я не понимала, зачем он приехал, и все время ждала подвоха. Мужчина заметил мою неловкость, и постарался все прояснить.
Для этого снова пришлось вернуться к неприятным событиям, из-за которых я оказалась на Киуроне.
Сестры Тишины провели ритуал, стягивающий магию и загоняющий ее в гигантские накопители, спрятанные под землей. Изначально они ждали, когда силы накопиться достаточно, чтобы потом забрать ее себе и обрести неслыханное могущество. Но за столько лет никто не захотел брать ответственность на себя. Я думаю, что это потому, что придумали аферу с отъемом магии у населения мужчины, а реализовали ее женщины.
Сумасшедший гений рассчитал нужные точки, но строил обители и устанавливал накопители уже не он. Все это происходило медленно, понемногу, год за годом. За это время сменились основатели Ордена, появились другие задачи. Остались жить идеи о мести и господстве, но исполнители были уже не те. Обители стали вотчиной женщин, а у них очень быстро меняются приоритеты.
Королева Ракриала, которая активировала артефакты, вернулась к мужу и завоевывать мир и что-то кому-то доказывать передумала. Но и отменять ритуал никто не стал, и накопители заработали в полную мощь, стягивая силу на себя. Когда сестры поняли, что происходит, они решили провести мощный ритуал с массовым жертвоприношением, и за счет выплеска энергии в его процессе, подчинить себе алтари. Но нужные записи оказались утеряны. Точнее, невидимы. Потому что книги, как магические создания, не могут их сохранить без магии, которую алтари стаскивали и с обителей.
Тогда монахини нашли подходящего человека.
Моя задача была прочитать заклинание, чтобы сестры могли начать использовать ту силу, что была накоплена под обителью.
Но монашки не успели подготовиться к приезду дознавателей, они планировали, что я приеду одна, и у них будет достаточно времени в запасе, чтобы обитель сделала свое дело, и я стала одной из них.
Они не знали о природе Даниеля и о том, что связав нас в храме не просто формально, но и магически, супруг поделился со мной своими способностями. Может, это магия так пошутила, а может Боги, но только теперь я немного берсерк. А Даниель может общаться с книгами. Он заподозрил это, когда был в рейде. Сказал, что думал, что сходит с ума, когда вдруг начал ощущать настроение книг. А потом все встало на свои места.
В итоге, ни на меня, ни на мужа магия обители как следует не подействовала, и обет молчания не лег. Дан сумел предупредить дознавателей. Ловушка не сработала, дознаватели арестовали служительниц и началось расследование.
Чтобы вернуть все на свои места и повернуть ритуалы вспять, надо было все-таки прочитать нужные записи. Его Величество собирался запереть меня во дворце и обложить нужными записями, но Даниель был против и его родители поддержали сына. Его Величество вынужден был уступить советнику.
— Почему? — спросила я, когда дан рассказал мне об этом. — Мы чужие друг другу, а прочитать описание, кроме меня, никто не сможет. Обитель не даст ничего в руки человеку со стороны.
— Причин несколько, — мы с мужем снова сидели на нашей крохотной кухне, и он поил меня чаем и кормил бутербродами. Так уж получилось, что я иногда увлекалась возней с книгами, которых стало приходить все больше, потому что Айвен сдержал обещание и теперь их заказывали через меня, и забывала поесть. И тогда супруг утаскивал меня из мастерской Яниса и усаживал на кухне, чтобы я перекусила. — Во-первых, наш брак не пустая формальность, как ты думаешь, ты действительно мне сразу понравилась.
Фыркнула. Ну да, понравилась. Когда стояла в фонтане мокрая и опоенная всякой гадостью.
— Во-вторых, защищать тебя — моя обязанность, — продолжал мужчина, сделав вид, что не замечает моей реакции, — и я не могу допустить твоего самопожертвования, как и убийства пусть даже коронованной особой.
Он налил себе чаю и сел напротив.
— Поскольку наш брак не настолько фиктивный, как кто-то хочет думать, и мы обменялись магией, то я вызвался сам прочитать записи монахинь, — закончил он.
Подумала.
— А ты сможешь? Разве тебе эти записи не могут навредить? — усомнилась я.
— Поэтому его Величество дал мне год и отправил сюда, чтобы я мог подготовиться к неизбежному. Когда-то это место помогло Янису Соттерм обрести магию.
— Но король же разрешил продать лавку, — не поверила я словам Даниеля. Собственно, поэтому и произошел инцидент с соседом, когда тот пришел ее “покупать”. Правда, после общения с Даниелем, мужчина больше не появлялся и вроде выставил свой дом на продажу.
— Да, — не стал отрицать супруг, — дознаватели уверены, что за лавкой следят, чтобы первыми узнать, если у кого-то еще появится редкий дар. И рассчитывают, что снятие ограничений подтолкнет их к действиям. Например, они начнут интересоваться ее приобретением или еще как-то проявят себя. Поэтому я тут еще и для вашей защиты.
Это успокоило. Все таки, мужчина в доме — это хорошо и правильно. Но смущало еще кое-что, и я спросила:
— А консумация, ты же пошутил, да?
— Катрин, признаюсь честно, я хотел бы нормального брака с тобой. Будь на то только моя воля, мы бы давно жили, как муж и жена. Я сказал это, чтобы ты перестала бояться дворца и переключилась на другое. Извини. Обещаю, что никогда не сделаю ничего против твоей воли.
Тогда я ничего не ответила, молча кивнула. А про себя подумала, что наверное, при других обстоятельствах я бы тоже хотела нормального брака.
Но не в чужом же мире с незнакомым мужчиной!
* * *
Но прошел год и за это время многое изменилось. Я привыкла, что рядом со мной человек, на которого можно положиться. Поняла, что он мне нравится, сильно, но тщательно скрывала это.
Даниель же не стеснялся демонстрировать свою симпатию и внимание. Он открыто флиртовал со мной и позволял себе гораздо больше, чем простой секретарь. Сначала я шарахалась, потом смирилась. Прошло еще время, я привыкла и начала отвечать на его ухаживания и заигрывания.
Кроме того, мы вместе работали с книгами, и к нам приезжал учитель, который помогал развивать дар. Дан действительно слышал книги и вдвоем мы даже восстановили книгу, которую купил Янис, а я захоронила в саду. Ее мы отдали его Величеству и компенсации за изъятие вредоносного экземпляра нам хватило, чтобы покрыть все расходы на реконструкцию дома.
