Мастер Трав X (СИ) - Мордорский Ваня

— А что теперь?

— А теперь, Элиас, представь такую картину. Представь, что всё, что у меня есть — все мои доходы, весь мой товар, а его много, поверь мне, — так вот всё это мне нужно будет делить с Гильдией. И отчитываться за каждую каплю эликсира. Представил?

Я кивнул.

— Как ты думаешь, хочу ли я делиться всем этим? Даже дай мне новые рецепты Гильдия, посмотри на меня… Я уже не молод, и на освоение каждого рецепта у меня уйдет очень много времени и ингредиентов, которых, я уверен, мне никто не даст. Их дадут молодым, а мне…мне скажут заниматься тем, что уже умею.

Я застыл. А ведь он чертовски прав! Во всех пунктах — от времени на освоение рецептов, до факта, что как только он наденет одежды Гильдии, все его отвары, зелья, все поставки станут «подотчетными». У него банально не будет времени на всю эту «серую алхимию». У каждого алхимика Гильдии, скорее всего, строго свои функции и задания в плане варок. Как тогда выкроить время на всё остальное?

И вот с этой стороны я на ситуацию Хабена вообще не посмотрел. Но Эйна…если она такая «интриганка», и успела собрать информацию обо мне, о моих посещениях гнилодарцев и Марте — неужели она не узнала о Хабене, чьи тайны даже более на виду, нежели мои? Нет, она знала, так почему же тогда отправила меня?

— Вдобавок, — Хабен криво ухмыльнулся, — ты забыл одну важную вещь, а может забыла и Эйна. Я — часть другой структуры.

— Ты про… черных алхимиков и всё это…

— Ага, вижу ты знаешь, как таких называют, — кивнул Хабен. — И ты ведь тоже был недолго частью этой структуры, помогая мне в разных вещах.

— Подожди. — прищурился я, — Так уж структура? Я думал все вы действуете по отдельности.

Хабен просто отрицательно покачал головой.

— Но ты не боишься, что Эйна, получив власть, может убрать всю эту… кхм… теневую торговлю? — спросил я.

— Убрать? — Хабен искренне рассмеялся. — У нее такой власти нет. Как не было ее и у Марты. Как ты думаешь, Элиас, с чьего позволения всё это вообще происходит, а?

Я вспомнил перстень высокопоставленного гильдейца, который видел Элиас, подглядывая за переданным товаром в караван-сарае за городом. Уже тогда, просматривая его воспоминания я понял, что не всё тут так просто, и что таких как Хабен действительно кто-то прикрывает сверху, потому что без этого они бы не существовали так вольготно и спокойно.

— С позволения самой Гильдии? — тихо спросил я.

— Конечно! — Хабен допил чай и со стуком поставил кружку на стол.

— Ну…даже если представить, что отдельные члены Гильдии «за» такое «сотрудничество», но ведь точно не все. Быть такого не может! — я сделал вид, что удивился, и ни о чем подобном не подозревал.

Хабен покачал головой и ухмыльнулся, будто я сказал какую-то глупость.

— Верхушка — «за». — коротко сказал он.

— Зачем это им? — прищурился. я

— Есть вещи, которые Гильдия может делать официально, а есть те, которые не может, Элиас, ты уже должен понимать это. Вот все эти… кхм… черные торговцы, контрабандисты — это то, что Гильдия делать напрямую не может. И не хочет, чтобы это фигурировало в их чистеньких отчетах. Есть огромный оборот того, что запрещено в Королевстве, но что приносит колоссальные деньги. Быстрые, но опасные способы преодолеть ступени Дара, незаконные звери, запретная алхимия и прочее. А для всего этого есть богатые покупатели там, в больших городах, не у нас. Удивительно, но у нас как раз таки подобным почти не балуются.

Я застыл, впитывая каждое слово.

— Так зачем Гильдии лишать себя такой огромной части дохода? — риторически спросил Хабен, — Дохода и возможностей, которую дает обладание такой вот «запрещенной» алхимией.

— А что мешает им делать это в открытую? — не понимал я. — У них и так вся власть над алхимией. Кто там их будет проверять, что они у себя в лабораториях варят?

— А вот тут-то ты и не прав, Элиас. Будут проверять. А мешать в открытую будут Законы, — серьезно ответил Хабен. — Но законы — это просто слово, а вот другие гильдии, которые следят, чтобы эти законы соблюдались, и чтобы расход с приходом сходились, уже не просто слова. Там, в городах, и в столице, Элиас, всё не так, как у нас, в глуши. Там гильдии грызутся друг с другом за каждый дополнительный кусок власти и влияния. И каждая из них будет использовать всё для своего усиления. Потому что это косвенный контроль над Королевством.

Не такого диалога ожидал я от Хабена, когда шел к нему. Совсем не такого.

— Я этого не знал, — признался я, почесывая затылок. — Да и дед о таком не рассказывал.

— Потому что твой дед — старый охотник. Он не часть «структуры», он даже со своими гильдейскими рассориться сумел, и это при том, что его уважали. Это сейчас, я так погляжу, характер у него посмирнее стал, а раньше…

Хабен покачал головой. Ну с другой стороны, я понимал, что прозвище Лютый так просто не прилипает к охотнику.

— Кроме того, — добавил травник, — Охотники…они все немного туповаты. Всё уходит в мышцы и силу. Им только и нужно думать о том, как перехватить меч или другое оружие поудобнее и жахнуть по монстру. К чему думать, если ты здоровый и сильный? Думать приходится слабым и увечным. Вот кто действительно умеет выживать и не идти напролом.

— Допустим. — прищурился я, — Но если я знаю о том, что существует теневая торговля, неужели другие гильдии не знают?

— Знают, еще как знают, — фыркнул Хабен, — Но у них у самих рыльце в пушку. Ты думаешь, только Гильдия Алхимиков такая «грязная»? Как бы не так! А откуда, к примеру, появляются химеры? Кто проводит скрещивание таких существ, которое строжайше запрещено Советом? А?

— Я не слышал ни про каких химер, — я удивленно моргнул.

— Это потому, что во-первых их у нас не водится, а во-вторых, потому что они официально запрещены и их «не существует». А если и убили какую тварь странную в лесах возле Столицы, так это мутант из Глубин забрел неизвестный.

Химеры. Еще одно слово, которое ни разу мне тут не встречалось. И, значит, они водятся возле столицы.

— Так вот, хоть они и запрещены, — продолжил Хабен, — Но почему-то это не мешает сильным Приручителям их создавать в тайне на заказ. И, конечно же, очень удобно, что эти приручители не входят в Гильдию.

Странно, что даже Тран о таком не упоминал.

— В общем, Элиас, ты еще многого не слышал в этой жизни, но мы что-то снова свернули не туда. Да и вообще…есть вещи, о которых говорить лучше потише.

Он замолчал, глядя на уже пустую кружку, а потом добавил, и в его голосе проскользнула неожиданная, искренняя горечь:

— Я всё это к тому говорю, что кроме того, что мне просто невыгодно становиться частью Гильдии, мне никто и не позволит этого сделать. Я уже слишком глубоко увяз в этой теневой структуре, меня никто не отпустит. Поэтому… нет. Не выйдет у нас с Эйной сотрудничества. Можешь так и передать.

Я отошел к витрине, делая вид, что рассматриваю пустые колбы, а сам лихорадочно обдумывал услышанное. Хабен знал невероятно много. Он был куда более ценным источником информации об устройстве этого мира, чем я себе представлял. Да что там, он уже рассказал больше, чем Грэм и Тран вместе взятые. И, похоже, мог рассказать много чего еще. Он знал и про столицу, и про устройство власти в ней, но самое главное — я увидел Хабена совсем другим. Не человеком, который продает запрещенную алхимию, потому что он плохой, а человеком, который лишь винтик большой системы, большого механизма. Да…он предал Ульму, но если подумать, то не только он. Не он один в этом участвовал, значит и другие вольные травники ничем не лучше его с моральной точки зрения.

— Ты много знаешь, Хабен, — произнес я, поворачиваясь к нему.

— Жизнь заставила, — скривился тот, — Я бы и рад многого не знать, что знаю, но увы…если уж погряз в дерьме, то по самые уши. Уже не выкарабкаешься.

— Дед был категорически против, чтобы я… кхм… работал на тебя.

— Был против? — хмыкнул травник. — Думаю, он и сейчас против.