Я цокнул языком. Министр внутренних дел взмахнул тонкой кистью, намекая мне на то, что по нему плаха давно плачет, поэтому ничего страшного, если он наговорит ещё на одну статью. Но я был благодарен.
— А если серьёзно?
— А если серьёзно, то наш король, как любой монарх, очень озадачен вопросами поголовья знати. — Процедил едко так, как будто бы самому пришлось жениться на ненавистной бабе.
В толпе я увидел блёклые глаза леди Трилони. Горячая волна прошлась по телу. И Анна сильнее, словно бы почуяв угрозу, сдавила мне пальцы так, как будто собиралась сломать.
Я не понял, как Анна узнала, что это именно она. Скорее всего, что-то интуитивное. Но сейчас дракон только любопытно поднял морду. А на болючий жест со стороны Анны посмотрел с оценивающим интересом.
И я зашипел про себя:
— Только попробуй.
Анна терялась в этом многообразии запахов, цветов и показной роскоши. Я мог по пальцам пересчитать тех, кто действительно занимал своё место по праву, а кто просто попытался казаться таким.
Леди Бенедикт — вдовствующая графиня, едва сводила концы с концами. Несмотря на то, что умудрилась выдать замуж всех троих дочерей, это никак не помогло ей вылезти из долговой ямы. Я подозревал, что намного эффективнее в этом случае было бы не тратиться на молодых любовников.
Я качнул головой. Лорд Август едва поклонился, разглядев меня в толпе, и вскинул удивлённо брови, оценивая Анну заинтересованным взглядом.
И когда пришла очередь поприветствовать одного из наследников, многоуважаемого Ратирона, я приложил всё своё красноречие для того, чтобы это приветствие не казалось вычурным.
Анна учтиво поклонилась, не поднимая взгляда от пола.
— Я не рассчитывал вас увидеть, господин Шейн.
— От таких приглашений, как ваши, не отказываются.
Ратирон улыбнулся. Зелёные глаза с прожилками малахита оставались серьёзными.
— В таком случае вам очень понравится сегодняшний вечер.
— Не сомневаюсь. — Коротко произнёс, понимая, что никто здесь никому не дорогой и ненадёжный друг.
И от этого десны ныли.
— Через несколько лучин сможете выразить свои восхищения королю с королевой. — Добавил Ратирон и, слегка поклонившись, заметил: — Леди Анна, вам безумно идут рубины.
Рык утробный, гулкий поднялся из глубины.
И это рычал не я.
Комок паники застыл в глотке. Я вслушался в свои ощущения, понимая, что что-то зверь сегодня был не в духе. Я бы сказал, не в ресурсе.
Анна проводила взглядом наследника и уточнила:
— А что он имел в виду?
Я вздохнул.
— Рубины принадлежали прабабке Лукреции, если я не ошибаюсь, она их получила как один из королевских даров.
Пришлось коротко рассказать Анне эту историю, и она положила тонкие пальцы на центральный рубин.
— Может быть, это был тонкий намёк на то, что принадлежит короне — вернулось короне? — Заговорщицки произнесла Анна, вставая на носочки и дотягиваясь до меня.
Я улыбнулся, как будто бы она сказала очень удачную шутку, и приобнял её за талию. Наклонился к шее и заворковал:
— И это была бы самая меньшая из проблем, которая у нас сейчас есть. Но, к сожалению, это не так. Мне кажется, просто он в курсе, что делает это ожерелье.
Анна положила ладонь мне на грудь и лукаво улыбнулась. Она поняла меня.
Король соизволил выслушать от нас восхищение, и этим вечером была брошена очень интересная фраза.
— А как вы, леди Шейн, чувствуете себя в разводе?
Король говорил мягко, тихо, так, что приходилось безумно сильно вслушиваться. Но Анна прекрасно всё расслышала, всё поняла. Поэтому сильнее сдавила пальцы на моём предплечье.
Я опустил глаза.
— Я по-прежнему леди Шейн. Я по-прежнему жена своего мужа, какие бы бумаги не говорили об обратном.
Глава 68
Анна.
Король рассмеялся, словно я сказала удачную шутку, и смеялся так искренне, что я поддержала его тонкой полуулыбкой, которая говорила о том, что я, конечно, понимаю, что вам весело, но это истинная правда.
— Леди Шейн, вы так юны и так романтичны.
Я не первый раз встречалась с королевской четой. До этого были кратковременные встречи на таких же вечерах. Но на меня никто никогда не обращал какого-либо внимания, поэтому я постоянно терялась где-то в тени Герберта, стараясь далеко от него не отходить.
— У нас с мужем двое детей. Я думаю у меня достаточно житейского опыта для того, чтобы романтике я уделяла меньше всего времени.
Король ещё раз засмеялся. Королева поддержала. В её серых глазах мелькнуло даже какое-то сочувствие. И это мне не понравилось.
— Леди Шейн… — король покачал головой. — Это, конечно, замечательно, что вы, несмотря на то, что пережила ваша семья, по-прежнему придерживаетесь постулатов семейности и всепрощения. Но я не так добросердечен.
Ладонь Герберта сдавила мои пальцы, я напряглась. В серых глазах королевы взметнулось плохо сдерживаемое раздражение.
— Дорогой, — картавя на буквах «р», протянула королева, наклоняясь к мужу, — мне кажется наше участие будет лишним.
— Дорогая, — в тон ей и, слегка передразнив, отозвался король. Тёмные, как смоль, волосы, зачёсанные назад и перехваченные жемчужным шнурком были тяжёлыми. И поэтому при наклоне к жене пряди упали с плеча. — Я все же считаю, что если люди приходят к какому-то решению, то не надо его никогда отыгрывать назад, именно поэтому леди Анна, чудесная, прекрасная леди Анна из рода Лунного Камня.
Мне не нравился его взгляд, мне не нравилось то, как он со мной разговаривал.
— Генерал Антрас жаждет познакомиться с вами. И сделать предложение, от которого вы не сможете отказаться.
Я прекрасно поняла, что это не предложение, это приказ.
В глубине души взметнулась паника, боль, страх, животный, необъяснимый.
Я готова стоять напротив дракона, я готова смотреть вертикальные зрачки дракона. Гладить чешую, которая как холодный гранит.
Но это должен быть мой дракон.
Герберт выдохнул тяжело.
— Ваше величество…
— Не надо, мальчик мой, не надо, — поспешно остановил Герберта король, — не надо, мальчик мой. Ты будешь сейчас, конечно, очень недоволен, но некоторые решения не имеют обратной силы. Так я сказал.
— А моё мнение здесь не учитывается? — Дерзко спросила, понимая, что в разговоре с королевской четой нельзя поступать так. Королева посмотрела на меня с сочувствием, намекая на то, что глупая я, глупая, совсем ничего не понимаю.
— Генерал Антрас один из достойнейших мужей. Его грудь изранена шрамами, и также эта грудь занята медалями. Северный гарнизон принадлежит генералу. Его называют герцогом севера. Вы не знаете, от чего отказываетесь, милая моя Анна.
Король слегка склонился, показывая пренебрежение. Герберт стиснул мои пальцы сильнее, намекая на то, чтобы я прекратила.
— И поэтому вам следует познакомиться. И как минимум уделить несколько лучин своего времени для того, чтобы генерал Антрас провёл его в такой приятной компании. Он холост, силён, знатен. Он покоряет земли. И приумножает влияние нашей империи. Это один из достойных мужей, леди Анна, и крайне необдуманно сейчас действовать так, будто бы вам это в тягость.
— Как жена своего мужа я не имею права.
— Вы не жена своего мужа. — Повысив голос, произнёс король.
Я опустила глаза.
— Генерал Антрас прибудет с минуты на минуту. Леди Анна, вам оказана великая честь.
Я понимала, что любой мой протест будет воспринят в штыки. Я не достучусь до голоса разума. Я не объясню, что есть лорд Шейн, который изменник, предатель, но лучше он, чем кто бы то ни было.
Генерал Антрас появился среди толпы.
Я почему-то сразу поняла, что это он.
Высокий, широкоплечий, светло-русые волосы. Только улыбка разбойника с большой дороги. Хищный разлёт бровей. И когда генерал приблизился с поклоном поприветствовать короля и королеву, меня меня коснулся его запах — кровь и металл.
— Герберт. — Тихо произнесла я одними губами, но муж сжал сильнее мои пальцы.
