Искра Свободы 2 (СИ) - Нова Александр

Второй, коренастый, вырвался вперёд, оставив позади Гастона, стремясь зайти Селене в бок. Но я не дал. Удар копьём на всю длину, окончившийся ещё одним «дзинь», но противник был вынужден переключиться на меня.

Гастон и коренастый насели на меня. После размена парой ударов стало ясно, что техника Гастона не уступает моей — у него тоже был 2-й уровень навыка — и только благодаря возможности удерживать дистанцию из-за длины копья Гастон со своим напарником меня ещё не закололи. Но всё к тому шло.

Они давили вдвоём, заставляя меня пятиться к баррикаде. Я отбивался древком, иногда атаковал в ответ, но теснили меня жёстко и слаженно: удары сыпались один за другим, мне приходилось работать на пределе.

Сверху щёлкнула тетива. Стрела вошла коренастому в бедро. Он зарычал, нога подогнулась, и на миг напарник Гастона сбился с ритма.

Я активировал модификацию «Время охотника (Е)». Мир вокруг замедлился. Я стал в полтора раза быстрее на целых пять секунд…

Раз. Удар пяткой копья под колено Гастону. Он пытается отступить, но не успевает — я быстрее. Раздался мерзкий хруст кости. Замедление времени не только сделало меня быстрее, оно ускорило и мои удары. А чем выше скорость, тем больше сила удара. Гастон взвыл, глаза его расширились от боли, нога подломилась.

Два. Гастон ещё падает, делаю шаг в сторону и наношу удар в шею коренастому. Тот не успевает среагировать, наконечник пробивает его шею.

Три. Противник хрипит, я выдергиваю копьё из его тела.

Четыре. Гастон ещё судорожно цепляется за меч, пытаясь меня достать. Удар пяткой копья по руке. Опять хруст, оружие выпадает из рук Гастона, а крик заполняет первый этаж.

Пять. Рывок к высокому.

Действие модификации закончилось, и высокий успевает уйти из-под моего удара, нацеленного в шею, а заодно и оценить обстановку.

Увидев, что остался один, высокий, резко повернулся и рванул к двери. Он хотел уйти быстро, по-крысиному, как и пришёл. Но замешкался в дверях: труп того, кого Жан снял первым, лежал поперёк выхода, и высокий споткнулся о его тело, едва не упав.

Жан наконец-то перезарядил своё оружие. Арбалет щёлкнул, и болт вошёл высокому точно в затылок. Убегающий сделал ещё шаг и рухнул лицом вниз уже на улице, на которую так стремился.

Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Я медленно опустил копьё и огляделся. Три трупа, один тяжело раненный на лестнице и Гастон с поломанной рукой и ногой.

Жан отложил арбалет и принялся вязать Гастона, предварительно раздев. Тот пробовал сопротивляться, но Жан резко ударил его в переломанную руку. Гастон заорал, а Жан ударил ещё раз:

— Делай, что я сказал, мразь, или яйца тебе сейчас отрежу!

Крик Гастона постепенно превратился в скулёж, и он выполнил требования Жана. Тем временем Селена проверила нападавшего, который оказался в капкане.

— Голень раздроблена, большое кровотечение. Не жилец, — констатировал наш доктор, и я одним движением копья добил раненого.

— Они все инициированные, — Жан уже справился со своим пленником — спеленал Гастона — и споро обыскивал трупы, складывая всё ценное в центре комнаты. — Нужно церковников звать, чтобы те ядра извлекли и проверили все. Но так мы делать не будем, иначе и нас загребут. Трупы нужно отнести и сбросить в канаву в нескольких кварталах отсюда. Там их утром найдёт стража и уже сама со всем официозом разберётся. Услуги стражи обойдутся в 12 лоренов. Я заплачу из своих, потом вычтем из добычи.

Жан зажёг лампу и в её свете придирчиво ещё раз обыскал трупы. И даже нашёл хитро спрятанный кошель с монетами.

— Селена, может осмотреть Гастона? Чтобы он не сдох раньше времени, — попросил Жан, не отрываясь от обыска.

Пока Селена возилась с Гастоном и накладывала ему две шины, мы с Жаном перенесли трупы в указанное им место. Самого Гастона спустили в подвал и привязали к стулу, после чего убрали кровь в помещении. Дом возвращал себе приличный вид, будто и он предпочитал не помнить, чем люди здесь занимались полчаса назад.

— Ну что, зададим пару вопросов нашему ночному гостю? — с усмешкой, от которой пробрало до печёнок, спросил Жан.

Глава 25

Цена признания

Я прикрыл глаза, чувствуя омерзение. Было очевидно, что Жан не собирается ограничиваться только разговорами. Но и Гастон пришёл сюда не чаю попить, а за нашими головами.

— Селена, — Жан, не дождавшись моего ответа, повернулся к девушке, и в его голосе не осталось ни капли недавней усмешки, только жёсткость. — Одолжи мне свои хирургические инструменты. Мне нужно полчаса на 'подготовку гостя. Потом, Эллади, можешь спускаться.

Омерзение стало настолько сильным, что я невольно скривил лицо. Селена тоже замерла, глядя на Жана с лёгким прищуром.

— Не переживайте, — Жан поднял ладонь, будто успокаивая. — Инструменты я пока в ход пускать не буду. Только наглядно разъясню Гастону его положение.

Селена помедлила ещё немного, явно не в восторге от идеи, но всё же молча кивнула. Она поднялась наверх и принесла небольшую кожаную сумку. Жан принял её без слов, перекинул ремень через плечо и направился к лестнице в подвал. Шаги по деревянным ступеням гулко прокатились по комнате, потом дверь закрылась, и стало тихо.

— Это может затянуться, — обратился я к своим бойцам. — Так что идите отдыхать.

Селена выразительно посмотрела на двери в подвал, и я поспешил её успокоить:

— Я прослежу, чтобы Жан не зверствовал. И инструменты простерилизую, даже если их не пустят в ход.

— Спасибо, но я тут посижу, — мягко возразила Селена.

Я пожал плечами и заварил чай. Лис немного поколебался и, решив, что он тут лишний, а может, просто спать хотел, ушёл в свою комнату. Я сидел у камина с кружкой и, пытаясь не думать, что именно Жан называет «разъяснением положения». Минуты тянулись медленно, но время неостановимо бежало вперёд. Наконец я встал, через силу улыбнулся Селене и спустился вниз.

В подвале было сумрачно. Свет единственной масляной лампы выхватывал лишь центр помещения. Дальние углы тонули в тени, и только у стены смутно чернели две решётчатые клетушки, в которых ночная гильдия, если требовалось, держала особо неудобных гостей.

Гастон сидел голый, крепко привязанный к стулу. Жан аккуратно срезал с него исподнее — оно валялось кучей в углу. Перед пленником на белом полотенце, расстеленном на столе, были разложены инструменты Селены. Блестящие, острые, хищные. Щипцы, скальпели, иглы… Всё это до боли и спазмов в животе напомнило мне пыточную, где совсем недавно я сам находился в похожем положении. Только теперь стул жертвы занимал Гастон. Во рту у него торчал кляп, а глаза, полные страха, метались между мной и Жаном.

Жан стоял рядом, неторопливо перебирая инструменты. Он взял щипцы и спокойно поднёс их к лицу Гастона. Металл холодно блеснул в свете лампы.

— Может, стоит вырвать глаз нашему ночному гостю, — произнёс Жан буднично, обращаясь ко мне, — чтобы сразу доказать серьёзность намерений?

Гастон дёрнулся всем телом, мыча что-то нечленораздельное сквозь кляп. Глаза его лезли из орбит, мышцы на руках и ногах напряглись до дрожи, но верёвки держали крепко. Стул жалобно скрипнул, но не поддался.

Ощущение мерзости происходящего усилилось, хотя мне казалось, что дальше уже некуда. Участвовать во всём этом я не хотел. Но и уйти, сделав вид, что я здесь ни при чём, а всё Жан, было отвратительно вдвойне. Я поднял руку, останавливая Жана.

— Давай для начала дадим твоему «другу» хотя бы шанс всё рассказать. Если станет упираться или врать, то я выйду, и делай с ним что хочешь.

Гастон закивал головой так энергично, будто ему предложили мешок золота совершенно безвозмездно. Жан картинно вздохнул, словно его лишили любимой игрушки, и с показным нежеланием положил щипцы обратно на полотенце. Металл тихо ударился о дерево.

— Ладно, давай попробуем, — протянул Жан. — Но учти, Гастон… я очень не люблю, когда меня подводят.