Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12 (СИ) - Афанасьев Семён

Премьер о своей отставке пока не объявлял, но было ясно, что это вопрос времени, а не вопрос да или нет, как и досрочные выборы.

— Кажется, вы так и не поняли, что означает, когда японка со своей тарелки что-то кладёт мужчине, — хмыкнула Йошида, не отрывая взгляда от мяса.

Судя по наморщинному лбу собеседника, электронный переводчик в очередной раз тупанул и не так перевёл, к этому они уже тоже привыкли.

Повторять фразу медленнее либо перефразировать простыми словами безопасница не стала.

— Какие варианты есть у меня для получения долгосрочной визы? — генерал отложил в сторону приборы и твёрдо посмотрел на спутницу. — Я не хочу уезжать отсюда только из-за виза-рана. По личным обстоятельствам.

Со вчерашнего вечера смешным для неё моментом стали постоянно оплачиваемые им счета за двоих в таких вот заведениях — и более чем неодобрительные взгляды других японок из-за соседних столиков, поскольку видно (точнее, слышно), что она с иностранцем.

Йоко очень хорошо представляла, за кого её в такие моменты принимают, и в душе над этим хихикала — Ченю невдомёк, что по японским правилам на первых свиданиях счёт ВСЕГДА делится пополам.

До красноречивого же презрения соотечественниц Йошиде дела не было.

— Как говорит незабвенный Решетников, «страноведения кое-кто не изучал от слова совсем», — пробормотала она на автомате насчёт двух половинок бифштекса, затем сообразила, что ляпнула лишнее, и прикусила язык.

— Какие у меня варианты по визе? — хань ждал ответа и напоминал себе.

Йоко задумалась как перед прыжком в воду с вышки.

Как профессиональный психолог она ещё накануне поняла, но не сразу себе в том призналась: все эти годы её подсознание, которое Решетников зовёт автопилотом, настойчиво требовало заботы и внимания (демоны, дался же этот хафу, так и лезет на язык. Впрочем, конфликт с ним в прошлом и сейчас они скорее на одной стороне, причём стратегически).

Не смущаясь, она тогда позвонила двоюродной сестре, рядом с Хину кстати оказалась неразлучная подруга-гангстерша. Йоко без затей через кузину переадресовала вопрос той и получила от коллеги-психолога комментарий, совпавший с её собственными выводами:

— На самом деле ты ищешь мужа-отца. В курсе теории Кандзаки о ролевых ожиданиях в партнёрстве?

— Да.

— Муж-отец, муж-сын, муж-друг, — якудза пропустила слова собеседницы мимо ушей. — Насколько могу судить из твоих похождений, которые случились на моих глазах, твой внутренний конфликт такой: позаботиться о ТЕБЕ, да НОРМАЛЬНО, в состоянии человек, который по-хорошему прожил здорово дольше тебя и настолько же больше тебя увидел в жизни.

— Почему? — Йоко знала ответ, но в порядке психотерапии хотела услышать его от кого-то ещё, чьей экспертности доверяла.

Что по определению в её ситуации непросто.

— Потому что ровесник или парень младше — как у тебя в основном случалось — не могут иметь твоего базиса. К твоей докторской степени, дополнительному образованию и кругозору я плюсую твой очень нетривиальный опыт работы на весьма непростой должности в компании мирового уровня.

Верить именно Миёси-младшей было можно, особенно с учётом собственных выводов по теме.

Йошида искренне поблагодарила и повесила трубку, а сейчас собиралась внести в свою жизнь радикальные коррективы:

— Первый вариант, устроиться на работу к кому угодно из близких знакомых.

— Не хочу и с этим тоже идти к нему, — поморщился Чень, явно имея в виду Миёси Мая и не замечая женских глаз напротив. — Он, конечно, не откажет, но я уже так устал…

— От чего? — как умная восточная женщина она уловила заминку в его словах и не позволила недоговорить.

— Быть в самом низу всех иерархий после того, как всю жизнь провёл на самом верху, — он спокойно выдержал её взгляд. — Мне чуть больше пятидесяти, я почти на два десятка лет старше вас.

— Второй вариант, — без эмоций кивнула Йошида. — У нас есть техническая возможность привязать вас как свидетеля к расследованиям, вы понимаете каким, — оглянулась вокруг себя на автомате, вблизи никто не сидит, не слышит.

— Что это даёт? — генерал заинтересовался.

— Появляется процессуальный интерес государства к вашей личности. Письмо в МИД, это может сделать любой полицейский из десятков, занимающихся сейчас… вы поняли, чьим делом, — она повторно удержалась от упоминания высоких имен вслух. — МИД через департамент консульской службы в любом из отделений, хоть и через три квартала от Йокогамы, эту визу вам в паспорт ставит в течение трёх рабочих дней.

— Точно? — интерес Ченя стал выпуклым. — На какой период виза? Даёт ли право работать? — деньги у него были, и немалые, как она успела заметить за время всех этих походов по ресторанам — но было подозрение, что не собственные, а всё-таки от друга Миёси.

— Если вы так хотите поработать, давайте сделаем рабочую визу от моего департамента, — улыбнулась Йоко. — Это будет полностью обоснованный найм, с учётом вашего прошлого в профильной комиссии ваша кандидатура вопросов не вызовет.

Генерал резко замялся, было видно, что зависимость от спутницы ему не по душе:

— Давайте оставим этот вариант как запасной.

— Во втором случае виза годовая с возможностью продления — такие судебные кейсы у нас длятся не по одному году. Вы должны как свидетель быть доступны для органов дознания. Вас не могут удерживать в стране силой, но если вы сами изъявляете желание — и не возражаете — Япония с большим удовольствием выдаст вам разрешение на пребывание. Можно ли работать по такой визе: решается в индивидуальном порядке во время вашего собеседования в департаменте консульской службы.

— Вы говорили, три варианта. Какой третий?

— Сейчас доедаем, — Йоко забросила в рот маленький кусочек стейка, — и уходим. Отсюда недалеко до метро, машин не вызываем (у каждого из них было по водителю в распоряжении, у неё — от концерна, у него — от Эдогава-кай).

Взрослый генерал влетел в расставленный женщиной виртуальный капкан, как… нужной формулировки не подобралось:

— Зачем нам метро? Куда мы поедем?

— Ко мне. Вам не надоело жить при бассейне Атлетики?

Два профессионала смотрели друг другу в глаза и не моргали. Демоны, мне уже почти тридцать пять, почему я с таким замиранием жду его ответа, выругалась про себя Йошида, досадуя на собственное нервы, ставшие непослушными.

— В Атлетике очень хорошее место для жизни, полный premium, — серьёзно ответил Чень. — Я им очень благодарен за всё, мне там комфортно и удобно. Однако по причинам личного характера весь их гигантский гостевой сектор не сравнится даже с маленькой комнатушкой, если вы живёте в таковой. При условии, что со мной будете вы.

— Через электронный переводчик такие вещи в общественных местах при моих соотечественниках лучше не обсуждать, — хохотнула Йошида, незаметно указывая сразу на две парочки, усевшиеся по соседству как по заказу. — Но мой ответ такой: разумеется, там живу я. Куда ещё я могу вас везти после всех этих прогулок?

Мужчинам за столами рядом до неё дела не было, а вот японки опять кислыми минами давали понять много больше, чем расшифровал бы любой гайдзин. Что они думают о её моральном облике.

— Я согласен на третий вариант, — уверенно заявил беглый генерал, подзывая официанта знаком и забывая о бифштексе.

Платить в этот раз Йоко ему не позволила:

— Дома объясню, почему.

В традициях и обычаях страны пребывания Чень не ориентировался от слова совсем, было ясно сразу. Интересно, какое будет у него лицо, когда он узнает, чтобы в Японии все деньги семьи — у жены? И супруг в прямом смысле отдаёт супруге всю зарплату, чтобы потом в течение месяца получать свои же деньги (часть) ежедневно на личные расходы?

От этой мысли Йошиде стало весело и она громко рассмеялась на весь ресторан, игнорируя вспыхнувшие сложной смесью презрения и удивления взгляды других посетителей.

Чень причин её оживления не понял, однако тоже был профессионалом и на месте уточнять не стал — физиономии окружающих от него не укрылись.