Учитель гениев (СИ) - Мазуров Дмитрий

Мы замедлили бег, только когда оказались в безопасном месте, за несколько кварталов от особняка. Астрид остановилась, тяжело дыша, и посмотрела на меня. Её глаза светились, как звёзды в ясную ночь, и я на мгновение забыл, как дышать.

— Мы сделали это, — прошептала она. — Ты сделал это, Фауст. Спасибо! Ты сдержал своё слово.

Казалось, ещё немного, и она набросится на меня, чтобы… кхм… Уж слишком однозначный у неё был взгляд. Впрочем, она смогла взять себя в руки.

— Ещё не всё, — я перевёл дыхание, чувствуя, как адреналин постепенно отпускает мышцы. — Мы ещё не знаем, выжил ли Вэнс. Да и даже если нет, то осталось ещё «добить» его род. Но сделаем мы это чужими руками, как и планировали.

Я посмотрел в сторону особняка, где ещё клубился дым, и почувствовал, как в груди разрастается холодное спокойствие, которое не могли нарушить ни крики, ни свет пожара. Я сделал то, что должен был. Жалел ли я о том, что по моей вине сейчас погибло столько людей? Ни капли. Я просто избавился от угрозы. И так будет с каждым моим врагом.

Глава 28

Дым над особняком Вэнса рассеивался медленно, будто нехотя, оставляя после себя лишь чёрные обгоревшие стены и запах гари, который разносился по всему кварталу. Я стоял на крыше соседнего здания, глядя на то, что осталось от крепости моего врага, и чувствовал, как внутри разливается странное спокойствие. Не радость, не удовлетворение. Просто тихая уверенность в том, что я сделал всё правильно.

— Ты доволен? — спросил Широ, сидя на моём плече и глядя на дымящиеся руины.

— Да, — просто ответил я, невольно улыбнувшись.

Мы спустились с крыши и скрылись в лабиринте ночных переулков. Шей уже ждал меня на нашей базе. Он сидела на старом стуле, сжимая в руках папку с документами, и его глаза горели холодным огнём предвкушения.

— Ты сделал это, — сказал он, и его голос дрогнул от переполнявших чувств. — Ты уничтожил его…

— Нужно ещё убедиться в этом. Но да. Я уничтожил его тело, — поправил я, садясь напротив и забирая у него папку. — А теперь нужно уничтожить его наследие. Иначе рано или поздно кто-то из его рода попытается отомстить.

Я открыл папку и пробежал глазами по документам. Там были записи о теневых сделках, подкупах чиновников, нелегальных контрактах с тёмными артефакторами, договорённостях с наёмными убийцами и кое-что ещё интересное. Всё то, что нужно, чтобы уничтожить род Вэнсов раз и навсегда. Но для начала нужно было, чтобы Шей провернул свою часть плана.

— Шей, ты готов? — спросил я у друга.

— Да. Нужно лишь передать данные и всё начнётся. Информация о их теневых операциях начнёт просачиваться в нужные уши. К утру весь город будет знать о том, чем на самом деле занимался герцог Вэнс и его род.

Астрид посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло что-то, чего я не мог разобрать.

— И что теперь? — спросила она. — Что мы будем делать, когда всё закончится?

— Мы будем жить дальше, — ответил я, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой. — Гильдия продолжит свою работу. Ты получишь то, что хотела. А я… я продолжу учиться и становиться сильнее. Врагов у меня ещё достаточно.

Утро в столице началось с суеты. Слухи о взрыве в особняке Вэнса разлетелись по городу быстрее, чем я мог предположить. Уже к полудню на всех перекрёстках обсуждали трагическую гибель герцога и его семьи. Кто-то говорил о несчастном случае, кто-то — о мести врагов, кто-то — о том, что сам император приказал уничтожить слишком зарвавшийся род. Гильдия позаботилась о том, чтобы нужная информация попала в правильные руки, а нужные слухи — в правильные уши.

Я сидел в своей комнате в академии, перебирая документы, которые мы вынесли из особняка. Большая часть из них была бесполезна для меня — просто записи о делах, которые уже потеряли актуальность. Но были и те, что могли стать серьёзным оружием против врагов Вэнса. И против моих врагов тоже. Я смотрел на эти бумаги и чувствовал, как внутри меня крепнет уверенность — род Вэнсов больше не был угрозой. Но что-то внутри меня подсказывало, что это ещё не конец.

— Ты собираешься использовать это? — спросил Широ, устроившись на стопке книг и глядя на меня своими чёрными бусинками глаз.

— Разумеется, — ответил я, откладывая один из листов в сторону. — Но чуть позже. Сейчас нужно дать городу переварить текущие новости. А затем добить новой волной.

— Думаешь, они попытаются опровергнуть всё это?

— Естественно. Слишком гордый род, чтобы смириться с поражением. Но у них ничего не выйдет. Без их главы они потеряли слишком много сил и влияния. — Я откинулся на спинку кресла, разглядывая потолок. — Они будут пытаться сохранить лицо, но каждый их шаг будет только сильнее их топить. У них больше нет денег, нет союзников, нет защиты. Они обречены.

— Но Вэнс был не единственным в своём роду, — заметил Широ, и в его голосе послышалась тревога, которую я не мог игнорировать. — У него были братья, кузены, племянники. Они тоже могут попытаться отомстить.

— Они могут попытаться, — согласился я, чувствуя, как внутри поднимается холодное спокойствие. — Но у них нет ни сил, ни влияния, чтобы что-то сделать. Они слишком слабы, чтобы быть угрозой.

— Не недооценивай врагов, — напомнил бельчонок, и я узнал в его словах эхо Кроу. — Это была главная ошибка твоего учителя. И он сам тебя об этом предупреждал.

Я задумался на мгновение. Он был прав — я не мог позволить себе расслабиться. Но в то же время я не мог жить в постоянном страхе перед тенями прошлого. Вэнс был мёртв, его род разрушен, и я сделал всё, чтобы это осталось тайной. Никто не должен был узнать, что это сделал я.

— Я буду осторожен, — сказал я, подходя к окну. — Но я не позволю страху управлять моей жизнью.

Я отложил бумаги в сторону и подошёл к окну. Академия жила своей привычной жизнью — студенты спешили на занятия, преподаватели обсуждали новости, а магические светильники мерцали ровным серебристым светом. Всё было как всегда. Но я знал, что внутри меня что-то изменилось. И эти изменения были необратимы.

Прошло несколько дней. Я уже начал думать, что всё идёт по плану, когда Шей прислал срочное сообщение. Встретиться нужно было немедленно. Тон послания был настолько тревожным, что я не стал медлить ни минуты.

Я прибыл на базу Гильдии затемно. Шей и Астрид уже были там, и их лица выглядели бледными, осунувшимися, будто они не спали несколько ночей подряд. В комнате стоял странный запах — смесь пота, страха и чего-то ещё, чего я не мог определить. Светильники горели тускло, отбрасывая длинные тени на стены, и в этой темноте их лица казались почти призрачными.

— Что случилось? — спросил я, чувствуя, как внутри разгорается тревога, которую я не мог контролировать.

Шей посмотрел на меня долгим взглядом, потом перевёл взгляд на Астрид. Она кивнула, и он заговорил — его голос был глухим, почти шёпотом, будто он боялся, что нас могут услышать даже здесь.

— Помнишь те слухи о том, что у рода Вэнсов есть живой предок-архимаг, который давно ушёл в тень и не показывается на публике? — спросил он, и в его голосе зазвучали нотки, беспокойства.

— Помню. Но мы же всё проверили. Это просто легенда, чтобы запугивать врагов. — Я нахмурился, пытаясь понять, к чему он клонит. — Такие слухи есть у многих старых родов. Они создают их специально, чтобы казаться сильнее, чем они есть на самом деле.

— Это оказались не легенды, — вмешалась Астрид. — Он жив. И он уже в столице.

Я замер. Холод пробежал по спине, и я почувствовал, как мана внутри меня пульсирует, предупреждая об опасности. Мои пальцы, сжимавшие край стола, побелели от напряжения.

— Вы уверены? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри меня всё сжималось в тугой узел.

— Наши люди видели его, — сказал Шей, и его голос дрогнул, я слышал, как он пытается сохранить самообладание, но это даётся ему с трудом. — Он пришёл в особняк через два дня после взрыва. Стоял среди руин, не двигаясь, просто смотрел на пепелище. Наши наблюдатели говорят, что он стоял там несколько часов — не шевелился, не говорил, просто смотрел. А потом… потом он начал искать. Он уже допросил несколько десятков человек — слуг, соседей, прохожих, даже стражников, которые были у ворот в ту ночь. Он вытягивает из них всё, что они знают. И он знает, что это не было случайностью. Он жаждет мести, Фауст. Он не остановится, пока не найдёт виновных.