Шквальный отряд (СИ) - Алферов Екатерина

Юэ Ган стоял в стороне, жуя вяленое мясо, не отрываясь следил за дорогой. Лин Шу сидела на камне у ручья, затачивала остриё копья мелким бруском. Чжао Ю проверял тетиву лука, растягивая её несколько раз.

Я взял лепёшку и немного мяса, отошёл к краю привала. Сяо Лань стояла неподалёку, молча жевала свою порцию. Мэй Сюэ сидела у телеги, пила воду из фляги и элегантно ела лепёшку маленькими кусочками.

Наши взгляды встретились. Она улыбнулась. Я улыбнулся в ответ.

Чжэнь Вэй подошёл ко мне:

— Как дела?

— Спокойно, — ответил я. — Пока ничего подозрительного.

— Хорошо. Но не расслабляйся. Первый день всегда самый тихий. На второй-третий могут начаться проблемы.

Я кивнул. Он был прав.

Привал продлился полчаса. Потом снова в путь.

Вторая половина дня прошла так же спокойно, как и первая. Дорога петляла между холмов, иногда проходила через небольшие рощицы. Мы миновали одну заброшенную деревню. Нас провожали чёрными провалами окон пустые дома и заросшие сорняками дворы. Здесь что-то произошло, причём довольно давно. Может, эпидемия, может, бандиты, а может и скверна.

Я поёжился, проходя мимо.

Сливы в садах цвели буйным цветом — белым, розовым, нежным, словно никто не сказал им, что хозяева больше не придут собирать урожай. Ветер качал ветви, и лепестки срывались, кружась в воздухе, оседая на крышах домов, где больше никто не жил.

Нереальная красота цветов только напоминала о скоротечности и хрупкости жизни. Ещё вчера здесь были люди, они работали, смеялись, растили детей и заботились об этих садах. А сегодня остались только деревья, которые продолжали цвести, потому что не могли иначе. Я отвёл взгляд от заброшенных домов и ускорил шаг, догоняя караван.

К вечеру солнце начало клониться к горизонту. Небо окрасилось в оттенки оранжевого и красного. Красиво, но тревожно. Кровавый закат, как говорили в деревне, предвещает беду.

И тут произошло первое происшествие.

Впереди раздался громкий треск, потом крик погонщика. Караван резко остановился.

— Что случилось? — крикнул Юэ Ган, бросаясь вперёд.

Я тоже побежал к голове каравана. Первая телега, та, что с товаром старика Хуана, накренилась набок. Левое колесо уехало в сторону и лежало на дороге. Ось сломалась.

— Проклятье! — выругался погонщик, спрыгивая с козел. — Ось треснула!

Старик Хуан слез с телеги, осмотрел повреждение и покачал головой:

— Придётся чинить. Без колеса далеко не уедем.

— Сколько времени займёт? — спросил Чжэнь Вэй.

Погонщик присел, ощупал сломанную ось:

— Час, может два. Нужно снять груз, поднять телегу, заменить ось на запасную… Работы много.

— У нас есть запасная ось? — уточнил Юэ Ган.

— Есть, — кивнул погонщик. — Всегда вожу с собой на такие расстояния.

— Тогда начинайте, — приказал наш командир. — Остальные — разбить временный лагерь. Обеспечить охрану. Быстро.

Все бросились выполнять приказы. Мы с Тао и Ма Цзюнем, как самые сильные, начали разгружать телегу, снимая ящики и бочонки. Погонщики доставали запасную ось и инструменты. Купцы суетились рядом, переживая за свои товары.

Чжэнь Вэй, Юэ Ган и остальные наёмники образовали периметр вокруг каравана. Солнце уже почти село, и весенние сумерки сгущались быстро.

— Не успеем добраться до постоялого двора, — сказал Юэ Ган, глядя на темнеющее небо. — Придётся ночевать здесь.

— Где мы? — спросил Чжэнь Вэй.

Лянь подошёл к нам, вытирая пот со лба:

— Недалеко отсюда есть роща. Половина ли по той дороге. Там можно укрыться на ночь. Лучше, чем на открытом тракте.

— Роща? — нахмурился Юэ Ган. — В лесу может быть опасно.

— Опаснее на открытом месте, — возразил Чжэнь Вэй. — На дороге нас видно издалека. В роще хоть какое-то укрытие.

Командир «Клыка Севера» обдумал это и кивнул:

— Согласен. Как починят телегу, перебираемся в рощу.

Ремонт занял полтора часа. К тому времени, как погонщик закрепил последний болт, на небе уже зажглись первые звёзды. Луна поднималась над горизонтом, почти полная, круглая и яркая.

Мы добрались до рощи, когда стало совсем темно. Деревья стояли плотной стеной. Между ними было достаточно места для телег. Мы въехали в небольшую поляну посередине рощи и остановились.

— Здесь разбиваем лагерь, — объявил Лянь Мэй. — Костёр в центре. Телеги по кругу. Наёмники — по периметру, посменно.

Чжэнь Вэй согласно кивнул:

— Первая смена — мы с Сяо Лань. Через четыре часа меняемся. Кто от вас? — повернулся он к командиру «клыков».

— Я и Лин Шу, — откликнулся Юэ Ган.

Все принялись за работу. Погонщики поставили телеги полукругом, создавая подобие барьера. Купцы разожгли костёр. Яркие языки пламени осветили поляну, отбрасывая пляшущие тени на деревья. Тао достал котелок и начал готовить простую похлёбку из того, что было под рукой.

Мэй Сюэ расстелила своё одеяло возле костра, устраивалась на ночлег. Я видел, как отблески пламени играли на её лице, как серебряная шпилька блестела в свете огня.

— Ли Инфэн, — позвал Чжэнь Вэй. — Ты во второй смене. Отдыхай пока.

Я кивнул и устроился у края поляны, прислонившись спиной к толстому дубу. Закрыл глаза, но не заснул, а сел в медитацию. Просто отдыхал, восстанавливая силы, и прислушивался к звукам ночи.

Лес был полон шорохов. Ветер шелестел листвой. Где-то ухала сова. Трещали сверчки. Обычные звуки, ничего необычного, но… тигр внутри был настороже, и я тоже напрягся.

Что-то было не так…

Вроде бы все спокойно, но воздух… пахнет неправильно.

Я принюхался. Действительно. Среди обычных лесных запахов земли, листьев и свежих весенних трав, проскальзывало что-то ещё. Едва уловимое. Острое. Гнилое?

Нет. Не гнилое. Это было похоже на… тление. Как будто что-то горело, но без огня. Очень знакомый, тревожный запах.

Скверна.

Я встал, подошёл к Чжэнь Вэю. Он стоял на краю поляны, всматриваясь в темноту между деревьями.

— Чувствуешь? — тихо спросил я.

— Да, — ответил он, не отрывая взгляда от леса. — Что-то не так. Юэ Ган, — окликнул он командира «Клыка Севера», — ты тоже чувствуешь?

Юэ Ган подошёл к нам, положив руку на рукоять своего двуручного меча:

— Чую. Запах странный. И слишком тихо. Сверчки замолчали.

Действительно. Я только сейчас заметил: все обычные звуки леса стихли. Сова больше не ухала. Сверчки не трещали. Даже ветер как будто замер.

Тишина.

Мёртвая, гнетущая тишина.

— Всем приготовиться! — негромко, но чётко приказал Чжэнь Вэй.

Наёмники мгновенно отреагировали. Тао схватил свой посох и встал у края лагеря. Ма Цзюнь поднял щит. Сяо Лань и Лин Шу растворились в тенях, обе исчезли так быстро, что я даже не увидел, куда они ушли. Чжао Ю взобрался на самую высокую повозку и натянул тетиву лука, положив стрелу наготове.

Купцы и погонщики сгрудились у костра, испуганно оглядываясь.

— Что происходит? — пролепетал Чэнь Бо.

— Тихо, — резко бросил Юэ Ган. — Не двигайтесь. Не шумите.

Мэй Сюэ поднялась с одеяла, разминая руки. Её лицо было спокойным, но я видел напряженный блеск в её глазах.

Я вытащил меч из ножен. Серебристая ци потекла по клинку, заставляя его слабо светиться в темноте.

И тогда мы услышали вой. Долгий, протяжный, холодящий кровь вой, который разнёсся по лесу, отражаясь от деревьев. Но это был не обычный волчий вой. В нём было что-то неправильное и искажённое. Слишком низкое звучание, слишком хриплое. Как будто животное, издающее этот звук, было больным или умирающим. Или заживо гниющим.

— Волки? — прошептал Ма Цзюнь.

— Хуже, — ответил Чжэнь Вэй, и в его голосе я услышал тревогу. — Мерзости.

Юэ Ган выругался вполголоса:

— Проклятье. Не хватало нам только этого.

Из тьмы между деревьями появились глаза.

Десятки пар жёлтых, горящих глаз, которые смотрели на нас из темноты, а потом они вышли на свет костра.

Волки. Огромные, почти с телёнка размером. Шерсть свалявшаяся, клочьями. Из некоторых ран сочилась чёрная жидкость, на шкурах наросли мерзкие пульсирующие струпья, но звери, казалось, даже не замечали боли. Пасти были оскалены, а клыки — длинные, как кинжалы. У некоторых на губах дрожала чёрная пена, и от каждого из них исходила тёмная дымка, почти невидимая, но я чувствовал её всем существом. Тёмная ци, гнилая, разлагающаяся и противоестественная.