Новая Родина (СИ) - "Джек из тени"

Расправиться с личной охраной барона не составило большого труда. После чего мы начали планомерно обыскивать все комнаты. Здесь очень пригодился мой заказ Белегару. Фактически гном сделал аналог светошумовой гранаты. Боец выбивал дверь ногой, второй кидал кристалл, после чего двойка врывалась в комнату.

Через пятнадцать минут имение было полностью под нашим контролем. За это время команда Феликса подстрелила ещё пару десятков дружинников. А когда дружинники барона попытались построить черепаху и таким построением дойти до их позиции, Феликс закидал всё вокруг огненными кристаллами, уменьшив дружину Молейнса ещё на двадцать пять человек. Увидев барона, связанного по рукам и ногам, а рядом с ним всю его семью, оставшиеся в живых прекратили сопротивление и вышли из казармы без оружия, под моё слово, что никто не умрёт. В живых осталось всего семнадцать человек дружины.

Сам Молейнс старший выглядел помято, во время штурма он пытался помахать мечом, поэтому у него сейчас сломан нос и лицо разукрашено под хохлому. Но видно, что барон не терял надежды, посматривая в сторону первой казармы, ожидая для себя чуда. Чтобы полностью сломать барона, я послал с Феликсом одного из дружинников Молейнса в ту казарму. Дружинник вышел оттуда белый как мел, и заикаясь доложил барону, что вся сотня мертва. После этого Молейнс как-то сдулся, а его жена и дочери начали рыдать, считая, что жить им осталось пару минут. Единственным, кто вёл себя спокойно, был сын барона, хорошо, если ему было шестнадцать. Он молча подошёл к сёстрам и обнял их. Поцеловав мать, встал между ними и моими гвардейцами. Ну, хоть кто-то здесь с понятиями.

— Как тебя зовут, парень? — я глянул на юношу.

— Вилоун Молейнс — гордо ответил паренёк.

— Вижу, ты готов умереть, защищая свою семью. Это достойно уважения — глянул ему за спину — а за него ты тоже умрёшь? — и кивнул в сторону племянника — ведь из-за него мы здесь.

— Если это спасёт мою мать и сестёр, я лично на тот свет его отправлю — Вилоун зло посмотрел на причину всех бед, племяш натурально заплакал и упал на колени, что-то бормоча.

— А что скажет сам барон, чем глава готов пожертвовать ради спасения семьи? — я глянул на Джорджа Молейнса.

— Чего ты хочешь? — обречённо спросил барон.

— Я не знаю, удиви меня — ответил барону, пожимая плечами — ты пойдёшь на каторгу, за попытку убийства подданных короля без обоснованной причины, это будет пять лет, не меньше. Мы взяли живыми пятерых, кто был в курсе твоих приказов — это окончательно добило главу рода.

— Прямо сейчас я могу отдать двадцать тысяч золотых — безропотно говорит Джордж.

— Деньги — пыль, заработаю, пока не удивил — после этой фразы несколько гвардейцев достали мечи.

— Золото, плюс кусок земли на въезде в город, она принесёт в разы больше. И дочь в жёны, ты унаследуешь титул. Оставь только остальное, чтобы было на что жить семье — обречённо почти закричал барон. Я глянул на девчонок, они были ещё младше баронского сына. Мать прижимала их к себе, на глазах слёзы. Скотский мир аристо, по-другому и не скажешь.

— Ты отдашь золото и землю, о которой говорил. Завтра в дворянском собрании откажешься от титула в пользу сына. Он даст клятву при всех, что у рода Молейнсов не будет претензий ко мне на следующие десять лет, при условии отсутствия агрессии с моей стороны. Твои дочери останутся с женой, я не беру заложников, пусть и таким официальным способом. Остальное имущество также останется во владении твоей семьи. Согласен? — я смотрел даже не на барона, а на его сына, ведь источником проблем в будущем будет именно он. Вилоун посмотрел на мать и сестёр, потом перевёл взгляд на отца, тот кивнул.

— Я согласен на условия, это больше чем мог бы предложить кто-то другой — медленно сказал Вилоун — один вопрос. Разрешите забрать на скотобойню этого идиота? — парень ткнул пальцем в племянничка.

— Если стража не увидит самого преступления и не будет заявителя, то мы ничего не сможем сделать — я глянул на племяша, тот уже просто выл, понимая, что жить ему недолго осталось, но очень больно.

Гвардейцы отпустили оставшихся дружинников барона. Вилоун отдал приказ, и вопящее тело утащили за поместье. После чего отправил своих женщин домой и безропотно отвёл нас в кабинет отца. Открыв сейф, выгреб все мешки со слитками и монетами, а затем мы поехали в штаб, где Молейнс старший признался полковнику в подготовке убийства всех моих работников. Заказчика барон не упомянул, а я не стал вытягивать из него эти знания, пусть мой неизвестный враг думает, что в безопасности. А я пока буду готовиться. После фиксации признания двум офицерам стражи оба Молейнса отправились в тюрьму. Сын барона сам изъявил желание, сказал, что ему есть о чём поговорить с отцом.

На следующий день состоялось дворянское собрание. Большинство галдело как базарные торговцы, возмущаясь, что всех подняли в такую рань. Ага, полдень, так рано, что петухи не орут ещё. Но все резко заткнулись, когда в центр вывели Молейнсов. Старший передал свой титул, а Вилоун подтвердил отказ от претензий на десять лет. Заодно при всех вручил дарственную на землю. Что в ней такого я пока не понимал, но раз дают, надо брать. В крайнем случае просто продам.

Когда всё закончилось, стражники заковали уже бывшего барона Молейнса и вывели его из зала. Вилоун подошёл ко мне и поклонился при всех, сказав, что я поступил благородно. Большего он просить просто не мог. Я пожал ему руку и тихо ответил, что барон всегда может обращаться за помощью как любой подданный короны. Юноша благодарно кивнул и вышел.

Я оглянулся на сидевших аристо. И не увидел этих самых аристо. Не было на лицах благородства, у большинства только отвращение и откровенная ненависть. Широко улыбнувшись, попрощался с собранием и вышел на улицу, хотелось свежего воздуха. Парни уже по привычке после таких официальных променадов взяли меня в коробочку. Чем вызвали завистливые взгляды дружинников местных дворян. Всё-таки внешний вид тоже многое решает, придавая уверенность, а заодно внимание женского пола. В этом я убедился лично, пока мы ехали домой. Хорошо, что все в масках, не видно капающую слюну. Горожане останавливались, чтобы поздороваться с нами, а молодые барышни, хихикая, махали ручкой моим бойцам. Я думал, у меня голова отвалится кивать всем в ответ.

Вернувшись домой, принял ванну, переоделся и рванул на стройку. Там застал обоих бригадиров и Белегара, славно, не надо его искать. Строителей порадовал пятью тысячами золотых в бюджет для ускорения, а Белегару заказал вперёд экипировку и оружие ещё на сотню гвардии и полсотни дружины, расплатившись сразу за предыдущий заказ. Также добавил к оружию три десятка тяжёлых арбалетов и две тысячи зачарованных на пробой болтов к ним. Заодно Белегар отчитался, что отправил партию к горам, в поисках нужных нам гигантских насекомых. В общем и целом всё было отлично.

Я поинтересовался, как там моя барабанная установка, на что гном горестно посетовал о проблемах. Оружие делать оказалось проще, чем музыкальный инструмент. Но он обещал, что обязательно пришлёт мне её через неделю.

— Ну, раз через неделю, тогда и поговорим насчёт нового оружия — усмехнулся я.

— Нового, что именно на этот раз? — тут же сделал стойку Белегар, отчего все поржали, зная его страсть к такому изобретательству.

— Всему своё время, друг мой, не торопись, барабаны сами себя не сделают — хлопнул крепыша по плечу. В ответ Белегар что-то яростно забормотал на гномьем, чем вызвал новый смех у сородичей.

Мы распрощались, гномы напоследок озвучили, что через неделю будут готовы стены, а первая казарма через десять дней, с учётом увеличения бригад строителей. Решив этот вопрос, я поехал обратно. Следующей на повестке дня была экономика, которая должна быть экономной, но эффективной. А значит, пора расширять штат работников и заведений. Заодно разобраться, что там за земля мне досталась.

Искать никого не пришлось, три М сидели за нашим служебным столиком, что-то обсуждая, заодно потягивая какие-то напитки. Проходя мимо бара, попросил налить мне пива и направился к девушкам. Что характерно, свободное место было рядом с Мидори или с торца стола. Барышни выжидательно смотрели, куда я сяду. Замедлил шаг, лихорадочно соображая, но потом плюнул, мы уже не дети, чего стесняться. Сел рядом с Мидори и поздоровался со всеми. Лиса была рада, но в то же время вся покраснела от смущения. Чем вызвала многозначительный взгляд от Мери. В общем, ужас, паника и беспорядочная стрельба. Я и сам чувствовал себя школьником, которому одноклассница разрешила потрогать себя за коленку.