Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ) - Данберг Дана

А эти просто не признают никого над собой. Возможно, были лишены титула или его никогда не было, возможно, их за что-то наказали, отобрали активы. Как правило, это рода-обиженки.

Так что теоретически, это мог быть род менталистов, сильных менталистов, которые обучили свою дочь-гения, чтобы она отомстила за их страдания. Да, теоретически это возможно. Но насколько это правда – неизвестно, потому что это всего лишь мои домыслы.

Я взяла переговорный артефакт и написала маме, чтобы она проверила жену декана де Бразиоса, во-первых, по девичьей фамилии, а во-вторых, училась ли она в ментальной академии. Можно было об этом и Маркуса попросить, но я не уверена, что он сможет достать такие данные.

А мама достанет! Она всегда и всех достает!

Потом подумала и написала ей еще одно сообщение. Мне нужно было понять особенности проведения ритуалов, либо закрепляющих родовой дар, либо их усиливающих. Да, это незаконно. Хочешь линию наследования, бери в жены и женись на людях с определенным даром. Хотя большинство магов этим не заморачивается, потому что даже сила семьи в разнообразии. У нас вот Ален не некромант, так ему это ни разу никто в вину не поставил, он же маг земли чудовищной силы – может и закопать.

А у вольных ситуация другая. Они насчет законов вообще не заморачиваются. Есть полезный для них, но незаконный ритуал – дайте два!

Да, да, не давали мне покоя эти волосы. Что-то с ними было не так. Если жена де Бразиоса – и есть тот самый менталист, то почему их тоже не скрыть? Из-за глупой гордости за прическу, надменности? Нет, ну она же умная! Значит, не может. Значит, все же был какой-то ритуал, а эти волосы – якорь.

Я написала маме в третий раз: “Проверь и ритуалы красоты. В первую очередь интересуют те, где нужен физический якорь на теле или внешности”.

Нет, ну а что, логично ведь получается: некая вольная менталиста, очень сильная, не засвеченная со своим даром в ментальной академии, женит на себе господина декана факультета некромантии. Почему его? Потому что оба других декана намного старше и счастливо женаты столько лет, сколько не живут. Можно и развести, конечно, но ей ведь не нужен скандал.

Каким-то образом она нанимается в Академию магистром, может даже сначала нанимается, а потом они женятся. Она простой магистр, так что проверкой ее биографии могли заниматься местные, которых просто подчинили. Хотя тут надо бы выяснить, может, набор идет где-то в другом месте.

Так вот, она оказывается на территории Академии со своим ментальным и темным даром. Предположим, что она все же из клана ментальщиков, потому что уж слишком она хороша. А потом просто находит темного, который ее всему учит.

Хотя тут могут быть варианты. Она может быть из темного клана, а менталу ее учил нанятый менталист. Но все же это вряд ли, потому что тогда этого менталиста надо было бы убить, чтобы информация о ней нигде не всплыла, и он не мог этого не понимать.

Но сейчас это не важно. Важно то, что возможно, она тот самый менталист и есть. Вот только кроме шевелюры, которую я увидела в трансе, а потом в памяти Лиски, у нас ничего нет. И вообще это может быть действительно какой-то мужик не из Академии, поэтому я не видела больше такой прически у нас.

Но все же слишком она женская! Слишком она похожа на прическу магистра де Бразиос!

Осталось только понять, как мне себя не выдать завтра у нее на занятии…

И вот сидела я на следующий день на Общей теории магии, поглядывала на магистра Браизос, и думала, она это или нет. Я старалась напрямую на нее не смотреть, чтобы не привлекать внимания, а то еще заподозрит, что я ее вычислила.

По всему выходило, что я не ошиблась, потому что мне утром ответила мама. Она написала, что есть некий ритуал красоты, который проводят женщины в темных родах или с темными дарами, и для него нужен якорь – какой-то неизменный аспект внешности. Тогда можно что-то изменить в себе, но что-то одно. Это не ментальная магия, это постоянный закрепленный результат. И это изменение потом невозможно определить никоим образом.

Откуда это знает маман? Не хочу этого знать.

Что же касается жены нашего декана, то мама написала, что в Академии ментала она под этой фамилией не училась, а чтобы узнать ее девичью фамилию нужно время. Вот так прямо с ходу ее контакты назвать не смогли, несмотря на то, что все документы по сотрудникам нашей Академии передавались в архив Департамента магического образования. Вроде как этих данных нет в документах. Но на это почему-то не обратили внимания.

Но тут я особо не ищу подвоха, потому что набор и проверка действительно осуществлялись прямо тут силами местного руководства, то есть деканов. И вполне возможно, что чиновники из Департамента просто не заморачивались повторными проверками. Зачем работать, если можно не работать, верно ведь?

Так что можно сказать, что все детали этой мозаики складываются. Мои предположение, хоть и просто предположения без доказательств, но волосы слишком похожи, а то, что в документах не указана девичья фамилия – это тоже о многом говорит. И говорит, в первую очередь, в пользу моей версии.

Только теперь не очень понятно, что с этим делать. По-хорошему, нужно, чтобы приехал сильный менталист и вывел нашего на чистую воду. Потому что я не знаю, что мы тут с Маркусом можем сделать. Только вот без веских, я бы даже сказала, железобетонных доказательств, сюда никто не придет. И я даже не представляю, как их добыть.

Даже если мы Греатришем подставимся как-то, это совершенно ничего не решит. Думаю, она сможет как-то увильнуть от проверки, если таковую все же инициируют. Да и мы можем ловли на живца не пережить.

С другой стороны, делать что-то надо, потому что так оставлять все нельзя. Один раз менталист уже попытался нас убить. Что ему помешает довести свою задумку до конца?

В обед около столовой я встретила Маркуса, мы поздоровались, и он даже взял меня за руку.

– Вдруг кто-то наблюдает, – ответил он на мой вопросительный взгляд. При этом он так улыбнулся, что я засомневалась в мотиве этого поступка. – Как дела?

– Да вот, сижу на занятиях, скучаю. Может, поужинаем вместе на природе? Ты мне свидание обещал, помнишь?

– Помню, – чуть помедлив, ответил он. – Тогда до встречи вечером, я все возьму.

– Хорошо, – ответила я и порывисто его обняла. Не просто так, а приблизившись, шепнула на ухо, что он должен взять с собой де Савье, если тот заинтересован в разрешении нашей ситуации.

Маркус отстранился, все его лицо выражало удивление – он не смог справиться с собой, когда я так резко решила пообниматься. Ну, пусть окружающие думают, что я такая порывистая, внезапная и противоречивая. А потом парень медленно кивнул, видимо, все-таки осознав, что я сказала.

Я не видела Греатриша в компании Луиса, но так даже лучше – никто ничего не заподозрит. Впрочем, от самого Маркуса я знала, что они общаются. Думаю, де Савье это тоже удобно, он же не может прочитать эмоции менталиста, а это для человека, постоянно находящегося в эмоциональном шторме других людей, очень ценно.

И да, я не думала, что парень поможет нам вычислить менталиста, потому что в его силах только сказать, чувствует он эмоции или нет. А не чувствовать можно из-за разных причин, в том числе каких-то артефактов или личного щита. Я скорее надеялась на его влиятельную семью, которой будет проще организовать проверку менталиста или хотя бы просто серьезную проверку тех же документов и сотрудников.

У нас с Маркусом не настолько влиятельные семьи, чтобы такое устроить, а вот у де Савье может получиться разворошить это осиное гнездо.

Встретились мы, как обычно вечером, парни притащили еды, потому что мы совместно решили пропустить ужин. Я вкратце им рассказала про свои выводы, пока не касаясь плана дальнейших действий.

– Ты хочешь, чтобы я походил по Академии и попытался почувствовать пустые оболочки? – задумчиво спросил Луис.

– Я не знаю, получится ли у тебя, если честно.