Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ) - Данберг Дана

– Понятно. Тогда действительно поговори с лордом Гивеем, мам, может он что-то здравое подскажет.

На этом мы с мамой попрощались. Мне нужно было многое обдумать, но главное я все же вычленила из всех маминых предположений. Если мама права и это тот самый ритуал, а он ведь хорошо ложится и в то, что я видела, и в канву всей ситуации в целом, то значит, что я мельком видела и менталиста, и мага тьмы, если это вообще разные люди.

Видеть-то видела, только опознать я их не могу, потому что не разглядела лиц. Но они-то думают, что могу, и в этом главная причина, почему меня преследуют. Не из-за каких-то повешенных, а потому, что менталист думает, что я могу его опознать. И из-за расстояния и моей силы он мне задурить голову не может. И я такая, возможно, вообще единственная, потому что наверняка свое родное личико он тем бандитам не показал.

Надо выяснить, как они выглядят, но как? Попробовать еще помучать Лиску? Может, другой ракурс был или она здесь узнает кого-то, кого уже видела, но не совсем разглядела? Да и самой нужно искать более-менее похожих людей, хоть по общим чертам. Но опять же, я даже не уверена, что менталист в Академии не дурит всем голову насчет внешности. Хотя это очень затратно по магии, конечно, так что вряд ли.

Я задумчиво посмотрела на ласку, животина что-то заподозрила и даже попятилась. Ну что поделать, надо попробовать все рассмотреть еще раз.

Через полчаса я вернулась из разрозненных воспоминаний Лиски и опять посмотрела на артефакт связи. Было еще не поздно, до отбоя час, а знание жгло, не давало просто подождать до завтрашнего дня.

– Маркус, привет! – защебетала я и добавила в голос чуть плаксивости. – Ты меня прости за эту ссору. Я так скучала! Очень хочу с тобой увидеться и извиниться лично.

Актриса погорелого театра, ага. Только я помнила его предостережение, что чем ближе второй абонент артефакта, тем проще его прослушать. А учитывая то, что общежитие парня в полумиле отсюда, любой, даже самый слабый менталист его прослушает с легкостью.

– Давай встретимся на нашем месте? Там, где поссорились, – намекнула я именно на последнее место.

– Сейчас? – видимо, не отойдя от шока, сдавленно спросил тот.

– Пожалуйста! Мне так плохо из-за того, что я тебе наговорила! Мне так стыдно, – я всхлипнула.

– Ну… Хорошо, через пятнадцать минут буду на месте, только не плачь, прошу тебя, – кажется, он все-таки догадался и включился в игру.

Как же хорошо, что на расстоянии менталист мог подслушать, но не мог залезть в голову. А то вышел бы небольшой казус, потому что я никакого расстройства или раскаяния сейчас не чувствовала. Веселья, впрочем, тоже. Не до того сейчас.

Я начала собираться. Маркусу, конечно, идти дальше, только он-то темный, для него ночь – дом родной. Все темные видят неплохо в темноте. Я тоже видела, но не так уж хорошо, запросто могу чего-то не заметить и ногу подвернуть, например. Так что я вышла из общежития, оглянулась, пытаясь понять, есть ли кто-то поблизости, а потом пошла в сторону склона холма, где мы встречались раньше.

Поскольку мы с Лиской так и не заметили слежки, а маневр этот я выполнила именно для того, чтобы проверить, то я просто с тропы свернула в лес и решила идти по нему. Да, так сложнее двигаться, но и засечь движение по лесу проще. Если следящий не маг тьмы, конечно.

Я вообще не знала, подслушивал меня кто-то или нет, но лишняя страховка не повредит. Так что пока я ходила кругами, Маркус уже успел прийти и сейчас сидел на том поваленном дереве в лесу.

– Ты откуда это? – парень сразу заметил, что я подошла с другой стороны.

– Пыталась понять, следят ли за мой, запутывала следы.

– Все так серьезно?

– Серьезно, Маркус. Я залезла в память своей ласки и еще раз пересмотрела то, что видела. Это точно были дознаватели – у зверюги зрение лучше моего и намного. А потом пообщалась с одним человеком, который мне подсказал, что это может быть.

– Ритуал вселения? – тут же спросил тот.

– А ты откуда?..

– Я же из семьи темных, помнишь? Пусть и получил дар менталиста, но основное направление магии моего рода – тьма. Я в детстве кучу книг прочитал на эту тему, а сегодня, когда мы расстались, я стал думать и кое-что вспомнил. Потом позвонил отцу и проконсультировался.

– Я не знаю подробностей, моя мама не темная, но она просто кладезь бесполезной информации, которую где-то слышала.

– Не такой уж бесполезной, выходит.

– Ты сказал отцу, что у нас тут происходит?

– Сказал. Он попытается аккуратно навести справки. Если действовать нахрапом, нас могут убить или взять в заложники. Пока-то нас по-настоящему убить не пытались – так, пугали больше.

– Согласна. Так что с ритуалом?

– На самом деле, когда ты сказала, что видела, мне в этой картине показалось что-то странным. Если предположить, что это были дознаватели, а ты это сейчас подтвердила, то почему они не сопротивлялись?

– Мне тоже это показалось странным.

– Значит, их ментально подчинили.

– Каждый дознаватель носит амулет.

– Ага, только каждый амулет имеет свои ограничения. Стандартные амулеты госслужащих не так уж сильны, они защищают от магов чуть выше среднего уровня, а наш менталист очень силен.

– Я тоже об этом подумала.

– Кроме того, магия тьмы может усилить действие ментала.

– Но тогда… Погоди-ка… – я посмотрела на Маркуса. – Ты хочешь сказать, что это все же один человек? Такой, как ты?

– Думаю, это не лишено смысла.

– Мама сказала, что поддерживать ритуал одновременно двумя дарами очень сложно, практически невозможно. Это так?

– В принципе, так и есть. Но ведь никто не пытался. Из того, что я помнил и что описано в книге по темной ритуалистике, а мне отец даже зачитал несколько абзацев, ничего не указывает на то, что это в принципе невозможно. Чертовским сложно, да, но если маг опытен и высокого уровня…

– Что как раз наш случай… – продолжила я.

– Именно так. Просто я подумал, что если бы был на его месте, не стал бы доверять еще кому-то настолько. Да и сущностей в одно лицо контролировать намного легче, чем объединять силы.

– Темного могли подчинить.

– Не в этом случае. Его бы тогда сущность не послушалась — для того, чтобы подчинить темного духа нужно самому обладать свободой воли.

– А почему повешение и в таком странном месте? Могли бы дальше в лес уйти, чтобы с дороги ничего видно не было.

– Повешение, потому что нужна не очень быстрая смерть без травм, – повторил Маркус слова мамы. – Можно еще травить, но тогда состояние сложнее контролировать, потому что на яды у большинства людей реакция индивидуальная – могут как умереть слишком быстро, так и не умереть вообще. А почему это место – тоже объяснимо. Ритуал нужно проводить в месте силы, природном источнике. Вероятно, там как раз был такой.

– В горах их полно, – хмыкнула я.

– Видимо, этот был ближайший. Может, менталист не может далеко от Академии отлучаться?

– Ну, возможно. Если мы вообще все верно поняли.

– Не представляю, зачем бы еще бандитам вешать дознавателей. Зачем так рисковать? Если уж поймали — убейте, или они найдут способ убить вас.

– Может, есть еще какой-то ритуал?

– Возможно, но тогда не темный. Я сам не все знаю, конечно, но отец специализировался когда-то на ритуалистике и сказал, что из нашей магии это единственное возможное объяснение.

– Я просто что подумала: а сколько в Академии еще людей, прошедших этот ритуал? Скажи, ты сможешь их определить?

– Вообще, если бы я был чистым менталистом или темным, то не смог, а так… – задумчиво ответил Маркус, а потом посмотрел на меня, и у него даже глаза от догадки округлились.

– Значит, меня пытались убрать из-за того, что я видела на дороге, а тебя, выходит, что из-за этого.

– Обладателей двух даров, темного и ментального, мало, конечно, но все же они есть.

– Угу, какова вероятность такого встретить, да еще чтобы он человека просканировал, да понял, что происходит?