Тайна рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

Я перекинул балл Империума себе, любимому. На периферии зрения замигала надпись:

Шатун.

Уровень: 20.

Баллы Империума: 5.

Жизни: 2.

Я лишь мельком зацепился взглядом за последнюю строчку. И рванул к Троицкому. Барьера даже не почувствовал. Только на периферии зрения надпись подмигнула:

Жизнь: 1.

Разбираться с этим было некогда. Но вывод я сделал: Империум стоит экономить.

Первый удар Ухнебом бросил Троицкого на пол. Я бил, пока сияние артефактного оружия не потухло. Привычно перекинул в него два балла Холода, превращая простую телескопическую дубинку в мощного Ухнеба. Но продолжать избиение не было необходимости. Тело Троицкого в последний раз судорожно дёрнулось и замерло.

Я устало опустился в кресло за столом. Прочитал мигающую надпись:

Получено 4 балла Империума, не использованных побеждённым врагом.

В голове совершенно некстати возникла мысль: интересно, а у Троицкого родственники есть? Надо бы и у них Империум подобрать.

Я скривился и скомандовал своим мыслям: «Фу». Какая только чушь не приходит человеку в голову сразу после смертельной схватки.

На секунду нырнул во внутренний мир. Возле джакузи суетились нанопаучки. Вода в ней всё ещё бурлила, только смотреть на это больше было некому.

Я постоял. Стянул с головы несуществующую шапку.

— Спасибо, дед, — сказал я вслух.

Род всегда будет помнить Прохора как героя. Я пообещал себе позаботиться об этом и вернулся к реальности.

Император перестал скрести ковёр судорожно скрюченными пальцами. Со стоном сел, привалившись к столу.

— Ты его убил? — хрипло спросил он.

Я перевёл взгляд на тело.

— Угу, — удивлённо ответил я.

Тело Троицкого стремительно менялось, превращаясь в крылана. Император нашёл силы прочистить горло.

— Зря. Надо было брать живым, — он тяжело вздохнул. — Теперь уже не узнаем, кто за ним стоит.

Я непроизвольно ухмыльнулся.

— Император, ваша вера в мои боевые возможности, конечно, греет мне душу. — Сарказма в голосе скрыть не удалось. — Однако, если вы посмотрите на труп, этот вопрос можно снять.

Зацепившись за стол рукой, Беловод с явным усилием поднялся. Взглянул на труп. А потом произнёс крайне прочувствованную речь. Даже я отметил для себя несколько особо удачных оборотов. Наконец, выдохнув, Император спросил:

— Как тебе вообще удалось прибить эту гадость?

Ответить я не успел.

Дверь кабинета снова ушла в стену. Внутрь вбежали три дочери Императора: Вера, Надежда и Любовь.

Они бросились к отцу, чтобы заключить его в объятия. И чуть не сбили Беловода с ног, захлёбываясь слезами.

Поняв, что моё присутствие сейчас неуместно, я отошёл к книжному шкафу у дальней стены. Машинально пробежал глазами по корешкам, пытаясь наметить план дальнейших действий. Внимание привлекла книга «Собака на сене». Только хотел взять её полистать, как кто-то осторожно дёрнул меня за рукав. Я обернулся.

Рядом стояла Надежда. Она выглядела растерянной. Я поймал себя на мысли, что девушка — копия моей жены в юности, и невольно улыбнулся. Принцесса тут же опустила глаза.

— Миша, нам надо поговорить, — прошептала она.

Похоже, разговор давался Надежде очень нелегко. Она начала сбивчиво благодарить за спасение отца. Видимо, Беловод успел вкратце поведать о наших приключениях. Пару минут я терпеливо слушал. Потом, не выдержав, вклинился в её благодарственную речь:

— Принцесса, — девушка вскинула голову, — ты ведь подошла не затем, чтобы петь мне дифирамбы.

Я внимательно смотрел ей в глаза.

Надежда глубоко вздохнула, как перед прыжком в ледяную воду.

— Миша, я люблю другого.

И после небольшой паузы добавила:

— Давай останемся друзьями.

Я видел панику в её глазах. Принцесса явно ожидала бурной сцены и готовилась к ней.

И вот тут опыт взрослого человека сыграл со мной злую шутку. Я искренне улыбнулся.

— Вот и отлично, — сказал я.

Надежда растерянно моргнула.

— А то у меня уже есть две жены и две невесты.

В первый момент принцесса полыхнула удивлением. Затем ревностью. И под конец налилась злостью. Проснувшийся в ней синдром собаки на сене заставил девушку тихо прошипеть:

— Быстро же ты забыл наши клятвы.

Резко развернувшись, она направилась к сёстрам.

А я мысленно застонал:

«Ну что мне стоило изобразить убитого горем подростка?»

— Миша, подойди, — прозвучал голос Беловода.

Он сидел на краю стола совершенно не по-императорски. Пальцы сцеплены в замок.

— Вера сообщила, что верные мне войска заперты в здании Арсенала без оружия. А в примыкающей к Арсеналу Троицкой башне… — При упоминании этого названия Беловод бросил взгляд на труп крылана и мотнул головой. — Так вот, в башне семь схронов с новейшими разработками. Саша проведёт нас незаметно в Арсенал, а потом к схрону.

Его взгляд стал холодным, как вечная мерзлота.

— Наёмников живыми брать не нужно, — процедил Император сквозь зубы. — И нашу зажравшуюся элиту, если начнёт качать права, тоже. Остальных в подвал, на место верных.

Я молча кивнул. План выглядел рабочим.

Мой взгляд случайно упал на разворот настольного календаря. 28 октября.

Я замер. Прошло больше двенадцати дней с тех пор, как я покинул замок Арзамасских. Значит, время на планете-полигоне № 2 текло иначе, чем в этом мире.

Это было очень плохо. Зная своих соратников, можно предположить худший из сценариев. Раз не слышно звуков боя, а наёмники всё ещё в Кремле, они могли погибнуть.

Похоже, эти мысли отразились у меня на лице.

— Что случилось?

Император просканировал взглядом стол и, не найдя ничего криминального, посмотрел на меня. Я поморщился и выдал лучший из сценариев:

— Боюсь, мои люди могут в любой момент начать штурм Кремля. Слишком долго я не подавал вестей.

Беловод мгновенно перешёл в режим решения задач.

— Где они сейчас?

— Двенадцать дней назад были в замке Арзамасских, — я пожал плечами. — Где сейчас, не знаю.

Император задумчиво молчал. Потом, приняв решение, встал и направился к шкафу, возле которого мы беседовали с принцессой Надеждой.

— Саша, — скомандовал он. — Открой.

Шкаф отъехал, открывая нишу с сейфом.

Я подошёл ближе. Император, чуть повозившись, достал широкий браслет.

— Вот, — протянул его мне.

Я вопросительно приподнял бровь.

— Надеваешь — и раз в сутки можешь переместиться до пятисот километров, — он на секунду замолчал. — Только не внутрь зданий. И надо хорошо представить место прибытия.

— Сами без меня тут справитесь?

Надежда, до этого молча стоявшая с сёстрами, демонстративно фыркнула. Я вздохнул.

Вот ведь — совершенно неожиданно обзавёлся недоброжелателем в императорской семейке.

Беловод ехидно усмехнулся. И тихо спросил:

— О жёнах рассказал?

Я молча кивнул.

— Ничего. Перебесится, — уверенно сказал он.

Я почему-то был в этом не уверен. Но сейчас, на фоне других проблем, эта неприятность не казалась существенной.

Император внимательно посмотрел на меня.

— Миша, а какой у тебя сейчас ранг?

— Минотавр, — не видя смысла скрывать, ответил я.

— Каналы восстановил? — задал он следующий вопрос.

— Нет.

Беловод несколько секунд молча разглядывал меня, потом усмехнулся.

— Тогда ответь мне на вопрос, — он снова стал серьёзным, — чем ты сейчас принципиально отличаешься от обычного гвардейца?

Видя, что я собираюсь ответить, Император остановил меня, подняв ладонь.

— Не спеши. Я не спорю, у тебя много тузов в рукаве, — он бросил взгляд в сторону трупа крылана. — Но нас ждёт войсковая операция. И мне очень не хочется, чтобы ты словил случайную пулю.