Путь к бессмертию. Том 6 (СИ) - "Shin_Stark"

— А если его поймают, то сразу передадут Монстрам?

— Не уверен, — ответил информатор с лёгкой улыбкой. — Думаю, сначала сами убьют.

Я медленно потёр переносицу.

— Почему?

— Потому что людям не нравится, когда из-за одного человека горят города.

Логично.

С моей точки зрения, невероятно несправедливо, но логично.

— Монстры ведь всё равно могут продолжить наступление после его смерти.

— Могут. Но большинство считает, что если положить голову Мин Хао перед Королевой, хотя бы официальный повод для войны исчезнет. А там, глядишь, и можно будет договориться.

Я посмотрел в окно.

По улице спокойно шли люди. Продавец фруктов о чём-то ругался с покупателем, двое детей бежали за деревянным обручем, а где-то вдали размеренно звонил колокол.

И почти половина великих сил этого мира, похоже, хотела найти меня.

Монстры — потому что Королева решила, что десяти лет недостаточно, чтобы успокоиться.

Праведники — потому что Монстры вторгались на их земли.

Еретики — по той же причине.

Наверняка существовало ещё несколько старых врагов, о которых я просто забыл.

Очень насыщенная социальная жизнь.

— «А ты популярен», — заметил Чжоу Дэ.

«А ты завидуешь?»

— «Ха-ха! Было бы чему».

«Если однажды начнут выдавать награду за твою голову, я лично помогу напечатать объявления».

Предок снова рассмеялся.

Я достал ещё несколько Камней Духа и положил их перед господином Ху.

— Есть свежие описания этого Мин Хао?

Он без лишних слов забрал плату и кивнул.

— Конечно.

Дальше последовало уже знакомое описание. Белые волосы, молодой вид, человек, предположительно находящийся на стадии Заложения Основы, хотя данные о его культивации расходятся. Может использовать формации. Возможно, обладает алхимическими навыками. Иногда рядом с ним замечали чёрное существо неизвестного вида и красную летучую мышь.

Чем больше я слушал, тем яснее становилось одно: мне нельзя здесь оставаться. Даже с учетом того, что я могу менять свою внешность.

Раньше опасность исходила от нескольких отдельных сил. Теперь же вся страна оказалась разделена между двумя сверхсектами, и у обеих появились причины искать меня. За границей находилось Королевство Монстров, которое тоже не собиралось забывать о моём существовании.

В таких условиях даже хорошее Скрытое Демоническое Дыхание и Плащ Пустого Следа не могли решить проблему навсегда. Рано или поздно кто-нибудь увидит моё лицо, узнает технику или заметит Ши Юэ.

А я уже очень устал жить с мыслью, что любое новое знакомство способно закончиться международным конфликтом.

— Последний вопрос, — сказал я.

— Слушаю.

— Что стало с бывшими учениками Облачного Меча?

Господин Ху ненадолго задумался.

— Большинство давно разошлось.

— Я слышал об одном отряде.

— А, — сразу понял он. — Те безумцы.

Мне не понравилось это определение.

— Почему безумцы?

— Они до сих пор называют себя Облачным Мечом.

Внутри что-то дрогнуло. Шестнадцать лет, а они всё ещё продолжали.

— Их много?

— Точное число никто не знает. Они не сидят на одном месте: устраивают засады на еретиков, нападают на небольшие отряды, иногда освобождают пленных. Когда война шла полным ходом, о них говорили гораздо чаще.

— А сейчас?

Господин Ху пожал плечами.

— Сейчас формально мир.

Я сразу понял, что он имеет в виду. То, что раньше называлось сопротивлением, после заключения договора легко превращалось в нарушение мира.

— Их преследуют?

— Иногда.

— Праведники тоже?

— Официально объединённая секта не поддерживает действия тех, кто продолжает войну.

Очень дипломатично.

Перевод звучал гораздо проще: да.

Я поднялся.

— Спасибо.

Господин Ху тоже встал.

— Если понадобятся другие сведения, обращайтесь.

— Обязательно.

Я вышел на улицу и только там позволил себе тяжело выдохнуть.

Шестнадцать лет.

Мир всё это время не ждал меня. И почему-то за эти годы умудрился стать ещё неудобнее.

После такого разговора есть хотелось гораздо сильнее, чем до него. Возможно, организм решил, что если вся страна желает моей смерти, то встречать её хотя бы голодным совершенно необязательно.

Я прошёл несколько улиц и остановился возле небольшой закусочной. Ничего особенного: чистая вывеска, открытые окна, несколько столиков внутри и доносившийся с кухни запах тушёного мяса и свежего хлеба. Главное — здесь не подавали духовный чай, который стоил сотню Камней Духа и по вкусу напоминал воду, в которой неделю пролежала кора дерева.

Я вошёл.

Посетителей оказалось немного. За дальним столом сидели двое обычных торговцев, возле окна обедал пожилой мужчина, а ещё один стол занимала семейная пара с ребёнком. За стойкой стояла молодая женщина.

Я посмотрел на неё и остановился.

Что-то в ней показалось знакомым. Не лицо целиком — слишком многое изменилось. Длинные тёмные волосы были собраны сзади, черты стали взрослее, осанка — увереннее. На вид ей было лет восемнадцать, может, чуть больше.

Но глаза…

И то, как она повернула голову, услышав открывшуюся дверь.

Я уже видел это.

Очень давно.

Маленькая девочка, сидящая за столом с кусочком угля в руках. Старая дощечка. Небольшая харчевня с протекающей крышей. Женщина, которая несколько дней ухаживала за окровавленным незнакомцем, не задавая лишних вопросов.

Я не сразу поверил собственным ощущениям. Духовное восприятие коснулось девушки, и ответ оказался очевидным.

Предел Концентрации Ци.

Вот почему она выглядела настолько молодой.

— Мэй Лин?

Имя вырвалось прежде, чем я успел решить, стоит ли вообще его произносить.

Девушка подняла голову.

— Да?

Она посмотрела на меня, но никакого узнавания в её взгляде не появилось. Разумеется. Для неё прошло шестнадцать лет. Когда мы встретились, ей было около семи. Теперь ей должно быть больше двадцати.

Я же…

Мысленно попытался посчитать и почувствовал, как настроение слегка портится.

Мне уже больше сорока.

Чёрт.

Причём это если считать только нынешнюю жизнь.

Мысль показалась настолько странной, что я несколько секунд просто стоял возле входа. Если сложить две жизни, цифра становилась и вовсе неприличной.

По всем разумным меркам я должен был ощущать себя человеком, который давно перестал удивляться мелочам, говорит молодым о бессмысленности спешки и жалуется на погоду. Вместо этого ещё несколько месяцев назад я спорил с летучей мышью из-за ведра воды, украл алхимический котёл, случайно создал совершенно неправильную пилюлю и теперь скрывался от женщины, которую этой самой пилюлей накормил.

Похоже, две жизни автоматически мудрости не дают.

Я посмотрел на собственные руки. Внешне мне было примерно столько же, сколько девушке передо мной: молодое тело, молодое лицо, организм, который давно перестал стареть с обычной скоростью.

Возможно, именно в этом и заключался ответ.

Я всегда считал возраст сознания чем-то отдельным от тела, словно где-то внутри существует невидимый счётчик: прожил сорок лет — думаешь как сорокалетний, прожил семьдесят — начинаешь мыслить как семидесятилетний.

Но человек не существует отдельно от собственного тела.

То, как быстро оно восстанавливается, как реагирует на опасность, сколько в нём энергии, насколько сильно работают эмоции, даже то, насколько естественным кажется риск, — всё это неизбежно влияет на мышление.

Может быть, поэтому я и не чувствовал себя стариком с двумя жизнями за плечами. Сознание помнило десятилетия, а тело продолжало говорить, что жизнь только начинается.

Правда, иногда позвоночник после десяти лет медитации придерживался другого мнения.

— Господин?

Голос Мэй Лин вернул меня к реальности.

— Простите.

Я подошёл ближе. Она всё ещё смотрела настороженно.

— Мы знакомы?